Развод в 57: Любовница в Моем Белье - Магисса
Глава 31. Открытый файл
Официальное приглашение Роберту отправил Демьян. Я увидела письмо только в копии.
«Явка» в нём не требовалась. Было указано: предоставить пояснения по журналу «Контура», передать личный ноутбук на ограниченную проверку и при желании присутствовать при начале копирования. Дата, время, перечень участников. Ни одного слова от меня.
Роберт ответил через девять минут: «Подтверждаю. Ноутбук и зарядное устройство привезу. Границы проверки принимаю».
Нонна прочитала ответ поверх моего плеча.
— Зарядное взял. Уже надёжнее половины подрядчиков.
— Это не конкурс.
— Хорошо. Приз не выдаём.
К назначенному часу в конструкторской подготовили отдельный стол. На нём лежали опись, новый пакет для устройства и распечатка событий комнаты данных. Клиентские карточки убрали в сейф. На экране Демьяна оставались только номера объектов, служебное время и контрольные суммы.
Роберт приехал один. На плечах пальто растаяли несколько хлопьев мокрого снега. Он поздоровался с Нонной, Демьяном и со мной одинаково. Ноутбук принёс в закрытой сумке, зарядное устройство — в боковом отделении.
Я заметила его руки раньше лица и разозлилась на собственную память.
— Садитесь, — сказал Демьян. — Сначала последовательность. Потом устройство.
Роберт не выбрал стул рядом со мной. Положил перед собой подписанное объяснение и начал читать.
— До приезда в Ладинск я подтвердил технический приём контейнера сделки. Мне сообщили, что в разделе видеоматериалов находятся обезличенные записи испытаний готовой линии. В час сорок семь в первую ночь проверки я открыл объект «ЖО_ТЕСТ_ЛИЧНОЕ_03».
Он не говорил «случайно нажал». Не называл файл неудачно подписанным.
— Запись началась с кадра, на котором Жанна Ордынцева была без одежды. Я узнал её и закрыл объект. Не сохранял его, не делал снимков экрана и не пересылал. Просмотр не сообщил службе безопасности в тот же день. Позже не сообщил Жанне до возникновения личных отношений.
Нонна сидела напротив и не отводила взгляда. Демьян записывал время каждого утверждения.
Роберт продолжил:
— Когда Жанна спросила меня прямо, открывал ли я личный файл, я ответил «нет». Это была ложь. Я боялся, что признание поставит под сомнение мою пригодность для проверки и разрушит отношения, которые уже хотел продолжить. Ни одна из причин не давала мне права скрывать просмотр.
В комнате работал только маленький сканер Демьяна. Он протянул лист, проглотил его и вернул с другой стороны.
— После предъявления полной строки журнала я признал действие, передал объяснение «Контуру» и попросил исключить меня из ежедневного обмена материалами. Сегодня предоставляю ноутбук. Согласен на проверку рабочего профиля, истории браузеров, локальных и синхронизированных хранилищ за указанный период, записей подключённых носителей и удалённого пространства в пределах технической возможности.
Он положил лист на стол.
— Дополнение одно. Жанна не обязана возвращать мне доверие. И не обязана продолжать отношения, даже если проверка не найдёт копии файла.
Я не поблагодарила.
Демьян придвинул опись.
— Устройство ваше личное?
— Да.
— Использовали его для работы по сделке?
— Да. Доступ к комнате данных выполнялся с него через защищённый рабочий профиль.
— Другие люди им пользовались?
— Нет.
— Внешние носители подключали?
— Рабочий накопитель «Контура» для документов сделки. Личные резервные копии хранятся на домашнем сетевом диске. Доступ к нему тоже предоставлю, если поиск на ноутбуке покажет синхронизацию нужного периода.
— Облачные хранилища?
Роберт назвал два. Одно рабочее, одно личное. Продиктовал адреса учётных записей и согласился сохранить активные сеансы до фиксации. Пароли в опись не вносили. Он должен был вводить их сам по запросу Демьяна.
— Проверка не доказывает, что копии не существовало нигде в мире, — сказал Демьян. — Я смогу установить, есть ли на переданном устройстве совпадающий файл, его фрагменты, следы загрузки, сохранения, синхронизации или переноса на известные носители. Формулировка результата будет именно такой.
— Принимаю.
Роберт включил ноутбук, ввёл пароль и вышел из-за стола. Демьян подключил устройство через блокиратор записи, снял сведения о диске и запустил создание побитовой копии. Исходник после этого выключили и опечатали. На пакете расписались Роберт, Демьян и Нонна как свидетель передачи.
— Почему я? — спросила Нонна.
— Потому что вы проверяете номера раньше, чем верите человеку, — ответил Демьян.
— Тогда пакет пока условно пригоден.
Роберт почти улыбнулся. Я увидела это и отвернулась к экрану.
Известная контрольная сумма моего видео находилась в материалах проверки. Для поиска не требовалось воспроизводить запись. Демьян настроил сравнение файлов, фрагментов и браузерного кэша, отдельно проверил журналы загрузок, синхронизации и подключённых устройств. Результат не мог появиться за пять минут.
Пока копирование шло, я задала вопросы, которых не было в квартире Роберта.
— Каким устройством вы открыли файл?
— Этим ноутбуком. Через личную учётную запись и рабочий профиль «Контура».
— Другой человек мог войти под ней без вашего пароля?
— Действовал ещё аппаратный ключ. Он был у меня.
— После закрытия видео что вы открывали?
— Карточку объекта, перечень согласий и манифест раздела. Саму запись больше не запускал.
— Другие личные объекты смотрели?
— Нет.
Я посмотрела на Демьяна.
— Что подтверждает журнал?
— Один потоковый запуск вашего файла, затем обращения к карточке и манифесту. Повторного воспроизведения нет. Не все действия внутри проигрывателя журналируются, поэтому ответы о перемотке и звуке отдельно сверяем с кэшем.
— Вы формировали выгрузку из комнаты данных? — спросила я Роберта.
— Нет. Мои права позволяли просматривать и отмечать объект для проверки, но не экспортировать контейнер.
— Какой документ вы изменили после просмотра?
— Технический журнал не менял. В первичной записке указал проверку структуры раздела и не назвал личный объект. Отдельный инцидент не оформил.
— То есть скрыли событие не удалением, а неполным отчётом.
— Да.
Нонна положила ручку.
— Кто определял, какие фабричные документы «Контур» запросит у Феликса?
— Я утверждал перечень сверки по пилоту.
— Вы могли менять сами накладные?
— Нет. Получал копии от передающей стороны и фабрики, затем сопоставлял с реестром проекта.
— Поэтому ваша расшифровка нам пригодится, — сказала Нонна. — Но только расшифровка.
Она посмотрела на меня, не подталкивая к ответу.
Я открыла подготовленный Демьяном протокол участия. В нём Роберту разрешалось объяснять только документы «Контура»: время приёма пакета, версии приложений, связь с фабричными накладными и внутренние номера проекта. Доступ к клиентским данным, конструкциям и личным материалам закрывался. Все вопросы проходили через Демьяна. Решений по сделке Роберт не принимал.
— Я разрешаю вам участвовать в сопоставлении документов «Контура» с фабричными накладными, — сказала я. — Только в этом объёме.
— Понимаю.
— Это не возвращение в проверку.
— Нет.
— И не изменение личного решения.
— Нет.
Демьян передал ему лист. Роберт прочёл границы, добавил от руки, что не будет делать копий, и подписал.
Проверка рабочего профиля не нашла файла с совпадающей контрольной суммой. Совпадающих фрагментов в свободном пространстве диска
