Исключение из правил - Ольга Владимировна Златогорская
– Значит, ждем только Геральта.
Настя пробормотала:
– Что-то разваливается наша компания.
Марат спокойно ответил:
– В данный момент наши встречи носят координационный характер.
– И тем не менее ты здесь, – напомнила Настя.
Марат вдруг улыбнулся:
– Мне с вами нравится. А по Алисе ты, по-моему, не скучаешь.
– Не скучаю, – согласилась Настя. – Но и не возражаю против нее. Кроме того, заработать себе на камеру – это круто. Я бы не смогла с мелкими сидеть, а она вот ничего, торчит там все выходные.
Марат хотел что-то сказать, но у него коротко тренькнул телефон. Он глянул на экран и вытащил из рюкзака планшет.
– Момент, у меня тут на сайте проблема. Надо поправить кое-что…
Он сел на диван и всмотрелся в мелкие строчки. Его пальцы запорхали над экраном. Настя уткнулась в головоломку. Я взял флешку Марата и начал копировать фильмы, которые он принес нам на неделю.
Марат работает. Алиса работает. А сам я пока не умею ничего, что приносит деньги. Видимо, я вздохнул, потому что Настя сказала:
– Нас скоро допустят к работе. Тоже буду зарабатывать, правда немного…
Марат отозвался, не отвлекаясь от планшета:
– Это хорошо. Но ты же помнишь, что главное не в этом.
Настя кивнула и снова уткнулась в игру. Загремела пластиковыми детальками.
Марат отложил планшет и спросил:
– Антон, а к тебе твои способности не возвращаются?
Я помотал головой. Недавно Настя показала мне фотку и спросила, знаю ли я такое место. А я не почувствовал ничего. Совсем. И даже место не узнал. А ведь это лагерь, в котором мы ночевали.
Марат сказал:
– Ну, может, позже вернется. Мы ведь даже не знаем, на какое свойство они тебе матрицу нацепили.
– На топографический кретинизм? – серьезно предположил я.
– Почему бы и нет? – в тон мне отозвался Марат.
– К сожалению, теперь я самый обычный человек. Никакими особыми способностями не наделен.
Марат посмотрел на меня с легким сожалением:
– Ты так и не понял? Не бывает обычных. Не бывает особенных. Мы все можем стать кем-то, но становимся теми, кем себя считаем. Если ты хочешь чего-то достичь – просто бери и делай. И когда-нибудь у тебя получится.
– Даже если у меня больше нет матрицы? – Я хотел спросить это с веселой интонацией, но не вышло.
Марат мягко ответил:
– Знаешь, я спросил у Стаса как-то… Не сложно ли ему начинать все сначала. А он ответил: «Ты думаешь, талант музыканта – это слух или музыкальное чутье? Нет, чувак. Талант музыканта – это умение работать. Много часов каждый день. И тогда у тебя в руках поет скрипка».
Я не понял:
– Ты это к чему?
– К тому, что он сейчас быстро учится снова. Потому что много занимался раньше. Таланта мало, надо еще вкладываться. Врубаешься?
Я пожал плечами. Кажется, не очень.
Марат пояснил:
– Один мамин друг как-то говорил, что люди не понимают, что такое желание быть артистом. Они думают, что «хотеть быть артистом» это значит представлять себя на сцене. А на самом деле это значит быть готовым много-много дней репетировать. И «хотеть быть художником» не значит представлять себя с красивой картинкой, а много часов рисовать одну и ту же гипсовую голову.
Настя негромко произнесла:
– Мой тренер так же говорил… Что соревнования выигрывает не тот, кто от природы способный, а тот, кто в зале выкладывается по полной… Чтобы кем-то стать, надо впахивать, другого рецепта нет.
Я не хотел спорить, но сказал:
– Может быть, для музыки или рисования достаточно крупинки способностей, остальное можно достичь тренировками. Но у меня-то другого сорта дар был. Тут одними тренировками ничего не добьешься.
Марат непривычно жестко поинтересовался:
– А ты пробовал?
– Пробовал! – Кажется, я ответил резче, чем хотел бы.
Марат не сбавил тона:
– Сколько раз?
Я уже готов был рявкнуть: «Не твое дело!» – но тут вклинилась Настя:
– Парни! Вы очумели?
Она вскочила и смотрела на нас встревоженно и сердито.
Марат немного обмяк и опустил глаза.
– Извини, Тоха.
– Ладно…
Мы снова сели.
Марат подкинул на ладони флешку и пробормотал:
– Нас ждет большая работа… – В этот момент у него было очень взрослое лицо.
– Да уж, найти этих четверых будет непросто, – согласилась Настя. Она уже остыла.
Марат вздохнул:
– Когда мы их найдем, настоящая работа только начнется…
Я не стал уточнять, о чем он. Я помнил разговор у костра.
Затренькал звонок. Я открыл дверь. Это пришел Геральт, у которого наконец-то закончились занятия в литературном кружке. Он рассказал, как там его подопечные – трое парней, которым мы вернули память. Первый ходит в подростковый клуб, второй в спортивную секцию, третий к психологу. Никто из них больше не собирается прыгнуть под поезд.
По девчонкам отчиталась Алиса. Она позвонила, пока ее мелкая спала. Две девчонки подружились и вместе пишут повесть про эльфов. Третья ходит в тот же клуб, что и один из наших парней…
Мы посмотрели фильм, который принес Марат. Старый и черно-белый, про войну. Главные герои – пацаны. Идейные, резкие, с горящими глазами. Они были готовы умереть, но не сдаться врагу. Кажется, я понимаю, почему Марат принес сегодня именно это кино…
Вечером, когда все разъехались, я проводил Настю до детдома и затемно вернулся домой. И решил посмотреть, куда я попаду, если заверну за соседний дом.
И почти сразу уперся в забор. Тупик.
Я вышел из него, обошел дом и попробовал снова. Старательно вспоминал скамейку и вечнозеленые кусты. Тишину и хвойный запах. И теплый ветер. В какой-то момент я ощутил, что воздух дрогнул и в нем появилась нотка того места. Я шагнул вперед – и снова уперся в тупик.
Показалось? Или… Нет?
Во мне стремительно вырастала надежда. Я вернулся к подъезду и начал сначала.
Может быть, вчера я бы бросил это бессмысленное занятие. Но сегодня у меня в голове засела одна фраза Марата. Я обошел дом и снова вернулся в овражек.
И еще раз. И еще.
Я не отступлю.
У меня был дар, и я верну его. Как возвращает Стас. Может быть, я зайду с другой стороны, как Геральт и Алиса. Но я больше не согласен с тем, что утратил способность находить удивительные места.
Я вспомнил, как Настя сказала: «Ты нетипичный случай, у тебя была обычная жизнь». Я тогда не понял, что меня задело. А сейчас вдруг дошло. Это прозвучало так, будто я ничего не потерял. Подумаешь, прогулки. Гулять можно и просто так, а главное у меня осталось: моя жизнь, бабушка и Настя.
