Ангел со сковородкой - Галина Дмитриевна Гончарова
– Так просто? – удивился Кристиан.
Теорию магии королям преподавали, но именно теорию и кратко. А углубленный и расширенный курс – нет. Эддар сейчас говорил о проклятиях, о том, в чем привыкли вариться красные драконы, и с чем достаточно редко сталкивались люди. Слишком уж много условий прилагается к полноценному серьезному проклятию.
– Думаете, можно взять из тюрьмы первого попавшегося разбойника и предложить жизнь взамен на кусок проклятия? Это не сработает. Должно быть осознанное и искреннее желание помочь, а не шантаж. Иначе получат все. И не по куску проклятия, а скорее, его удвоение.
– Ну да, все не так просто.
– Очень непросто, ваше величество. Это целый ритуал, и если его нарушить… впрочем, у вас так и произошло. Видимо, ведьма была неопытная, или что-то еще пошло не так, потому что появился ликантроп.
– Вам про него рассказали?
– Вся столица знает, а сложить два и два несложно. Ликантроп, несчастная жертва, надо полагать, он и хотел бы принять на себя проклятье, но… купленного желания оказалось недостаточно. Я так полагаю, ведьма пыталась перенести хотя бы половину, дать время своему хозяину, и что-то ушло. И какое-то время он даже получил, но небольшое. Только вот за деньги – одно, из благодарности – второе, по любви – третье. Благодарность – это ведь желание, чтобы твоему спасителю было лучше. Но никак не желание повесить на себя смертельное проклятие. Человек до последнего будет на лучшее надеяться, о спасении мечтать. Вот и тут… краем зацепить удалось, а дернуть как следует – нет. Понимаете?
– Да. Это логично.
– У проклятий много оговорок. Жена может взять проклятие на себя, если искренне любит мужа. Ребенок для родителей или родители для ребенка могут принести такую жертву, но главное условие – искренность. А если речь идет о сделке, товар – деньги… полагаю, нашему эну стало чуть полегче, но и только. А ликантроп уже есть, и еще армию наплодить… да хоть ты их сорок штук приведи, проклятие не уйдет. Ну, получишь ты еще год – с первым, месяц со вторым, день с третьим, проклятие тоже адаптируется. Это не пирог, чтобы каждому по куску раздавать.
– Понимаю. И тогда речь зашла о ритуале?
– Который вы видели, ваше величество?
– Мне дали прочитать оба ритуала. Но я сейчас о том, который подразумевает передачу проклятия на ребенка.
Эддар поморщился.
– Не одобряю я этого, ваше величество. Простите – стар уже.
Кристиан простил, но не поверил. Седина не делала дракона стариком. Триста лет? Такой и пятьсот протянет, его и Смерть-то забрать побоится. Или решит отложить эти хлопоты лет на триста… потом явится.
– Изначально ритуал не для этого разрабатывался. И начало ему положили мы, Алые. Знаете, не одобряю, но понимаю, когда у тебя болеет ребенок, на все пойдешь. Такая сложная ситуация… Но когда взрослый человек хочет принести в жертву собственного ребенка – это скотство.
– Изначально ритуал был другим? – удивился Кристиан.
Эддар тряхнул головой.
– Да. Если бы ваш ребенок умирал на ваших глазах – что бы вы сделали? Ритуал разработала женщина, которая не могла потерять единственного сына, она взяла на себя его проклятие, и что самое интересное, даже не погибла. Об этом, правда, не сказано, наоборот, в ритуале написано, что принимающая сторона погибнет обязательно.
– Почему?
– Потому что должно быть искреннее самопожертвование. Понимаете? Дракон должен без сомнений и колебаний идти даже на смерть, отдавать всего себя, гореть до последней чешуйки, ни минуты о себе не думать. Ну, или человек, неважно. Это – должно быть. Переработанный ритуал, я так понимаю, отдает проклятие от отца – сыну или дочери. Конечно, тут подойдет не всякий ребенок, тут нужна тщательная проверка крови.
– А наоборот – всякий?
– Если от ребенка – родителю, тогда да, ограничений нет. А если от родителя ребенку… тут – простите. В идеале должен быть один пол… разный тоже можно, просто будет труднее, совпадение по крови обязательно, по магии… то есть по ауре. По параметрам, о которых я сейчас рассказывать не буду, это много расчетов.
– Понимаю.
Кристиан и сам был отцом. И для любого из своих детей… для жены он бы еще задумался, отдавать свою жизнь или нет, а для своих дочери и сыновей он бы на это пошел с легкостью. Даже и смерти бы не испугался.
Безоговорочно, как и сказал дракон.
– Ритуал был извращен ведьмами, что ж, даже ножом можно нарезать хлеб и можно убить человека, но никто не запрещает ножи.
– Лучше бы, чтобы этот ритуал… переработанный, не распространялся.
Эддар пожал плечами.
– Знать можно и нужно. Делать – не стоит, а вот знать… бывает ведь всяко. И так, что взрослый сын захочет спасти своего отца или мать. Я видел такой случай. Правда, дракон долго болел, но выправился потом, и мать его прожила еще долго, и сам он жив еще сейчас. Он отдавал от всей души, и ему воздалось в обратную. Никто из них не пожалел о сделанном, так беда этот ритуал – или благо?
Кристиан поджал губы, но дракон ведь прав. Ножи, ритуалы… есть ли разница? Если все дело в человеческом выборе? Или драконьем, но тут это не так важно.
– Вы правы, драк. Просто все это настолько гадко… вот именно в нашем случае!
– Понимаю, ваше величество. Такое вообще неприятно узнавать, понимать, что рядом с тобой гадина ползает. Только лучше узнать сейчас, а не когда цапнут.
И с этим было сложно спорить.
– Скажите, что будет если в ритуал вовлечен ребенок, и он дал добровольное согласие?
– Тут есть скользкие моменты, ваше величество. Проклятие часто накладывается и на человека, и на его потомков до третьего, седьмого, девятого колена… дальше-то не пройдет, а вот до девятого колена могут. И то жизнь отдать придется. И можно спихнуть проклятие с патриарха, скажем так, на потомков. А добровольное согласие… речь идет о детях, ваше величество. К примеру, этот эн пообещает ребенку вернуть его матери, только согласись на небольшой ритуал. Постоять там, к примеру… свечку подержать.
– Это сработает?
– Сложно сказать. Можно ведь и объяснить, что дядя болен, дяде плохо, только ты ему можешь помочь… дети могут и пожалеть. Искренне. А могут и не пожалеть, дети бывают
