Охотник - Гоблин MeXXanik
— Охотник без знаний трав и отваров — просто мясо для чудовищ. — пожал в ответ плечами.
— Ну, открыть лавку тебе никто не мешает, — произнесла девушка. — Тем более, что долги Вельяновых требуют оплаты. Лавка может стать источником хорошего легального дохода. И заодно прикрытие.
Она замолчала, но мне всё было понятно. Вполне вероятно, что скоро к порогу поместья, кроме Синодников придут ещё и кредиторы.
— Однако, действительно, странным был этот Егор, — протянул я. Но она пропустила мою фразу мимо ушей.
— Зато у тебя есть небольшие плюсы, — сообщила травница. — Угасающая память Егора должна была передать тебе часть воспоминаний про этот мир.
Я потёр ладонью лоб. Воспоминания Егора оказались плохо читаемы, большая их часть словно затянута туманным маревом. Из того, что доступно, понял только что мир здесь был похож на мой. Страной, в которую попал, была Российская Империя, год на дворе стоял две тысячи седьмой. Государством управляет Император, Государственная Дума и Сенат. Правда, в моем мире главенствующую роль играл Синод, хотя и там жрецы имели немалую власть. А вот в технологическом плане этот мир от моего родного отставал. Машины здесь были всё ещё на бензиновых двигателях, смартфоны только начали входить в оборот, а об искусственном интеллекте никто даже и не слышал. Хотя Виртуальная Сеть в каком-то виде была.
Общество привычно делилось на дворян или высокорождённых, и простолюдинов. Первые имели чуть больше власти и привилегий, а также владели боевой магией. Простолюдины тоже обладали магией, но их искра была гораздо слабее и использовалась в основном для бытовых нужд. Остальные воспоминания Егора прятались в тумане.
— Пока воспоминаний не так и много, — честно сказал я.
— Это тоже понятно, — ответила травница. — Но есть вероятность, что все восстановится после приёма отваров. Кстати, о них.
Она достала из складок платья другую склянку, с густой, мутной жидкостью цвета болотной тины. Вылила в ту же чашу.
— Пей.
Я взглянул на девушку и с подозрением уточнил:
— Что это?
— В Егоре искра Силы вообще не пробудилась, — ответила она. — Тело аристократа было пустым, как ни странно. Твоё присутствие, твоя, даже угасшая сила, для него яд. Без этого отвара новое тело не выдержит. Оно не привыкло к потокам силы и начнёт выгорать изнутри.
— Подожди, — не понял я. — Если Егор был аристократом по рождению, значит, искра силы должна была разгореться ещё в подростковом возрасте.
— Был, — согласилась травница. — Только вот искра в нем так и не вспыхнула. Синодники только руками разводили и говорили, что возможно, это оттого, что ребёнок поздний, вот и не загорелась. Срок до двадцати лет у него еще оставался, конечно, но на пару месяцев надежды мало.
Я пожал плечами:
— Вероятность какого-то сбоя есть всегда.
— Как скажешь. — ответила девушка. — А в тебе есть Сила, пусть и слабая. Этот отвар постепенно создаст силовые каналы в твоем теле.
Я сделал глоток и скривился от сильной горечи, но почти сразу по венам разлилась странная лёгкость. Туман в голове рассеялся, сменившись неприятной, болезненной ясностью. Слабость отступила на шаг, уступив место хрупкому, дрожащему напряжению.
— Значит, теперь я привязан к твоим зельям.
— До тех пор, пока тело не примет силу как свою. — Агафья помолчала немного, а после добавила. — Если примет. Но когда это случится — одной только Живе известно.
Я нахмурился:
— То есть пока я не смогу пользоваться своей Силой?
— Скорее всего нет. — подтвердила Агафья.
Тишина повисла на пару мгновений. А потом её лицо чуть смягчилось. В уголках губ мелькнула лёгкая улыбка.
— Ладно, посмотрим, что из всего этого выйдет. — сказала девушка, вставая. — Отдыхай, двоедушник. Завтра может быть хуже.
Она взяла пустую чашу, подмигнула мне и направилась к выходу.
— Умная, — отметил ворон, как только за травницей закрылась дверь. — И опасная, чует всё не хуже ищейки.
— Знаю, — тихо ответил я, глядя в потолок.
Я уже почти задремал, когда Смутень каркнул:
— Кстати, Герман, совсем забыл сказать.
— Что? — не открывая глаз, уточнил я.
— Твоё поместье заложено. Причём дважды. Разным кредиторам.
Я приоткрыл глаза. Обратился к памяти Егора, и замер. Потому что слова, сказанные фамильяром, подтверждались:
— И что это значит?
— Что если не найдёшь деньги на погашение долгов, через месяц мы дружно переедем жить под мост. Приятных снов.
С этими словами, ворон исчез в астрале. Я уставился в потолок. Новая жизнь, новое тело, старые проблемы. И теперь ещё и долги.
Глава 3
Прогулка
Очередной приступ накрыл меня с наступлением сумерек. И это была не просто слабость, а полное помутнение разума. Я тонул в липких, бесформенных видениях, где лицо ведьмы из прошлой жизни сливалось с отражением незнакомца в зеркале. В какой-то момент показалось, что ко мне заходила Агафья, но я не был в этом уверен. Может быть, мне это померещилось.
Травница пришла утром:
— Ты живой, охотник? — послышался от двери спокойный голос.
Я попытался оторвать голову от подушки. Выходило у меня это скверно.
— Пока ещё да. — с трудом прохрипел я, и добавил. — Вроде.
— Вот и отлично! Да ты лежи, болезный. В присутствии лекарки болящим вставать не обязательно.
Она вошла в комнату, остановилась у кровати и протянула мне на открытой ладони небольшой пузырёк с мутной жидкостью цвета запёкшейся крови. Я взял его дрожащими пальцами, выдернул пробку зубами и сразу же выпил залпом до дна. Поморщился: на вкус это была редкая гадость, как будто глотнул экстракта полыни, настоянной на ржавой воде. Откинулся на подушку, ожидая очередного приступа, но вместо него по телу разлилась приятная теплота. Холодные тиски, сжимавшие грудь, ослабли и я сделал наконец полный вдох.
Через пару минут смог сесть в кровати. Ещё через пять даже встать на ноги и пройтись по комнате!
Агафья наблюдала за мной с прохладным интересом.
— Похоже, что эффекта от вчерашней дозы не хватает даже на двенадцать часов, — произнесла она через несколько минут.
— Я понял, что это за отвар, — проскрипел я в ответ. — И, похоже, знаю, как его можно модифицировать.
— Давай-ка не модничай своими занятными словечками. Не забывай, что с простыми людьми общаешься.
