Knigogid.com
KnigoGid » Книги » Проза » Советская классическая проза » Виктор Курочкин - Товарищи офицеры

Виктор Курочкин - Товарищи офицеры

Тут можно читать бесплатно Виктор Курочкин - Товарищи офицеры. Жанр: Советская классическая проза издательство -, год -. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте Knigogid.com (Книгогид) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Перейти на страницу:

Теленков не мог сдержаться, чтоб не улыбнуться. Баранов, видимо, расценил улыбку как шаг к примирению и протянул руку.

— Мир?!

Теленков машинально протянул было руку, но тотчас же отдернул, резко повернулся и побежал в казарму… В какой-то степени самолюбие его было удовлетворено, однако на примирение с Барановым он не пошел… «Одно дело увести девушку от незнакомого человека. Но от друга… Это подлость… Подлецу никогда не подам руки. А Баранов подлец… Последний подлец», — думал он.

Первым в казарме ему попался Наценко.

— Где ты был?

— А что? — испуганно спросил Наценко.

— Горышич засек…

— А мне плевать… Понимаешь? Плевать. — И Наценко стукнул себя по груди кулаком.

— А что ты на меня шумишь? — возмутился Павел. — Ты иди пошуми у Горышича…

До вечерней поверки оставалось еще полчаса. Теленков зашел в Красный уголок. За пианино сидел курсант Поздняков и наяривал «Настасью». Верзила Колупаев плясал… Плясал лениво, скучно, как будто выполнял никому не нужную работу. А Малешкин, облокотясь на спинку стула и положив на кулаки голову, смотрел на эту пляску закрытыми глазами.

— На похоронах веселей пляшут, — заметил Теленков.

Колупаев остановился, посмотрел на Теленкова.

— А пошел бы ты, дежурный… — и вдруг заревел: — Я бы Роде отворила… У меня сидит Гаврила!

И пошел на полусогнутых, приседая, и вдруг, подпрыгнув, перевернулся и так грохнул сапожищами, что звякнули стекла.

— Ничего, — сказал Теленков, — можешь… Цены б тебе, Колупаев, не было в ансамбле песни и пляски…

Колупаев глупо ухмыльнулся и подмигнул.

— А ты как думал!

В проходе между нарами второго и третьего взвода темно. Но это совершенно не мешает татарину Кугушеву. Он бреет на ощупь голову и что-то мурлычет себе под нос.

— Что это ты поешь, Кугушев? — спрашивает Теленков.

Кугушев, гладя ладонью плешь, вздыхает…

— Если б твоя знала, что моя поет, твоя б плакала, говорит он.

Крамаренко по-прежнему, уткнувшись в подушку, жует кишмиш. Теленкову ужасно хочется есть. Но на этот раз совесть побеждает голод.

— Птоломей, сколько времени? — спрашивает он.

— Без пятнадцати…

Теленков вздыхает и направляется в уборную. Дневальный у тумбочки опять курит. Увидев дежурного, вытягивает руки по швам.

— А ну-ка! — И Теленков щелкает пальцами.

— Чего?

— Разговорчики!..

Дневальный нехотя отдает окурок. Павел глубоко затягивается и грозит пальцем.

— Еще раз увижу — сниму с наряда.

В уборной, на подоконнике, в окружении толпы курсантов сидит Валька Баранов. Рассказывает анекдоты. Анекдоты с бородой, все их знают наизусть, но все равно гогочут…

— Приготовиться к вечерней поверке, — рявкает Теленков. Однако никто не обращает внимания. Теленков хлопает дверью и кричит:

— Четырнадцатая, выходи строиться!

Теленков зол на все: и на скуку, и на старшину, который нарочно назначил его дежурным, и на Баранова, а заодно и на себя.

— Подровнять носки, — кричит он.

Строй выравнивает носки.

— Колупаев, куда выпер живот! Колупаев подается назад.

— Васин, выйди из строя и почисти сапоги.

Васин идет чистить сапоги. Обмахнув их пилоткой, становится в строй.

— Смирно! Отставить!.. Малешкин, поправь пилотку.

— Смирно!

Теленков бежит в каптерку и через минуту возвращается с Горышичем. Горышич медленно проходит вдоль строя, опустив глаза долу, и, остановившись на левом фланге, командует:

— Вольно.

По шеренге словно задели оглоблей… Она, вздрогнув, покачнулась.

— Намучились небось… Бай-бай хотите? — ласково спрашивает Горышич.

— Не хотим, — рявкает пятьдесят глоток.

— А чего же вы хотите? Небось танцульки вам подавай… Колупаев, хошь на танцы? — Четырнадцатая хохочет. Правофланговый Колупаев ржет, как жеребец. — Вам смешно? — тем же тоном продолжает Горышич. — А чего ж вам не смеяться… Поели, попили, покурили… Как на курорте в Сочах… Старшина вас поднимает, три раза покушать сводит, спать уложит… А вы как относитесь к старшине?

— Хорошо! — рявкает четырнадцатая.

— Эх, хорошо… — ехидно тянет Горышич. — А Наценко небось думает: «Ну попадись ты мне, Горышич, на фронте!»

Наценко, закусив губу, опускает голову.

— Ишь застеснялся… голову опустил. Стыдно, да? А вот в самоволку ходить не стыдно?! — Старшина принимает стойку и зычно командует:

— Курсант Наценко! Два шага вперед!

Наценко выходит из строя.

— За самовольный уход с территории училища объявляю двое суток ареста. Дежурный, после отбоя отобрать у Наценко ремень и поведешь на губу… Становись в строй, разгильдяй.

Наценко становится в строй. Лицо у него серее казарменной стены.

Горышич в глубокой задумчивости проходит с левого фланга на правый и, остановившись около Колупаева, берет его за пуговку.

— А вот и пуговку не начистил… Маленькую, крохотную пуговку… Такой здоровый парень… Кровь с молоком. И не хватило силы почистить. Да кому же ты такой нужен? Пуговку, малую пуговку не почистил… Нехорошо…

— Так точно, нехорошо, товарищ старшина, — орет Колупаев.

— Осознал?

— Так точно.

Горышич повернулся к Теленкову…

— Используй после отбоя… А я проверю.

Горышич потащился опять на левый фланг, но, дойдя только до середины, остановился. Горестно покачал головой.

— Как нянька Арина Родионовна хлопочу я об вас… А вы как ко мне относитесь? Эх, не цените вы своего старшину.

— Ценим, — гаркает батарея.

— И Малешкин ценит? — спрашивает старшина и ехидно прищуривается.

— Ценю, товарищ старшина, — кричит Малешкин.

— А зачем в столовой на пилотке сидел? Не стыдно?

Пухлые губы Малешкина выпятились и затрепыхались.

— Эх, — сказал Горышич и поманил пальцем дежурного. — Чтоб Малешкин уборную языком вылизал… — Он посмотрел на часы, вынул из кармана список батареи.

— Афонин?

— Я! — крикнул Афонин.

— Бирулин?

— Я!

Последним «я» крикнул Птоломей… После поверки Горышич сообщил курсантам приятную, как он выразился, весть, что с утра, сразу же после завтрака, четырнадцатая батарея с песнями отправится в подсобное хозяйство. Первый и второй взвод — полоть просо; третий и четвертый — строить свинарники.

Эта весть обрадовала только дежурного и его дневальных… Остальные в душе обозвали старшину Змеем Горынычем…

После поверки четырнадцатая с песнями пошла на вечернюю прогулку… Пока обошли вокруг училища, успели проорать не только «Махорочку», но еще и «Катюшу» с «Тачанкой».

После команды «разойдись» Теленков прокричал «отбой». Рота с мрачными солеными солдатскими шутками отходила, ко сну. Теленков, дав задание штрафникам: Колупаеву — вымыть пол в казарме, а Малешкину — уборную, повел Наценко на гауптвахту. Когда Теленков вернулся в казарму, Колупаев в одних трусах все еще надраивал каменные плиты. Все тело его было густо татуировано. На спине огромная змея сосала женскую грудь. На руках тоже извивались змеи. А на груди — объявление в рамке с виньетками: «Не забуду брата Володю, который утонул в Амуре». «Вот ведь как он себя испохабил», — отметил про себя Теленков и спросил:

— Колупаев, ты сибиряк?

— Точно, — ответил Колупаев, обмакнул в ведро щетку и резко встряхнул. Теленков смахнул с лица грязные брызги. «Нарочно», — решил Теленков, но, ничего не сказав, вышел в уборную.

Малешкин только что вычистил краны умывальников и теперь набирал в ведро воды, чтобы мыть пол. Теленков сел на подоконник, закурил и стал наблюдать за Малешкиным. Тот искал тряпку, не найдя ее, подошел к дежурному и спросил:

— А где тряпку взять?

— А зачем она тебе? — простодушно спросил Теленков.

— Как зачем? Пол мыть…

Это окончательно развеселило дежурного.

— Вот чудак… Целый год в армии служит и ничему не научился… А ну-ка, дай ведро… — Он схватил ведро и, размахнувшись, разлил воду.

— Ясно? Как надо?

Малешкину совершенно не было ясно.

— Ну чего смотришь? — закричал Теленков. — Отправляйся спать, недотепа.

Колупаеву же Теленков решил отомстить. Когда тот честно вымыл казарму, дежурный еще заставил его вымыть ведро и натаскать в бачок воды…

Четырнадцатая батарея вовсю храпела, сопела, а кое-кто и повизгивал во сне. Теленков, заткнув уши пальцами, ходил по казарме и считал каменные плиты. Он был раздражен. Даже дежурство, которое избавляло его от завтрашнего марша в подсобное хозяйство, его не радовало.

Сразу же после завтрака четырнадцатая с песнями отправилась полоть просо и строить свинарники… Пятнадцать километров… Дорога знакомая, хорошо утоптанная… Однако на вторую половину пути песен не хватило… В километре от подсобного хозяйства третий взвод свернул на просяное поле, а четвертый продолжал движение прямо к свинарникам. Свинарники строили из хвороста, глины и навоза. Два уже были готовы, у третьего надо было засыпать стены землей и залепить их глиной с навозом. Этой-то работой и должен был заняться четвертый взвод сержанта Медведева.

Перейти на страницу:

Виктор Курочкин читать все книги автора по порядку

Виктор Курочкин - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки Nice-Books.com.


Товарищи офицеры отзывы

Отзывы читателей о книге Товарищи офицеры, автор: Виктор Курочкин. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.


Уважаемые читатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.

  • 1. Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации.
  • 2. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний.
  • 3. Просьба отказаться от нецензурной лексики.
  • 4. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.

Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор Knigogid.


Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*