Принц ненависти - Джаггер Коул
Другой — гигант, легко семи футов ростом, сложенный как викинг, с тёмными пронзительными глазами, чёрными волосами и татуировками, покрывающими шею выше ворота рубашки и предплечья, где рубашка закатана до локтей.
Атлас тёмно усмехается, останавливаясь напротив меня.
— У меня есть подозрение, что наш общий друг мистер Принц не держал руки при себе, да?
Он похотливо ухмыляется, снова поворачиваясь и оглядывая меня с ног до головы, заставляя меня вздрогнуть в путах.
— Как можно не поддаться искушению? Такая хорошенькая малютка, запертая с ним в этом большом одиноком доме?
Он снова оценивающе смотрит на меня.
— Да, я уверен, что он повеселился с тобой. Так что, возможно, нет. Возможно, ты не станешь моей невестой.
Мой пульс учащается, прежде чем я вижу садистский блеск в его глазах.
— Просто моей шлюхой.
Мой желудок выворачивает от отвращения.
— Мммфмф мппф мпппф мпппфх Ммммпффхх!!
Атлас смеётся, когда я кричу на него сквозь кляп.
— Ай, какая маленькая оторва! — восклицает он. — Я бы оставил этот кляп, когда возьму тебя себе, но мне ужасно хочется посмотреть, как эти красивые губы широко открываются для моего члена. Что ты сказала, шлюха?
Я бледнею, когда он ухмыляется и тянется ко мне. Он вырывает кляп из моего рта, я вдыхаю холодный воздух, прежде чем сверлить его взглядом.
— Я сказала: не смей, блять, прикасаться ко мне.
Его глаза блестят, губы опасно кривятся.
— Похоже, тебя ещё нужно объезжать.
Я усмехаюсь ему.
— Что ты сделал с моим отцом?
Атлас начинает усмехаться.
— Кратос! — рявкает он.
Позади него огромный мужчина с татуировками кивает. Я сглатываю. Кратос — как Кратос Дракос, ещё один из его братьев.
— Nai adelfé1, — хмыкает мужчина голосом, похожим на шуршащий камень.
— Приведи его, будь так добр.
Кратос поворачивается, открывает дверь, высовывает голову и что-то рычит, затем поворачивается обратно, скрестив руки на массивной груди.
Секундой позже дверь открывается.
И моё сердце разбивается.
— Папа...
Слово едва слетает с моих испуганных, ошеломлённых губ. Потому что там, улыбаясь виновато и выглядя чудесным образом без следов огнестрельных ранений, стоит мой отец.
— Привет, милая.
Моё сердце падает, лицо становится пепельным, когда я смотрю на него.
— Папа, что происходит...
— Взрослые говорят, маленькая девочка, — холодно рявкает Атлас, затем поворачивается к моему отцу. — Должен сказать, Лоран, я не был убеждён.
Мой отец нервно смеётся, пожимая плечами: — Ну, что я могу сказать, Атлас. Я человек слова.
Я смотрю в неверии, пытаясь понять, какого чёрта происходит.
Атлас фыркает: — Если бы ты был человеком слова, нас бы здесь не было, не так ли, Пол?
Мой папа ухмыляется ещё более виновато.
— Ах, ну, прошлое осталось в прошлом, я полагаю...?
Атлас поворачивается и вонзает в меня взгляд, от которого моя кровь стынет.
— Ты верно полагаешь. Наши счёты улажены.
Мой рот открывается.
— Что?!
— Роза, милая... — Мой папа кривит рот, пожимая плечами. — Слушай, малышка, мистер Дракос — влиятельный человек. Ты ни в чём не будешь нуждаться...
— Ты безумен!?
Атлас усмехается, пока мой папа ломает руки.
— Роза, ты новичок в этом мире, ты не знаешь, как всё работает...
— Я знаю, что люди не продают свою семью, чтобы, что, погасить долг?!
— О, его долг был погашен, когда он продал мне драгоценную холдинговую компанию Принца десять лет назад.
Моё лицо становится серым, когда я перевожу взгляд с отца на Атласа. Он широко ухмыляется.
— Да, ту, с биотех-компанией, которую он так сильно хочет. Так сильно, что он отправил твоего отца на её поиски, да? — Его ухмылка становится шире. — Твоего отца, который на самом деле последний месяц жил в полном комфорте в Трафальгарском люксе в отеле Ritz?
Когда он видит, как краска отливает от моего лица, он начинает усмехаться.
— Видишь ли, Роза, я владею твоим отцом. Уже много лет.
Мои глаза мечутся к папе, который виновато разводит руками.
— Человек сделает многое, когда боится тебя. Но он сделает ещё больше, когда боится тебя и должен тебе деньги. Например, продать мне биотех-компанию, которую его женщина украла у бывшего мужа, которому она, очевидно, очень нужна. Или, по крайней мере, нужно то, что на здесь.
Он поворачивается и кивает на маленькую рабочую станцию в углу комнаты с ноутбуком, модемом и внешним жёстким диском.
— Всё, Роза, — хмыкает Атлас с тёмным самодовольным видом. — Включая то, чтобы привести мне его собственную дочь, чтобы он наконец избавился от моей власти.
Земля уходит из-под ног. Моё сердце ужасно сжимается, когда я в шоке смотрю на отца.
— Папа...?
Мой отец виновато сглатывает, отворачиваясь. Атлас ревёт от смеха.
— Твой папочка не «внезапно нашёл» тебя, Роза, — усмехается он. — Он знал, где ты, всё это время; его маленький запасной фонд, ждавший в том монастыре, чтобы он...
— Довольно, Атлас, — бормочет мой отец, затем внезапно вздрагивает, когда Атлас заносит руку, будто собираясь ударить его.
Когда удар не приходит, а мой отец всё равно вздрагивает, трое мужчин Дракос и двое других охранников в комнате усмехаются.
— Он «нашёл» тебя, Роза, — хрипит Атлас. — Потому что я сказал ему забрать тебя как окончательную плату за его долг передо мной.
Он поворачивается к моему отцу, который всё ещё избегает моего взгляда.
— Можешь идти, Пол. И тебе лучше надеяться, что наши пути больше никогда не пересекутся.
— Папа...
Он бросает на меня взгляд — всего один — нахмурившись и сжав губы.
— Я... мне жаль, Роза.
— Папа!
— Мне так жаль.
И вот так, без лишних слов, он выходит за дверь и исчезает. Я задыхаюсь, будто меня ударили.
Атлас усмехается.
— Не грусти, моя маленькая шлюха. Папочки приходят и уходят. Правда, братья?
Он хихикает, оглядываясь на двух других мужчин у двери.
— Поняли? Папочки уходят...
— Мы поняли, — шипит Арес.
Атлас закатывает глаза, поворачиваясь ко мне.
— Простите сентиментальность моих двух братьев. Не волнуйся, ты не найдёшь такой женской слабости во мне, моя маленькая игрушка.
Я стискиваю зубы, заставляя себя дышать и тонко улыбаться. Он ухмыляется.
— Очень-очень строптивая. О, я получу удовольствие, ломая твой дух. Но сначала, почему бы тебе не рассказать нам, что за информация из той биотех-компании так нужна Оливеру.
Я облизываю губы и сглатываю.
— Я не знаю.
— Чушь.
— Не знаю. Зачем ему мне рассказывать? Я была его пленницей.
Атлас усмехается: — Я похож на глупого человека?
Да, мне ужасно хочется сказать. Но я знаю, что не хочу платить за это.
— Умная девочка, — хмыкает он,
