Калиостро, властелин времени. Энтони Уайлдинг - Рафаэль Сабатини
Вскинув голову, она повернулась к мистеру Тренчарду и в упор взглянула на него.
– Хорошо, я клянусь, – начала она, но тот великолепным актерским жестом поднял, останавливая ее, свою узловатую руку. – Что и говорить, он знал, как произвести впечатление на публику.
– Нет-нет, – сказал он, – я совсем не хотел бы, чтобы вас обвинили в лжесвидетельстве. Я не прошу вас клясться. Достаточно, если вы будете готовы сделать это.
Она презрительно надула губы.
– Я не боюсь оказаться лжесвидетельницей, – бесстрашно ответила она. – Клянусь, что письмо было адресовано мистеру Уайлдингу.
– Как вам угодно, – сказал мистер Тренчард, избегая вопроса, откуда у нее такая уверенность. – Письмо, несомненно, находилось в конверте, на котором было написано имя адресата? – полувопросительно проговорил он, и Латтрелл, догадавшись, к чему он клонит, понимающе кивнул.
– Несомненно, – сказала Руфь.
– Я уверен, вы согласитесь, мадам, что этот конверт является документом величайшей важности, поскольку с его помощью можно было бы внести ясность в вопрос, по которому мы расходимся?
– Да, конечно, – дрогнувшим голосом ответила она, увидев наконец ловушку, в которую ее заманили.
– Тогда как вы объясните, что этот конверт исчез? – мягко улыбаясь, спросил он. – Как могло случиться, что ваш брат, рискнувший, если верить вашей истории, оставить у себя столь опасное письмо, не сохранил конверт даже ради собственной безопасности?
Руфь потупила взор, Альбемарль вновь осклабился, торжествующе посматривая на своих коллег и на Ричарда, бледного и растерянного, словно только что выслушавшего свой приговор.
– Я… я не знаю, – наконец проговорила она, запинаясь.
– Ага! – облегченно вздохнув, сказал мистер Тренчард и повернулся к судьям. – Трудно ли догадаться, почему отсутствует этот конверт? – спросил он. – Надо ли говорить, чье имя было написано на нем? Думаю, нет. Мне кажется, достопочтенные судьи, что наиболее вероятный ответ уже известен вам.
Сэр Роланд сделал шаг вперед.
– Ваша милость, – обратился он к Альбемарлю, – вы позволите мне объяснить?
Вместо ответа герцог изо всех сил ударил кулаком по столу. Он, очевидно, пришел к выводу, что Руфь действительно разыгрывала их, и сейчас его терпению пришел конец.
– Я слышал слишком много объяснений, сэр, – хрипло прорычал он, поворачиваясь к секретарям. – Обвиняемые подлежат суду, – вынес он решение, забыв в гневе справиться о мнении своих коллег.
Мистер Тренчард наконец-то смог перевести дыхание, но ненадолго, поскольку в следующее мгновение он услышал, как чей-то голос потребовал немедленной аудиенции у его милости герцога Альбемарльского, и этот голос принадлежал Энтони Уайлдингу.
Глава XI
Помеха
Появление мистера Уайлдинга вызвало у присутствующих весьма противоречивые чувства. Диана глядела на него с изумлением, Руфь – с надеждой, Ричард уперся взглядом в пол, а сэр Роланд враждебно усмехнулся – они не встречались лицом к лицу с момента их злополучной дуэли. На лицах Альбемарля и его коллег было написано полнейшее удовлетворение, а мистер Тренчард едва смог скрыть страх. Взглянув на своего друга, мистер Уайлдинг сразу догадался о происходящем здесь и о роли, которую тот играл во всем этом. Он был глубоко тронут таким доказательством дружбы с его стороны и некоторое время стоял в замешательстве, не зная, с чего начать.
– Вы очень вовремя прибыли, мистер Уайлдинг, – проговорил наконец Альбемарль. – Вы поможете нам разрешить некоторые сомнения насчет этих изменников.
– Именно поэтому, – ответил мистер Уайлдинг, – я здесь. До меня дошли слухи об арестах, и я прошу, ваша милость, ознакомить меня с фактами, которыми вы располагаете.
Альбемарль повелительно кивнул головой, и один из секретарей вновь зачитал обвинение. Уайлдинг внимательно выслушал все до конца и затем попросил разрешения посоветоваться с мистером Тренчардом.
– Но, мистер Уайлдинг, – удивленно возразил полковник Латтрелл, – мы сперва хотели бы услышать…
– С вашего разрешения, сэр, – перебил его мистер Уайлдинг, – я предпочел бы ничего не отвечать, не переговорив предварительно с мистером Тренчардом. Я прошу об этом в интересах следствия, – поторопился добавить он, увидев недовольные лица судей. – Его милость говорил о сомнениях, остающихся у вас насчет письма: все остальное – пустяки в сравнении с ним. В моих силах разрешить их, но, предупреждаю, я не произнесу ни слова, пока не проконсультируюсь с мистером Тренчардом.
Его заявление было встречено многозначительным молчанием. Латтрелл наклонился к герцогу Альбемарльскому и что-то зашептал ему на ухо, и то же самое, но с другого края, сделал сэр Эдвард.
– Ваша милость, этого нельзя допустить! – нетерпеливо воскликнул сэр Блейк.
– Что? – переспросил, ухмыльнувшись, Альбемарль.
– Если эти два злодея договорятся, мы погибли, – поспешил пояснить баронет.
– Поступайте, как вам угодно, мистер, – сказал Альбемарль, решив, что сэра Роланда замучила его неспокойная совесть. – Я надеюсь, вы не заставите нас долго ждать.
– Я не задержу мистера Тренчарда ни на одно лишнее мгновение, – ответил мистер Уайлдинг, и только очень чуткое ухо могло бы уловить скрытый смысл в его словах.
Уайлдинг и Тренчард покинули зал и молча, словно недруги, пошли по коридору, ведшему во двор. И только оказавшись в дальнем конце его, мистер Уайлдинг отрывисто спросил:
– Где твоя лошадь, Ник?
– При чем здесь моя лошадь? – вскипел мистер Тренчард. – Ты что, спятил? Чума тебя побери, Энтони, зачем ты только сунулся сюда в такое время?
– Я не знал, что это твоих рук дело, – пояснил мистер Уайлдинг и сухо добавил: – Тебе следовало сказать мне. Однако еще не все потеряно. Так где твоя лошадь?
– Пропади она пропадом! – в сердцах воскликнул мистер Тренчард. – Ты все испортил!
– Совсем наоборот, – возразил мистер Уайлдинг. – Пока еще можно все поправить. Я весьма тронут твоим отношением ко мне, но скажи, пожалуйста, как ты мог решиться на предательство?
– А что ты сам предпринял бы на моем месте?
– Оставил все как есть.
– Оставил бы как есть? – откликнулся мистер Тренчард и от раздражения аж топнул ногой. – Черт возьми! Ты что, спятил? Разве можно было оставить все как есть? В любую минуту тебя могли схватить по доносу Ричарда или Блейка. Вот это действительно было бы предательство.
– Не большее, чем твое.
– По крайней мере, ничуть не меньшее, – огрызнулся мистер Тренчард. – Ты что, считаешь, что у меня в голове солома вместо мозгов? Да, я выдал наше движение Альбемарлю, но неужели ты думаешь, что я не позаботился о последствиях?
– О чем, о чем? – удивленно переспросил мистер Уайлдинг.
– О последствиях. Как ты думаешь, что сделает сейчас Альбемарль?
– Не позже чем через час пошлет гонца с письмом в Уайтхолл.
– Именно! А где, черт тебя подери, будет находиться Ник Тренчард, когда этот курьер отправится в путь?
Мистер Уайлдинг наконец
