Ты – мой капкан - Катерина Пелевина
Мне кажется, что я теперь лишусь работы точно…
Приду, а мне скажут, что я уже уволена…
С ворохом этих мыслей я пытаюсь уснуть, но в итоге сделать мне это удаётся только через пару часов. Потому что я постоянно ворочаюсь и не могу найти покой… Даже когда закрываю глаза, его ядовитый взгляд и наглая усмешка возникают перед моим лицом сами по себе…
Вот это воздействие на психику... Просто невероятное…
* * *
Глаза открываю в ужасе, сотни раз представляя, что могло кончится по другому… Спросонья обхватываю свои плечи и чувствую, как по ним бегут мурашки… Что если бы он всё-таки меня схватил? Затащил бы в машину??? И увёз бы куда-нибудь? Господи… Я никогда особо не боялась парней, а тут чувствую, что стоило бы бояться. Хотя у нас в деревне и не такие отбитые были, но вот таких попыток завалить кого-то не делали… Это прям-таки ужасная грубость с его стороны.
Слышу, что тётя уже проснулась. Скоро должен вернуться дядя Петя. Это её супруг — отец Ники и Мирослава… Я встаю, заправляю кровать и иду на кухню.
— Помочь?
— Неплохо было бы… А-то что до обеда спать?
— До какого обеда-то, тёть… время девять… — смотрю я на часы. Мирослав вовсю бегает и шумит, пиная мяч, а она ворчит на него.
— Никаких мячей в квартире, я сто раз говорила!
— Мир, положи… после обеда пойдём, я же обещала… — говорю ему, а тётка хмурится.
— Я думала, ты мне поможешь котлет накрутить… — накладывает нам кашу по тарелкам, пока я наливаю чай.
— Помогу… Может, сначала помогу, а потом погуляю с Миром…
— Ладно…
— Мела! Смотри! — снова подкидывает мяч и ловит его ногой, а потом начинает считать… — Один, два… Три…
— Ну, всё, Роналду, давай его сюда, — подаётся в его сторону мама, и он тут же хватает его, убегая, а я смеюсь. — Это ты его, кстати, разбаловала!
— Да? Ну ладно… — улыбаюсь я, не желая ссориться.
— Насчёт Максима… Встреться ты с ним, ради Бога, Амелия. Я уже не знаю, как с Гошей говорить…
— Ты ведь сама знаешь, мне некогда…
— Ну, некогда! Ты всё в кафе своём пропадаешь! А тут парень такой… Если с ним что получится, то и переедешь к нему, глядишь…
Слышу её слова и просто округляю глаза в ужасе.
— Я надоела тебе, что ли? — спрашиваю, ощущая, как сердце зажимает в тиски.
— Хоспади, Амелия, да причём тут это!?
— Не знаю… Просто если ты хочешь, чтобы я переехала… Я могу снять квартиру, и…
— Нет, послушай. Я не хочу, чтобы было абы как… Потому что я взяла ответственность за тебя после смерти Светы… Я знаю, что тяжело. И мне было тяжело… Я не выгоняю тебя, а хочу пристроить. Это другое совсем. Будь умнее, присмотрись… Не всю же жизнь такой вот быть, как твоя мать… А потом связаться с бандитом, да? Нет…
Это она о моём отце… Я не знаю, почему она его так называет, но она очень зла на то, что мама тогда уехала к нему в Германию…
— А он — сын майора… Понимаешь? — опять рекламирует мне этого парня.
А я просто опускаю голову и молчу. Мне неприятно, если честно. И все эти наставления режут моё самолюбие…
— Понимаю, да…
И пока мы с ней накрываем на стол, Мирослав возвращается с довольной улыбкой и садится со мной рядом.
— Вечером папа приедет… — довольно сообщает, а я треплю его по и без того взъерошенным волосам.
— Приедет-приедет, — заявляет тётя. — Ешьте давайте… Для кого старалась?!
Чувствую себя немного неловко из-за нашего с ней разговора. Даже когда ем… Словно я забираю у них место… Всё-таки мне стоит присмотреть съемное жильё, наверное… Но если меня уволили я точно не потяну.
С содроганием жду рабочей смены, ну а чтобы не заморачиваться и не доводить себя до нервного срыва отвлекаюсь на готовку котлет, которые мы делаем сами. Покупаем мясо, нарезаем, пропускаем через мясорубку и замораживаем уже готовые полуфабрикаты… В магазинах никогда не покупаем, потому что они не вкусные, а тётя приучила меня… Вот мама, кстати, никогда не заморачивалась… Она была женщина-праздник… Но я её обожала. Там, где была она, всегда было веселье и восторг…
Наверное, поэтому для тёти Люды так странно и неприятно о ней вспоминать. Мы почти не говорим о маме. Только вот в такие моменты, упоминая какие-то оплошности с её стороны… И меня это сильно напрягало раньше. Сейчас же… Я уже свыклась с мыслью о том, что её нет дольше, чем она была со мной…
— Я всё… Пошли гулять? — появляюсь на пороге комнаты брата, и он тут же довольно вскакивает со своей кровати.
— Пошли! — хватает свой мяч и сразу начинает надевать на себя подаренные мной на день его рождения бутсы и гетры. — Я готов!
— Ну, окей, профи, я сейчас тоже кеды надену… — смеюсь я, завязывая шнурки. Будто ношу что-то другое, конечно.
В итоге выхожу с ним в спортивных штанах и кофте, чтобы было посвободнее и удобнее двигаться. Обычно я там с ними так и играю. Мальчишки обожают меня. Правда я бываю там всё реже… Коробка у нас крутая. Искусственное покрытие, ворота, всё как надо, не то, что в деревне было. Четыре палки и песок… Нет, тут всё удобно.
И вот, когда мы приходим, нас тут же встречают довольными возгласами.
— Смотрите, кого привёл.
— О, Мелка! Привет!
— Ну воооот, бомбардир явился, — ворчит товарищ Мира Глеб.
— Привет, бандиты… Ну чё… Готовы сделать мой день перед работой?
— У нас тут дерби намечается…
— Да ладно? Зовите чё, — смеюсь я, проникнувшись этой идеей. — Погнали тогда?!
— Погнали! — слышатся счастливые голоса, и я вспоминаю каково это… Когда ты маленький. Когда дома ждёт мама и вкусный обед. Когда не нужно думать о будущем и важно лишь то, что происходит здесь и сейчас… Вот оно счастье, да?
Сама не понимаю, как так выходит, но в итоге я смотрю на часы и вижу там пять часов вечера.
— Блин, Мир!
— Гол!
— Это аут был, ты чё?! — начинают они толкаться между собой.
— Так, успокоились все! Мне бежать надо! Блин, я даже душ принять не успею… Сори, парни… В следующий раз доиграем, да? Некогда реально…
— Вот ты всегда так, Мела…
— Ага, чмоки-чмоки… — бросаю напоследок и вдруг слышу.
— А она у тебя красивая…
Улыбаюсь, прощаясь и кричу Миру вслед.
— Маме передай, что буду после одиннадцати! Люблю!
— Ага…
Едва выбегаю
