Мимино для Читы-Маргариты. Или грузин на моей кухне - Стелла Юсупова
В этот момент он вытащил из кармана коробочку и открыл ее. Там было кольцо… то самое… Из статьи…
— Это про тебя, упертая, — улыбнулся он, — статью про тебя написали… Это я на тебе жениться собирался…
— Еще даже меня не зная⁈
— Ну, я-то тебя знал, — хохотнул он, — это просто ты не была тогда еще посвящена в мои планы…
Дождь со снегом тихо стучали по крыше. Реки текли внизу, каждая — своей правдой, но в одном русле.
И в этот момент сказка перестала быть словом.
Она стала выбором.
Моим выбором. Выбором этого мужчины…
Он сжал мою руку — и я пошла за ним.
Священник произносил молитву на древнем восточном языке, а Резо переводил и я повторяла.
Вот так странно, неожиданно, неподготовленно я… стала его женой… Раз и навсегда…
Глава 14
Мы вышли из церкви под колокольный звон — и я до сих пор не уверена, звонили ли колокола или это у меня внутри что-то переворачивалось и пело.
Когда мы ехали к отелю, машины сигналили так, будто поздравляли не нас, а всю страну сразу. Люди махали, улыбались, кто-то кричал «горько!», кто-то «гаумарджос!», и я смеялась, потому что не понимала, как столько радости вообще помещается в один день.
— Ничего не понимаю… Откуда они знают, что мы поженились⁈
Резо засмеялся.
— Гврито, там такой банкет в главном ресторане города готовится, что даже Кура и Арагви в курсе и быстрее начали течь.
Я аж язык прикусила. Он о чем вообще⁈ Какой банкет? Кто вообще там приглашен⁈ Он что, и правда это все… в статье⁈
— На полчаса заедем в отель. В Грузии по одежке встречают, Марго. Нужно нам с тобой преобразиться…
В гостинице меня буквально перехватили.
— Быстро, быстро!
— Невеста, у нас десять минут!
— Маргарита, не сопротивляйся судьбе!
Меня затащили в номер, где уже ждало то самое платье — грузинское, тяжелое, роскошное, будто сшитое не из ткани, а из традиций, песен и чьих-то счастливых браков. За какие-то считанные минуты превратилась в грузинскую царицу.
В комнату постучали. Новоиспеченный муж пришел… И такой же франт… Сердце аж несколько ударов пропустило…
— Пойдем, любимая… — произнес он, улыбаясь этой своей фирменной улыбочкой…
Мы спустились вниз, к помпезному холлу, уходящему в банкетный зал. Тут-то у нас и было торжество…
И вот тут я увидела своих…
Мама стояла у окна, смотрела на горы и тихо улыбалась.
Папа держался чуть строже, но я видела, как он украдкой вытирает глаза и делает вид, что ему просто что-то попало.
А сестра… сестра фотографировала все подряд… Для чего, спрашивается? У нее даже соцсетей не было!
Да. Они снова приехали.
А потом был пир.
Тут же поймала себя на мысли, что так тут не едят — так тут живут.
Вино текло рекой, рога в резных серебряных окладах поднимались, тосты становились длиннее и мудрее с каждым глотком. Тамада говорил о любви так, будто сам ее лично придумал. Пели мужчины, пели женщины, пели те, кто вообще-то не поет — но в этот вечер не петь было невозможно.
А дальше я чуть не подавилась!
Потому что на пороге показались мои Тонька и Армен! Вот же они, заразы! Виновники всех моих приключений!
Армен шел гордо, с высоко поднятой головой, как только и умеют армяне в чисто грузинском окружении. Тоня сияла, как женщина, у которой все сложилось…
— Маргарита, — сказала она, едва сдерживая улыбку, — ну что, добро пожаловать в семейную жизнь. Ловко мы, да⁈ А так бы и не обзамужили тебя!
Подруга была с внушительным таким пузцом. Очуметь. Уже третий за эти три с половиной года! С учетом того, как одобрительно на эту парочку смотрел Резо, сразу поняла, каким там субстантивом он собирался меня наполнить…
А потом зал вдруг взорвался и было уже не до любезничаний.
— ЧИ-ТА!
— МАР-ГА-РИ-ТААА!
Пели все. Мама. Папа. Сестра. Армен. Тоня. Люди, которых я видела впервые в жизни, но которые уже знали мое имя лучше, чем я сама. Меня кружили, смеялись, поднимали рога, кричали тосты, а я стояла посреди этого счастья и понимала:
Любовь не спрашивает паспорт.
Она просто приходит. И остается.
И если меня спросят, чем закончилась моя история — я скажу, что она только началась.
В этот самый необычный новый год в моей жизни — когда плавно с песен за счастье нашей семьи мы перешли к тостам за новый год!
Ну, а как иначе в Грузии? Здесь вся жизнь — застолье и нескончаемый праздник!
КОНЕЦ.
