Александра Маринина - Ад

– Что-то случилось? – встревожилась Тамара.

– Надо поговорить, – коротко ответил Андрей.

– Тогда перезвони через полчаса, – попросила она.

– Не будет поздно? Уже и так двенадцатый час.

– Я не буду спать.

Она вытащила из багажника сумку с продуктами и поставила машину на сигнализацию.

– Любаня, я купила всякой всячины нам с тобой на радость.

– Том, ну зачем? У меня все есть.

– Пусть будет. А вдруг мы засидимся до рассвета? У меня после часа ночи зверский аппетит. Как ты думаешь, что нужно Андрюшке?

– В такое время? – Люба задумалась. – Может, надо кого-то срочно записать к тебе на стрижку? Или кто-нибудь едет в Нижний Новгород, и Бегорскому нужна твоя квартира.

Однако ни одно из предположений не оказалось верным. Когда через полчаса Бегорский перезвонил, он с места в карьер задал Тамаре вопрос:

– Тебе интересно причесывать пенсионеров и делать их красивыми?

Тамара сразу же вспомнила Михаила Михайловича и свой опыт работы с его волосами. Как он тогда сказал? «Ты вернула мне облик, который я считал давно утраченным». Что-то в этом роде.

– Интересно, – искренне ответила она. – А почему ты спросил?

Но Бегорский не удостоил ее ответом.

– Завтра в восемь утра выезжаем. Соберись на три дня, возьми обувь попроще, там пока еще дорога не достроена, грязи много. Машина придет за тобой в половине восьмого, потом заберете меня, и ровно в восемь выдвигаемся.

– Куда? – оторопела Тамара.

– Я же тебе рассказывал про усадьбу Вяземского в Томилине и про свою идею. Ты должна посмотреть все своими глазами. Усадьба практически готова, ты должна определить, где будут твои апартаменты и салон, чтобы можно было начинать дизайн и отделку.

– Подожди, Андрюша, я ничего не понимаю. При чем тут я?

– Но ты же сказала, что тебе интересно делать стариков красивыми. Вот и займешься. Ты все поняла? Завтра к половине восьмого ты должна быть готова. И позавтракай поплотнее, первая остановка для приема пищи будет не раньше двух часов дня. Если хочешь, возьми с собой термос с кофе или чаем, завари себе, какой ты любишь.

– Бегорский, – очень серьезно произнесла Тамара, – я завтра никуда с тобой не поеду.

– Почему?

– Во-первых, потому, что у меня другие планы. Я, между прочим, работаю, если ты не забыл.

– Это можно решить, было бы желание.

– А у меня его нет.

– Чего нет?

– Желания нет.

– Почему? Ты же сказала, что тебе интересно, – настаивал Бегорский.

– Одно другого не касается. Есть еще и во-вторых: на такие расстояния я не езжу на машине. Только поездом.

– Почему?

– Не люблю, когда нет возможности встать, походить, подвигаться, прилечь. Терпеть не могу долго находиться в одном положении. Короче, Андрюша, я никуда завтра с тобой не еду.

– А когда поедешь? – Андрей слегка сбавил напористость тона.

– Не раньше, чем через неделю. И то если удастся поменяться сменами и у меня будет четыре свободных дня подряд. А если не удастся, то жди до моего отпуска, до октября. И только на поезде, никаких машин.

– Значит, ты говоришь мне «нет»? – уточнил он.

– Совершенно верно, я говорю тебе «нет». И кстати, имей в виду: если я и поеду с тобой, то только потому, что мы дружим много лет и мне интересны твои планы и проекты, а вовсе не потому, что я собираюсь устраивать в твоей усадьбе парикмахерский салон. На это я тоже отвечаю твердое «нет».

– Посмотрим, – загадочно ответил Бегорский. – Значит, договорились, ты меняешься сменами, и через неделю мы едем. Билеты я возьму сам.

– Я сказала «может быть», – поправила его Тамара. – Может быть, мне удастся поменяться, и, может быть, я поеду.

– Я понял. Значит, едем через неделю.

Тамара положила телефон на стол и расхохоталась.

– Наш Андрюшка неисправим. Он уже все за всех решил. Если он что-то вбивает себе в голову, то прет как танк и остановить его невозможно.

Она пересказала сестре разговор с Бегорским.

– Он что же, хочет, чтобы ты уехала из Москвы? – с испугом спросила Люба.

– По-видимому, да.

– А как же я? Я останусь тут совсем одна, без тебя?

Она вдруг почувствовала себя маленькой девочкой, которую старшая сестра собирается бросить в чужом городе среди чужих людей.

– Да что ты, Любаня, ну куда я поеду? Я умру от тоски по тебе, – тихо сказала Тамара. – Даже не думай об этом. Мы теперь всегда будем рядом. Это всего лишь завихрения в голове у нашего Андрюшки. Бес в ребро. Я не собираюсь ни в какую усадьбу.

– Ты же обещала ему поехать через неделю, – напомнила Люба с улыбкой.

– Во-первых, я не обещала точно, я сказала «может быть», – возразила Тамара. – А во-вторых, почему бы не съездить и не посмотреть на предмет его гордости? Мне действительно интересно, что он там устраивает и как все это выглядит. Но посмотреть – это вовсе не означает соглашаться на все, что он придумает.

Сестры просидели за разговорами до пяти утра и, конечно же, съели и все то, что было приготовлено Любой, и то, что привезла Тамара. Под конец в ход пошли «лимонные дольки», купленные еще месяц назад и благополучно забытые в кухонном шкафчике. Просто удивительно, сколько чаю можно выпить во время таких бесед, а с чаем так хорошо идут печенье, конфеты и прочие сладости!

– Здравствуй, лишний килограмм, – со смехом произнесла Люба, когда они уже расходились, чтобы поспать хотя бы два часа.

Тамара беззаботно махнула рукой.

– Да брось ты, Любаня, ты в отличной форме, даже если килограмм прибавится, он тебя не испортит. О себе я уж не говорю, как была тощей – так и осталась, ничто меня не берет.

На цыпочках, чтобы не разбудить Дениса, они поднялись по лестнице наверх. Перед дверью Лелиной комнаты, где будет спать Тамара, Люба остановилась, обняла сестру и крепко поцеловала.

– Спасибо тебе, Томка, мне всегда легче становится после того, как мы с тобой так посидим. Хорошо, что ты у меня есть. Только не бросай меня, ладно? У меня никого нет, кроме тебя.

– Ну что ты выдумываешь? – строго произнесла Тамара. – У тебя есть муж, у тебя есть дочь, у тебя есть Дениска, разве тебе мало?

– Лели у меня нет, это я уже поняла. Она сама по себе, даже не приезжает, ее не тянет домой. И Дениски у меня нет, – грустно ответила Люба. – Он есть у Родика, а у меня – нет. А что касается мужа… Я же тебе все рассказала. Иногда я даже думаю, что, может быть, было бы лучше, если бы его у меня не было.

– Перестань! – рассердилась Тамара. – У тебя прекрасный муж, и ты прожила с ним сорок три года. Сорок три года! Это ж подумать страшно. Просто он тебе немножко надоел, но это временное явление и, кстати, совершенно естественное, если учесть ваш семейный стаж. Иди спать и выброси из головы всякие глупости.

Андрей Сергеевич Бегорский слов на ветер не бросал, он взял билеты на поезд и не отставал от Тамары до тех пор, пока она твердо не пообещала поехать с ним. Билетов было четыре, в спальный вагон, чтобы каждый мог ехать в отдельном купе.

В поезде Тамара сразу переоделась в лосины и яркую свободную майку, убрала дорожную сумку под сиденье и вытянулась на полке. После четырех смен, которые она отстояла на ногах, больше всего на свете ей хотелось снять обувь и принять горизонтальное положение. На вокзал к поезду, отходящему в 23.20, она приехала прямо с работы, и ноги гудели и ныли.

Едва она успела надеть очки для чтения и открыть книгу, как в дверь постучался Андрей.

– Устроилась? Можно зайти?

– Заходи, – Тамара отложила книгу и сдвинула очки на лоб.

– Попросить чайку для тебя?

– Чайку? – удивилась Тамара. – Мы же еще не тронулись. По-моему, чай дают только когда поезд уже едет.

– Это всем, – поправил ее Андрей. – А нам с тобой дадут тогда, когда мы попросим.

Он вышел из купе и через несколько секунд вернулся.

– Сейчас принесут, – сообщил он. – Одна проводница стоит на перроне и проверяет билеты, а вторая сделает нам чай. Ты очень устала?

– Очень, – призналась Тамара. – Видишь, даже легла сразу, ног не чувствую.

– Хочешь спать?

– Спать? Нет. А что, ты хотел поговорить?

– Ну да, – кивнул Андрей. – Хотел ввести тебя в курс дела, чтобы завтра утром, когда мы приедем, ты уже понимала, что к чему.

За чаем, который принесла немолодая полная проводница, Бегорский рассказал о том, как продвигается его проект с учебным центром. Усадьба полностью отреставрирована, сейчас по уже утвержденному проекту будут планироваться внутренние помещения. Дочь Бегорского Лена занимается подготовкой учебных пособий с подробными иллюстрациями и упражнениями. Вместе с ней этим занимаются два толковых компьютерщика. Бывшая жена Вера учится на бухгалтерских курсах, чтобы потом работать в центре.

– А Ленкин жених сам ко мне пришел, – с довольной улыбкой рассказывал Андрей. – Папаша, говорит, не найдется ли у вас для меня работы? Я и сам собирался его позвать, но он меня опередил. Так что он теперь тоже у меня работает. За это время он на Ленке жениться успел.