Дина Рубина - «…Их бин нервосо!»
Потом, видать, задумался, а может, просто зачесалась его еврейская совесть, и он добавил в скобках: «двоюродный»…
И вот живешь ты «среди своих», живешь, живешь… проходя разнообразные стадии этого процесса – от умилительного припадания к корням и истории, через естественное отталкивание от пороков, от которых несвободен любой народ и, в том числе, твой собственный, через смирение – к горькой домашней любви к тому, что есть…
Среди своих – ругаешь ругательски все, на что глаз посмотрит. Среди чужих – зорко следишь и ревниво отцеживаешь тончайшие интонации в беседе: нет ли обиды, насмешки, осуждения… И если учуешь – как вспыхивает это яростное «не трожь!», это желание защитить, оправдать, оправдать во что бы то ни стало – даже когда обвинения справедливы!
Послевкусие от долгой любви – грустная усталость… И даже смеяться уже хочется только над своими. Наверное, старею…
1997 г.
