Герцоги предпочитают блондинок - Лоретта Чейз
В точности это сказала ей и Дэвис.
— Мы с Дэвис позаботимся, чтобы у Бриджет не оставалось времени соблазнять лакеев, — ответила Клара. — У меня множество заданий для женщины, умеющей обращаться с иглой. Сейчас пусть занимается штопкой белья в этом доме, а дальше мне предстоит полностью обустроить Малверн-хаус.
— Не сомневаюсь, вы найдете его в ужасном состоянии, — заметила ее светлость. — Самая тяжелая мебель, скорее всего, по-прежнему стоит в чехлах, но не удивлюсь, если большая часть обстановки таинственно исчезла. Постельное белье, с большой вероятностью, сгнило в чуланах, если только не было давным-давно украдено и продано. Никто из семьи не жил в Малверн-хаусе уже больше века, и отец покойного герцога предпочитал вкладывать деньги в замок Глиннор.
— Я попросила маму проинспектировать дом, — сообщила Клара. — Ей это доставит огромное удовольствие!
А кроме того, займет ее делом и заставит отложить многодневные визиты в Ричмонд. Ох, как же мама будет хвастаться подруге-врагине леди Бартэм своими трудами на благо дочери, маркизы Бридон! Клара, как наяву, слышала ее голос:
«Бедняжка Клара! Столько всего свалилось ей на плечи, помимо прочих своих обязанностей, она должна помогать герцогу и герцогине Малверн! Разумеется, я сделаю для нее все, что смогу. Тем более что она полностью доверяет моим суждениям!»
— Я закажу новое белье, — сказала Клара, — так что Бриджет будет чем заняться; к тому же она сможет проявить свой талант к вышиванию на монограммах и прочем подобном. Мне не терпится наполнить этот дом жизнью!
Герцогиня рассмеялась.
— Уж лучше вы, чем я, моя дорогая! У меня хватает забот и без того, чтобы выбирать обои, шторы и прочее. Предпочитаю проводить время, оспаривая нелепые мнения моего супруга о вердиктах коронеров, наставлениях судей присяжным или о разных двусмысленных пунктах закона.
— Ты ничего не понимаешь в двусмысленных пунктах закона, — отрезал герцог.
— Видите, Клара? — обратилась к ней герцогиня. — Общение с этим заблудшим джентльменом требует от меня напряжения всех сил. — Она махнула рукой. — Так что, дорогая, делайте как считаете нужным. И как только принарядите мальчика, пришлите его к нам: посмотрим, на что он сгодится.
Ричмонд. Пятница, 4 декабря
Белка не переставал удивляться тому, что могут сделать с человеком бакенбарды и смена костюма. Два дня спустя Джейкоб Фрим вместе с Белкой и Тихушником средь бела дня выехал из Лондона в коляске — и никто не обратил на него внимания! Белка внимательно смотрел вокруг и точно знал: за ними не следят.
Как и говорил Джейкоб в гостинице «Синий гусь» в Ричмонде, маскировка не потребовала особого труда. Достаточно было сменить экипаж и костюмы. Оденься как кто-то другой — и люди начнут принимать тебя за другого.
До того как Резун привел его в шайку Джейкоба, Белка одевался одним-единственным способом — в те лохмотья, что удавалось раздобыть. Быть может, Джейкоб и ублюдок, но таких, как он, полно на свете. И этот ублюдок кормил своих мальчишек досыта, одевал прилично и давал им крышу над головой.
Сегодня костюм на Белке был очень приличный, почти новый. Никаких недостающих пуговиц. Никаких дыр или разошедшихся швов. Никаких заплаток на локтях и в прочих местах. На голове настоящая шляпа, на шее платок и даже булавка с фальшивым драгоценным камнем.
Разумеется, чтобы добыть денег на всю эту красоту, Тихушник кого-то ограбил. И при этом избил до полусмерти, а может, и до смерти. Пожалуй, Белку это беспокоило… самую малость. Но он старался о таких вещах не задумываться, а просто делать то, что ему говорят.
Он — слуга по имени Сэмюель. Тихушник одет получше: он играет роль Хамфри, сына Джейкоба. Ради такого случая Джейкоб даже заставил его почистить зубы.
Джейкоб, само собой, у них главный. Он мистер Джозеф Грин, важная птица из Лондона, сюда приехал по предписанию врача. Изобразить важную шишку Джейкобу несложно. И по манерам, и по речи он выделяется среди людей своего круга. Вроде бы даже когда-то в школе учился, хотя никогда не рассказывал в какой школе, а подельники не спрашивали.
Пока Тихушник бродил по городу, Джейкоб объехал кругом весь обширный парк, чтобы познакомиться с местностью, так он сказал. Время от времени Джейкоб заходил в какой-нибудь трактир или в кофейню, заводил разговор о Вороне — и местные с удовольствием делились всем, что знали о Рэдфорде, о его семье, об их доме у реки.
К чужакам Ричмонд привык; правда, чаще сюда приезжали летом. Но сейчас в городок снова повалили приезжие. Останавливались у особняка Рэдфордов за высокой оградой, подолгу глазели на дом, обходили его кругом, стараясь подсмотреть, есть ли кто-то в саду. Джейкоб, Тихушник и Белка тоже подошли и посмотрели, не вызывая подозрений. Белка смотрел в основном на забор и надеялся, что Джейкоб не заставит его перелезть внутрь, а потом впустить его и Тихушника.
Через забор-то перелезть дело нехитрое; куда больше Белку беспокоили слуги. Вон их тут сколько! Снуют туда-сюда, и в саду, и на конюшнях, и возле теплиц.
Городок Белке тоже не нравился. Слишком уж маленький, и все здесь обо всех всё знают. И он точно приметил здесь ищеек, хоть Джейкоб и уверял, что в такую даль от Лондона полицейские соваться не станут: еще одна причина покончить с Вороном здесь, где им способны помешать лишь туповатый констебль да пара сторожей.
Сегодня наблюдать за домом и слушать новости отправился Тихушник. Джейкоб с Белкой катались по парку. На этот раз Белка сидел на козлах рядом с главарем и, как обычно, внимательно смотрел по сторонам.
Вдруг Джейкоб дал ему подзатыльник.
— Ну-ка хватит! — Джейкоб не кричал, говорил вполголоса, мягко, но рука у него была тяжелая. — Заканчивай вертеть головой.
— Я просто по сторонам смотрел, как ты и…
— Ну не так же! — ответил Джейкоб. — По тебе сразу видать, что-то дурное замышляешь. Мы же не хотим, чтобы здешнее мужичье нас заподозрило, верно? Надо выглядеть безобидно. Приехали свежим воздухом подышать; если удастся, взглянуть на новых аристократов. Посмотри на других приезжих: хоть у кого-нибудь слуга вертит головой во все стороны?
Не желая получить еще один подзатыльник, Белка прекратил оглядываться в поисках подозрительных теней или шорохов в кустах и дальше по большей части смотрел вперед. Старался делать вид, что наслаждается свежим воздухом, хоть этот воздух его и бесил. Слишком уж он свежий! И на кой черт тут столько зелени?
Вот почему некоторое время спустя, когда они выехали из парка и поднимались по склону обратно в деревню, Белка не
