Мимино для Читы-Маргариты. Или грузин на моей кухне - Стелла Юсупова
Глава 8
Когда я закрыла дверь за Резо, квартира выдохнула.
И я вместе с ней.
Никаких объяснений.
Никаких «давай поговорим».
Я просто осталась одна — и это было единственное, что мне сейчас подходило. Просто попытаться разложить этот разом свалившийся на меня ворох вопросов.
Я ходила по квартире, как сомнамбула. Закрыла окна. Поставила телефон на беззвучный. Легла поверх покрывала, не раздеваясь, и решила сыграть в самую честную психологическую игру на свете, которая не помешала бы всем — не думать вообще ни о чем.
Не думать — это, оказывается, целое искусство.
Сначала мысли все равно лезут: Толстолобов, его кривой корявый палец, его «возмездие»… Резо с этим своим горским спокойствием, будто он не человек, а скала, которое того и грозит начать вулканировать. Потом они редеют, словно бы кадры пленки — высветляются. А потом наступает странная тишина, в которой ты просто существуешь.
Я проспала почти весь выходной. Телефон в руки преднамеренно не брала. Не нужны мне сейчас не расспросы мамы и сестра, ни выяснения отношений… Ничего не нужно.
Проснулась в понедельник с тяжелой головой и ощущением, что жизнь слегка сдвинулась набекрень. Как картина, которую повесили криво, а ты смотришь и не понимаешь — это у тебя голова кружится или и правда все так плохо.
Я молча собралась. Без зеркал. Без макияжа. В сумку машинально положила контейнер с хачапури. Тот самый. Вчерашний. Им приготовленный…
Почему — не знаю. Наверное, потому что выбросить его означало признать, что ничего не было. А оно было. Черт побери, было. Резо был… Грузин на моей кухне…
Дорога на работу тянулась бесконечно. Пробки, как всегда, но сегодня они действовали на нервы особенно изощренно. Я смотрела на чужие спины, бамперы, светофоры — и чувствовала, что внутри все расползается в уродливую кляксу.
В офисе меня встретили взгляды. Почему-то с порога тяжелые, неприятные. Странно… Это мир у меня вокруг вдруг заиграл такими некрасивыми красками?
Однако, нет. Не показалось…
— Маргарита, — сказала секретарша чужим голосом, — вас сразу к руководству. Срочно.
Странно это все…
В кабинете начальника было душно. Бумаги, небрежно раскиданные по столу… Небрежно отпитый кофе из чашки, осевший на ее стенку.
— Маргарита Петровна, — начал глава моего подразделения, — произошедшее не укладывается ни в какие рамки.
— Простите, — тихо спросила я, — что именно?
Понятия не имела, о чем он вообще… Какая-то ошибка?
Снял тонкие очки в оправе из лески с носа и посмотрел осуждающе.
— Ваши личные связи, — пробубнил, — которые повлияли на рабочие процессы. Конфликт интересов. Давление на сотрудников. Жалобы.
— Да о чем Вы, понять не могу! Это какая-то ошибка!
— Я не понимаю, — сказала я. — Я не…
— Нам стало известно, что у вас интимные отношения с одним из владельцев ресторана, в котором вы проводили инспекцию. То есть вы сознательно прищли исполнять свои обязанности в заведение человека, с которым связаны близкими отношениями. Как это понимать? Он дал вам взятку? Как теперь расценивать результаты вашей проверки? Она была слишком мягкой? Вы там дизентерию что ли скрыли? Вообще-то, скажу я Вам, судя по тому, какие жалобы прилетели на это заведение и по какой причине вы были туда направлены, ваши выводы более чем лояльные. Это пристрастность, Маргарита Петровна. И вопиющий непрофессионализм…
— Вы не понимаете, о чем говорите, — строго начала я, — во-первых, ресторан и правда хороший, за исключением пары притянутых замечаний там не к чему придраться. И дело не в чем-то там таком, что Вы мне пытаетесь навязать. Во-вторых, если Вы говорите об отношениях, то они у нас начались… позже…
— Увольте меня от подробностей Вашей интимной жизни, — небрежно мотнул он рукой, — вообще-то мне все досконально известно про вас! Все-все, раз уж на то пошло! Как эти отношения, скажите на милость, могли начаться позже, если меньше, чем через сутки, Вы уже знакомили этого Задидзе с вашими родителями как с вашим женихом⁈
Я аж опешила… Так вот оно, в чем дело… Толстолобов, будь он неладен… Возмездие его чертово!
— Маргарита Петровна, в свете всего вышеизложенного вынуждены принять меры! Вы отстранены от работы. Неполное служебное соответствие.
— Что это значит? — осеклась я, чувствуя, как вся холодею, — увольняете?
Начальник втянул воздух широким носом и снова посмотрел остро через очки.
— Вы хороший сотрудник, Маргарита Петровна, в целом неплохо справляетесь с обязанностями. Справлялись, вернее. Всяко бывает. В вашем возрасте девушки, как бы это мягко сказать, могут дать осечку, особенно если на горизонте появляется яркий грузинский сокол. Давайте так. Отстранены. Берете пару недель за свой счет. Думаете над жизнью… Потому что по-хорошему я должен вас уволить и занеси выговор в трудовую, но это точно сведет на нет все ваши карьерные устремления…
В отделе кадров молча кивнула, когда показали, где подписать. Даже не спорила.
Внутри все было будто в вате.
Странно это все… Стремительно… быстро… Как на ровном месте я вот так могла попасть⁈ Работы любимой лишилась!
— Не переживайте, Маргариточка Петровна, — вдруг произнесла мягким голосом одна из сотрудниц кадров, с которой у меня были хорошие отношения, — я думаю, что все еще образумится. Я случайно услышала, как Андрей Никитич по телефону вашу ситуацию обсуждал с каким-то «Сан-Санычем Толстолобовым». Так он секретарше представился, когда попросил перевести звонок на начальника. Они старые знакомые оказались. Не знаю, может эта информация вам чем-то поможет…
Я обмерла…
О, эта информация мне очень помогла!
Значит, и правда свой толстый лоб сюда засунул мой горе-женишок! И папашку привлек! Вот, как чувствовала я, что с этой семейкой связываться — труба!
Телефон ожил, когда я вышла из кабинета.
Сообщение от Толстолобова — джуниора. Не заставил себя долго ждать, прыщавый паршивец!
«Я же говорил. Возмездие всегда приходит. Не стоило связываться с дикарями, Маргаритушка…»
Я уставилась на экран. Ярость внутри нарастала — тупая и беспощадная…
«— Отвечу — ка я тебе по-дикарски, дружок. А не пошел бы ты на хрен».
Нажала на блокировку номера. Чертыхнулась, когда спустилась и увидела на колесах два металлические лапы! Вот же черт! Я всегда тут паркуюсь, а тут такая засада! И что мне теперь делать?
Думала, что хуже быть не может.
Ошибалась.
Снова зазвонил телефон. Мама…
Глава 9
Я не успела ответить, как тут же добавился отец. Конференц-колл. Конечно. А это точно задел на нечто серьезное…
— Маргарита! — голос мамы дрожал. — Ты вообще понимаешь, что натворила⁈
О чем речь? Что происходит?
Послышался тяжелый выдох
