Пока не развели мосты - Анна Аникина
Блондин в попытке отбить мяч упал на песок. Встретился с ней взглядом. Встал. Отряхнул песок с живота и длинных ног. Алла про себя уточнила, что живот у него плоский и с кубиками, а ноги красивые. Могут же быть красивые ноги у молодого парня. И попа тоже ничего. Говорят, что женщины обращают внимание на форму мужской задницы. Аллочка обратила.
Парень опять широко улыбнулся и отсалютовал ей. Алла вспыхнула. Хорошо, что с такого расстояния он, возможно, и не заметил, как она покраснела. А вот что рассматривала, точно заметил. Она перевернулась на живот и достала из сумочки книжку.
Алла старательно смотрела в книгу. Строчки расплывались. Она не будет поднимать голову, хотя щеку уже печёт от взгляда. За несколько лет он из юноши превратился в мужчину. И ей до него как до Луны пешком.
Она не знает, как его зовут. И никогда не узнает. Может, и хорошо. Потому что богатые мальчики только в сказках выбирают простых девочек. А в жизни всяк сверчок должен помнить свой шесток. Вон какие девицы рядом с ним. Картинки. Загорелые тела, ухоженные волосы.
Алле остро захотелось завернуться во что-то тёплое. Ей стало холодно. У таких как она не случается чудес. С такими как она происходят страшные вещи. Близкие гибнут на глазах. Крупные солёные капли застучали по открытым страницам. Вот тебе и день для себя.
Глава 26
Бодровский отлично играл в волейбол. Но тут вдруг мяч стал буквально выскакивать из рук. Он упал на песок в попытке отбить. Девушка, которая подала им недавно мяч, всё ещё смотрела в их сторону. Юрка отряхнулся и отсалютовал ей. Девушка, очевидно, смутилась. Надо же! Остались ещё на свете такие, которые это умеют?
— Юра, ну ты чего? Проиграем же, — обиженно оттопырила губу красивая блондинка. Бодровский до этого точно помнил, как её зовут. А тут вдруг вылетело. Как мячик из рук. Кира или Лика?
Юрке показалось, что он уже где-то видел эту девушку. Ту, что лежала сейчас под соснами достаточно далеко от берега и читала. Точно видел. Но где именно, никак не вспоминалось. Этот поворот головы, как у балерины. И взгляд из-под длинных, будто нарисованных ресниц был ему явно знаком. Что ж голова у него дырявая-то такая сегодня? Или это такой "откат" после экзаменов?
Девушка не обращала на него внимание. Это странно. И тем интереснее было вспомнить, где же они встречались. Он легко отбил мяч на другую сторону и порадовался, что есть время подумать. Обернуться и ещё раз глянуть в сторону той девушки долго не получалось. А когда игра закончилась, место между соснами оказалось пустым. Ушла? Куда? В груди образовался плотный комок. Странное ощущение.
На его руке повисла та самая, которая не то Лика, не то Кира. Потащила в сторону их компании. Там уже достали фрукты и бутерброды.
— Погоди, я сейчас, — Юрка отцепил её от своего локтя.
В голове стучало, что та девушка не могла успеть далеко уйти. И дорожка тут в город одна.
— Бодря, ты куда намылился?
— Ща, мужики, я быстро, — Юрик влез в кроссовки.
Фигуру в светлом сарафане увидел сразу за поворотом. Аж выдохнул. Не ушла.
— Девушка, подождите! Не уходите, пожалуйста!
Она обернулась. Лицо удивленное. Глаза красные. Плакала?
— Девушка, простите, но мне кажется, что мы где-то с Вами виделись.
Юра вгляделся в её лицо. В глазах мелькнуло разочарование. Он её расстроил? Чем? И когда успел?
— Не смешно, — выдала она, глянув исподлобья.
Бодровский чуть по лбу себя не хлопнул. Идиот! Фраза-то звучала как тупейший подкат. Но он ведь и правда хотел с ней познакомиться.
— Простите ещё раз. Но мне не даёт покоя эта мысль. Я Вас совершено точно где-то видел. И это я серьёзно. Не для того, чтобы познакомиться.
— А для чего? Память освежить? Тогда Вам в аптеку. И там "что-нибудь для памяти", — девушка передразнила телевизионную рекламу, развернулась и пошла по дорожке.
— Девушка, не уходите, пожалуйста! — Бодровский догнал её в два прыжка. Перегородил дорогу, — Не сердитесь. Посмотрите на меня, пожалуйста.
Она вскинула взгляд. Ох уж эти ресницы! Юрка пытался хоть что-то прочесть на её лице. Ощущение было такое, что она тоже его узнала, но не хочет напоминать, где они встречались. И Бодровский пошёл ва-банк.
— Вы же узнали меня, так? — внимательно смотрел на её лицо.
Ресницы дрогнули. Губы чуть изменили линию. Улыбается? Очень старается остаться серьёзной?
— Я сойду с ума, если не вспомню. Это очень важно. Помогите мне!
— Зачем это Вам? У Вас прекрасная компания. Столько красивых девушек вполне смогут Вам помочь.
Юрка видел, как она колеблется. Господи, что же это был за момент? Он и правда идиот. Если бы это было недавно, забыть такую девушку было бы просто нереально. Значит, давно. В училище, возможно. Память работала, как мощный компьютер.
И тут вдруг она сняла с запястья резинку и собрала не очень длинные волосы в гладкую причёску.
— Стоп! — почти крикнул Юрка, — Замри! — забыл, что только что разговаривал с ней на "Вы".
— Что? — она часто заморгала.
— Есть жетончик на метро? — выпалил Бодровский. Сердце уже колотилось об рёбра так сильно, что отдавало в виски.
Глаза девушки потеплели, губы тронула уже настоящая улыбка. Снова взмах ресниц. Как крылья у бабочки. Тонкая ладошка и изящными розовыми ногтями без маникюра скользнула в сумочку.
— Держи..., — жетончик оказался в ладони у Юрки.
Глава 27
Сколько они так стояли друг напротив друга и улыбались, Алла сказать точно не могла. Замерла и боялась даже дышать, когда её пальцы оказались в тёплой мужской руке.
Парень дал положить жетончик себе на ладонь и просто взял её за руку. Алла еле-еле нашла в себе силы поднять на него взгляд. Он высокий. Плечи широкие. Стрижка короткая. Только сверху чуть длиннее. И он иногда проводит пятерней по волосам. Загорелые руки. Вздрогнула, когда его большой палец подушечкой погладил тыльную сторону её ладони. Тепло разлилось по всему телу. Ноги стали ватными. В ушах зашумело.
В этот момент Алла испугалась, что вот прямо сейчас грохнется в банальный голодный обморок. У неё был план купить себе на станции чай и булку. Деньги были рассчитаны. С самого утра она съела только
