Девочка Шакала - Чарли Энн Маар
— Вы можете помогать, если очень хотите, — снова добродушно улыбается Навруз.
— Ида, можно я пойду и посмотлю мультики? Потом плидет учительница! — Лёшка дёргает меня за руку, привлекая к себе внимание.
— Конечно, иди, зайчик. Я сейчас поболтаю с Навруз и потом присоединюсь к тебе, ладно?
Кивнув, Лёшка убегает в сторону дивана и включает огромный телевизор, висящий на стене. Я снова возвращаюсь взглядом к женщине. Она как раз достаёт из пакета несколько коробок, как я понимаю — со специями.
— Вы ведь не арабка? Из Индии, верно?
— Из Пакистана. Мы с мужем переехали сюда на заработки. Он работает на стройках.
— Вы хорошо говорите по-русски.
— До этого я дважды работала в семьях российских бизнесменов. Три года в одной и два в другой. Потом они уехали. И вот теперь я здесь.
— Ясно. Лично вы не знакомы с тем человеком, который вас нанял?
Навруз на мгновение мешкается.
— С вашим мужем? Нет. Я не знаю его.
— Он мне не муж, — машинально поправляю, и снова ловлю недоуменный взгляд Навруз.
Глава 37
Аида
Интересно, почему Ренат решил нанять Навруз? Неужели это его благодарность за прошлую ночь?
Данная мысль заставляет меня густо покраснеть, а ещё я роняю лопатку, которой мешаю карри.
— Чёрт! — с досадой смотрю на жёлто-коричневые брызги, усыпавшие точками всю столешницу и плиту.
— Я вытру, — улыбается Навруз, тут же схввтившись за тряпку.
За последние пару часов я успела немного разузнать о ней, хотя информации не так уж много. У Навруз с мужем нет и никогда не было детей, поэтому ей так приятно работать в семьях, где есть дети. Сама она всю жизнь хотела ребёнка, но когда они решили, что пора — забеременеть уже не смогла. Женщине нравится её работа и вообще всё, что связано с хозяйством и кулинарией. От разговоров о Ренате она тактично уклоняется. И я сама не решаюсь поведать ей о страшной причине нахождения меня и Лёши здесь. Уверена, Шакал вполне способен лишить меня в этом случае любой возможности завести подругу. А ещё он говорил, что если я себе позволю лишнего, то в первую очередь пострадает Лёша, чего я однозначно не хочу.
— Сами не обожглись? — спрашивает Навруз, вырвав меня из собственных мыслей.
— Нет. Всё в порядке.
— Будьте осторожнее. Карри очень горячее.
Я поражаюсь её добродушию. Мне даже кажется, что человек не способен быть настолько доброжелательным бесконечно. Возможно, это просто привычка, ведь если она работала в состоятельных семьях, то ей всегда приходилось проявлять вежливость и доброту. Иначе-то вести себя с работодателем нельзя.
— Какие ещё языки ты знаешь, Навруз?
— Индийский, арабский.
— Ого! А меня научишь какому-нибудь?
— Если хотите — конечно, — смеётся женщина. — Но только разговорной речи. В остальном я не сильна.
— Понимать, что говорят, и как-нибудь коряво изъясняться в ответ — этого будет вполне достаточно. Нужно же себя чем-то занимать. У Лёшки вон сколько занятий. Он даже по-английски начал фразы говорить.
— Он умный мальчик.
— Это правда.
И вот бы она спросила "чей он?", "если не ваш, то где его родители?", но Навруз таких личных вопросов не задаёт от слова совсем.
После Лёшиных занятий по лепке, мы обедаем. Навруз я тоже приглашаю вместе с нами за стол, хотя она сначала собирается обедать отдельно, в чем я не вижу смысла, так как мне приятно общаться с женщиной и это отвлекает от мысли, что будет, когда Ренат вернётся. Кончено, я и так предполагаю, что будет, но всё же...
— Завтра я тоже приду рано утром. Можем провести первое занятие.
— Хорошо. Согласна. Пожалуй, заведу для себя специальный блокнот под словарь.
Навруз согласно кивает.
— Так ты быстрее будешь запоминать слова и фразы.
— Только можно попросить? — оглядываю женщину неуверенным взглядом.
В конце концов, не ясно, говорит ли она правду, когда утверждает, что они с Ренатом незнакомы? Да и даже если действительно незнакомы, это не значит, что она не станет отвечать на все его вопросы, если он решит разузнать в подробностях, чем мы тут занимаемся. К тому же, в квартире установлены камеры... Наверняка, Ренат не станет их просматривать каждый раз, поэтому хочется хотя бы первое время сохранять наши Навруз занятия в тайне.
— Конечно. В чём дело?
— Давай это будет нашим секретом?
— Секретом? — она хлопает ресницами.
— Пусть мой... эээ... муж об этом не знает? Хочу сделать ему... сюрприз.
— Сюрприз?! Это же очень интересно! — широко улыбается Навруз.
Я облегченно выдыхаю.
— Мужчины любят интересные сюрпризы.
— Не сомневаюсь, — сухо произношу я.
Когда Навруз уходит мы с Лёшей включаем мультики. Общение и обнимашки с пельмешком отвлекают меня от мыслей о Ренате, о возможном побеге, о... сексе.
Впрочем стоит в моей голове только вспыхнуть слову "секс", как всё тело тут же прошивает воспоминаниями о прошлой ночи.
Не хочу снова об этом думать, да ещё и в таком стиле, будто я мечтаю о продолжении.
Лёшка засыпает на втором включенном мультике, а у меня сна ни в одном глазу. Рената ещё нет. Я думаю, чем себя занять, потому что безделье запускает мыслительный процесс, мигом ускакивающий туда, куда не надо.
Я решаю спросить у охранника, можно ли мне посетить бассейн в апарткомплексе. Он, естественно, сначала кому-то звонит. Уверена, что Ренату, затем кивает и сообщает, что через минут пятнадцать я могу выходить и меня сопроводят до помещения.
Купальник я, само собой, нахожу в гардеробной, в спальне. Точнее, их тут штук двадцать. Я выбираю слитой красный как у Памелы Андерсон в "Спасателях Малибу", после чего выхожу из номера.
Бассейн, оказывается, есть на крыше здания. Когда мы туда поднимаемся вместе с двумя охранниками, людей у бассейна и лаунж-зоны нет вообще. Только бармен, официант, а ещё хостес.
Они что, всех выгнали, чтобы я тут поплавала?
Жуть.
Интересно, Ренат способен очистить всю набережную от людей, чтобы я там погуляла?
Подойдя к крытому шезлонгу, больше напоминающему полноценную кровать, я снимаю халат. Не отказываться же мне от идеи поплавать лишь потому, что здесь нет людей. К тому же вид с крыши открывается бесподобный. В Сингапуре мы тоже плавали в таком бассейне с Адой и Сергеем.
В Эмиратах даже ночью жарко, так что я с наслаждением ощущаю прохладу воды, когда медленно погружаюсь в бассейн и плыву к краю с видом на панораму города.
Великолепно.
И кажется, что весь мир принадлежит мне, хотя в эту минуту я не принадлежу даже самой себе. Я собственность Шакала.
— Доброй ночи,
