Одержимые. Первая любовь - Катерина Пелевина
Я психованно дёргаюсь и, забрав свои вещи, ухожу в конец на самую последнюю парту. И пофиг… Ладно, я проиграла. Зато подальше от него. Теперь, блин, ещё бояться, что папа это найдёт… Надо лист вырвать…
Господи, что ему от меня надо? Почему он решил портить жизнь именно мне? На мне что радар для психов установлен?
Очень скоро понимаю, что его тревожит то, что я отсела, потому что он без конца поворачивается в мою сторону. И минуты не проходит, как он снова смотрит. Кое-как терпит до конца урока и тащится ко мне.
— Бля. Ну, извини меня за тетрадь… Погорячился. Не буду больше. Вернись за парту.
— Тебе какая разница вообще⁈
— Одному сидеть не хочется…
— Ну, пригласи кого-нибудь. Уверена, тебе не откажут.
— Ух, какая ты огненная, а. Успокойся уже. Вернись за парту, я больше так не буду.
Вообще его не понимаю. Что прицепился??? На переменах то и дело флиртует со своей Катенькой, а как уроки, так приклеился ко мне.
— Может тебе в класс Кати попроситься? Там бы тебе больше понравилось… Думаю, тебе могут пойти навстречу…
Он вдруг ржёт, собирая со стола мои принадлежности и взяв меня за руку, а потом тянет за собой.
— Хорошая попытка, конечно. Но нет.
— Почему, блин, Тимур⁈ Ты бесишь меня!
— Ты меня тоже, поверь.
— Тогда отпусти, блин, не трогай! — вырываю свою руку и хмурюсь. — Достал!
— Жопу прижми!
— Чё⁈ Да иди ты знаешь куда, Савицкий⁈
— Куда?
— В пизду! — выпаливаю я возмущенно.
— Разве что в твою…
На его губах появляется гадкая улыбка, а я честно нахожусь в трёх секундах, прежде чем начать его душить. Но в класс заходит наша Аллочка и начинает рассказывать нам о предстоящей поездке за город на зимние каникулы. До этого ещё как до Луны. Но они уже всё планируют…
— Поедешь? — спрашивает этот придурок, пока я лежу на парте и снова рисую цветочки в конце тетради.
— Нет.
— Почему?
— Отвали…
Я бы даже объяснять ему не стала какой у меня отец. И если хоть подует чем-то таким, мне сразу же открутят голову. И не отпустят меня никуда совершенно точно. Я даже не собираюсь спрашивать.
Все что-то для себя узнают, верещат, шутят, а я жду, когда всё это закончится… С содроганием буду возвращаться сегодня домой… Ведь ещё нужно убраться в кабинете. И объяснить отцу, почему я не пришла домой вовремя…
Глава 5
Тимур Савицкий
Я как бы осознаю, что не подарок. Но, блядь… Она пиздец странная. Напряжённая, дикая… На меня рычит постоянно. В моей прошлой гимназии у меня проблем с девчонками не было. Все считали красавчиком, и я как-то стабильно всегда думал, что всем нравлюсь. А тут… Она мне на эго конкретно наступила. Я даже растерялся. И сейчас не знаю, с какой стороны к ней подступиться.
Ранним утром меня подбрасывает старший брат. Я как бы и сам уже водить умею, но нельзя пока восемнадцати нет. Отец не одобрит.
В школе немного подразобрался. Тут как в любом другом месте. Всё по кастам. Они как-то сами обозначают всё, стоит зайти на их территорию… Парни в основном нормальные. Есть быдло, да и задроты какие-то есть. Но простых адекватных парней всё же больше.
Пока здороваюсь со всеми, параллельно болтая с братом, мимо с абсолютным безразличием пробегает моя соседка по парте. Причём так быстро. Явно же меня видела, блях. И даже не поздоровалась.
— Бля, Серый, всё, побёг, — жму ему руку, а он ржёт.
— Чё, твоя?
— Всё, — отмахиваюсь и на всех скоростях бегу за ней, словно влюблённый фанатик. Еле догоняю.
— Стоять, блондиночка, далеко побежала?
— Отвали! — и всё… Свалила через фойе наверх… Это что за нахер вообще??? Долго она так со мной будет себя вести? Пиздец какой-то… Ладно…
Справившись с обидой, прихожу на первый урок и молча сажусь рядом.
Она достаёт свой учебник, тетрадь и прочее, а я просто сижу, стараясь даже не дышать в её сторону. Но, как мне кажется, даже так её бешу.
И она вдруг поворачивается.
— Привет ещё раз, — здороваюсь, улыбнувшись.
— Привет, — отворачивается она и хмурится.
— Что с тобой? Что-то болит? Выглядишь, будто заболела…
— Ничего у меня не болит, Савицкий. И не трогай меня, — огрызается она, и я уже вообще, нахер, ничего не понимаю.
— Знаешь, чё, Носова? Ты мне реально понравилась. Я думал, нормально общаться будем. Но если такой расклад, раз ты ведёшь себя как конченая, иди-ка ты на хуй, — говорю ей, закидываю телефон с тетрадью в рюкзак и ухожу на третью парту к какой-то девчонке.
— Можно?
— Конечно…
И вот она-то как раз сразу улыбается. Волосы за ухо убирает. Ведёт себя как милаха. А эта, блядь… Грымза, нахер, шизанутая. Всё. Больше я к ней, факт, не подойду.
Она на меня даже не смотрит, и я в ту сторону даже ухом не веду. Зато моя новая соседка мне что-то активно рассказывает. Болтает без умолку. Кокетничает. Флиртует.
Я же доброжелательно улыбаюсь и слушаю её.
Дальше… Между вторым и третьим меня на перемене вновь ловит Катерина. И я думаю, почему бы и нет? Куда там она меня звала? Кино? Ну и пойду. Чё мне, я свободный.
Девчонка сияет от счастья, я назначаю время во сколько заеду. Она скидывает адрес.
Возьму свою машину. Батя не узнает. Всё равно сейчас в командировке.
И всё время до шестого урока я вполне хорошо себя чувствую, пока не вспоминаю про сраную уборку. По-хорошему бы тупо свалить. Пусть сама убирается. Раньше я бы так и сделал, если честно. Нихера я не правильный, каким хотел ей предстать. По сути я тот ещё разгильдяй и задира… Но… Вижу, как она стремится быстрее всё убрать и не могу бросить. Помогаю в темпе, но так и не разговариваем.
— Полегче, порежешься, — говорю, глядя на то, как она вытирает полки с металлическими держателями. Молчит. Резко движет рукой и, разумеется, вскрикивает, зашипев.
— Блин, да говорил же тебе… Аккуратнее, — беру её за руку… И на секунду время замедляется. Хрен его знает, где эти голубые глаза рисовали. Но что-то в них не от мира сего. Как раз поэтому меня всё время к ней и разворачивает. Будто намагниченного…
— Что с тобой? Куда ты так торопишься?
— Я… Я… — мямлит она и не может собраться с мыслями, а я вижу, что пятнышко крови, выступившее на подушечке указательного пальца совсем
