Ангел со сковородкой - Галина Дмитриевна Гончарова
Энтони вздохнул.
– Ладно. Эн, давайте к нам, в полицию, и вот это все прихватим, и обыск сейчас проведем по всей форме. Если это и правда так… думаю, суд все учтет, и обойдетесь вы парой лет высылки.
– Я и так собрался уезжать в Легион. У меня там еще дела.
Энтони кивнул.
Оно конечно, убийство. Но понимать же надо!
Пират, вор, просто мерзавец, сюда еще личные счеты добавились… скорее всего, король простит.
А вот что Сото здесь забыли?
Мерзавцы же неглупые, понимали, что денег тут особо не взять, не поживиться, что урвал куш – и надо рвать заодно когти… а какой куш можно было урвать тут? Или это они… сейф и энну по голове? Но опять же, почему сразу не удрали?
Ладно! В полиции он Аитора подробно расспросит!
* * *
Когда дом опустел, энна Виктория и энна Абриль переглянулись.
И разошлись, не сказав ни слова.
А что тут скажешь?
У одной дочь – проститутка. У второй возможный зять – пират.
Поругаться-то можно, но так неинтересно. Вот если бы одна была вся в белом, тогда вторую можно и закидать навозом. Да-да, не снимая белого.
А сейчас это совершенно не то.
И Моники нет, можно бы на нее поругаться, но половина интереса теряется. И мужики все в нажоре, реагировать не будут, одним словом – неинтересно.
* * *
Ангелина честно старалась смотреть в сторону. У нее все время было ощущение, что она подглядывает за чем-то интимным, но взгляд регулярно натыкался на Монику и ее адмирала.
На переплетенные пальцы рук, на робкую улыбку Моники, теплую и удивительно нежную, на взгляд адмирала, который прижимает к себе жену, крепко, но бережно, так, словно в любой момент кто-то может отнять у него самое ценное в жизни… да так и есть!
Чудо, что они живы, они рядом, просто чудо.
Ангелина опять посмотрела в сторону окна.
А у нее ведь такого никогда не было. Как-то с Пашкой получалось все легко и весело. По приколу, как он говорил.
Кто бы знал, как ее бесили эти приколы!
И когда спустя пару лет она наткнулась на фото с их свадьбы, то поразилась сама себе.
В его глазах – лихость и безрассудство.
В ее – тревожность. Словно она не верит в свое счастье… да и не верила! Разве что первое время, а потом – никак. И счастье… было ли оно? В постели им точно хорошо было… или не было плохо. Проводить вместе время, развлекаться – это тоже. Показывать Пашку друзьям и знакомым.
Все это было приятно. Но чтобы вот так сидеть? И за руки держаться? Молча, понимая друг друга лучше, чем после сорока лет переговоров?
И чтобы Ангелина хоть раз на него смотрела, как на ценность? Или он на нее?
Да Пашка кастрюлю с супом больше оберегал! Суп-то варить заново придется, а Ангелина – она что? Она справится, она сильная…
Она и справлялась. А потом закончились силы. И суп. И брак закончился…
До дома, конечно, они не молчали, благо кучером был эл Перес, а он и так отлично знал, что происходило. Сначала рассказывала Моника, потом помогла Ангелина, добавил свои три медяка Альберто… Альваро едва за голову не хватался. Только Монику к себе крепче прижимал.
– А где Ханна сейчас?
– В моем доме, – отозвался Альберто. – У меня там безопасно.
– Я… Боги, я так вам благодарен! Берто, и тебе, и Ангелине… я так рад, что у моей жены есть замечательная сестра!
Ангелина смутилась.
– Так-то мы же не сестры…
– Ерунда, – отмахнулся Альваро. – Родня – это иногда не по крови, а по совести и чести. По душе. Вы не только Монике родная, энна, вы и мне родной стали. И Ханне. Ангелина, я могу вас так называть?
– Да, конечно.
– Считайте, что вы такой же член рода Эррера, как Моника, как Ханна… в любой момент, когда понадобится – я встану за вашей спиной.
Ангелина порадовалась, что читала об Ардейле. Много читала.
– Эн Альваро, я благодарю вас за щедрое предложение и принимаю его с радостью. В любую минуту я прикрою вашу спину, да будет так.
Да, такое предложение. Ангелину по всей форме приглашают под покровительство рода Эррера. Впрочем, это обоюдно. Альваро, если что, будет решать все ее проблемы, а Ангелина принимает дела Эррера как свои. Двустороннее движение, взаимные обязательства, иначе тут никак. Не вассалитет, что-то более близкое и родственное. Вассал все же не член семьи, а она считается ближе, как двоюродная примерно. Та же семья, просто соседняя ветка. Хотя Ангелине уже никакой разницы и нет.
Для нее Моника и Хани уже родные, она так и так будет за них вписываться и влезать в любые авантюры. Они позовут, и она придет.
Не было у нее никогда семьи, а в другом мире появилась.
Даже не выйдет она замуж и своих не нарожает – неважно! Уж племяшка-то у нее точно будет! Даже уже двое. А Ангелина будет ужасно любящей тетушкой.
– Вот и отлично. Едем домой, я очень хочу познакомиться с нашим племянником.
– Племянником? – ахнула Моника.
Альваро улыбнулся ей.
– Любимая, я тебя отлично знаю. Ты уже любишь этого мальчика, я видел, как ты о нем рассказывала. Я его пока не знаю, но думаю, что род Эррера он не опозорит. Сыном не получится, роду Ромеро тоже нужны наследники, или роду его матери, если он захочет. А вот племянником считать буду. Как сына сестры, к примеру. Я Анну Ромеро не знал, но думаю, это была достойная женщина.
– Альваро!
Глаза Моники светились искренним счастьем. И к мужу она с поцелуем потянулась без сомнений.
Любит. И он ее тоже. Повезло… сестренке.
Глава 11
Эктор и Ханна играли в саду.
Классики, игра, которой научила их Ангелина, устраивала обоих. Чертишь классики, кидаешь биток, прыгаешь, сначала просто по номерам, потом на правой ноге, на левой, двумя ногами… да мало ли можно придумать?
У Эктора лучше получалось прыгать, у Ханны – кидать.
И рогатку можно потом попробовать, несколько мишеней для них в саду установили специально.
– Энна Эррера! Эн
