Брошенная невеста дракона - София Руд
Ректор гаркает так, что кажется, само небо разразилось громовым раскатом:
— Никто сюда не явится, девчонка! Думаешь, я не понял, что в зал кто-то проник?! Теперь эта комната не в библиотеке! Портал в нее открывается из другой двери. И сейчас это дверь из здания совета староверов. Так что жди гостей и готовься к смерти!
Еще секунда… Последняя сиреневая песчинка в часах падает, и дверь открывается. Зал заполняют люди в мантиях. Один, два, три… Их семеро, и ректор — восьмой. Они кланяются бывшему главе, точно богу, клянутся служить ему. Он же обещает вернуть мир в руки «настоящих хозяев» и велит им занять места вокруг стола.
С губ советников в унисон слетают слова древнего языка, и все вокруг: зеркала, колонны, пол и даже потолок — начинает дрожать. Белый дым в помещении сгущается.
Адепты один за другим поднимают головы, будто бы очнувшись по неслышимой команде, и растерянно оглядываются. Они перекрикиваются, задают вопросы, а потом начинают срывать голоса в попытках призвать помощь.
Но на них не обращают внимания. Восемь безумцев продолжают читать заклинание.
Зеркала за спинами адептов, а значит, и за моей спиной тоже, идут рябью, точно вода. И в эту самую воду нас медленно, но неотвратимо затягивает. Кожи касается лютый холод, будто я опускаюсь в прорубь. Но сколько бы ни дергалась, сколько бы ни пыталась выпутаться, ничего не получается: зачарованные путы сильнее.
Адепты один за другим погружаются в зеркала, а следом за ними и я. Яркая вспышка бьет в глаза, и я вижу над головой уже не каменный высокий потолок огромного мрачного зала и не рябь. Я вижу нечто, похожее на небо. Вот только нутром чую, что оно ненастоящее. Это что-то вроде магической клетки, иллюзии или тюрьмы.
Внутри открывшегося пространства летают тела. Три… восемь… шестнадцать. Те самые пропавшие адепты? И даже девочка с черными волосами, которую я видела в вырезке газеты. Девочка с кулоном, как у Гарея.
Они все будто спят, и сон одолевает сейчас каждого из нас. Гара и Лу, которые только что до хрипа срывали голоса, уже едва шепчут, их веки сонно закрываются.
Спарт! Где Спарт?!
Он тоже отключается. Засыпает то ли под каким-то чарующим действием, то ли от лютого холода, пронзающего острыми длинными иглами прямо до костей. Да и я едва преодолеваю дремоту.
Ноги и руки тяжелеют, сознание так и хочет ускользнуть, но я молю богов помочь. Все не может закончиться так. Это… несправедливо.
Ба-бах!
Силюсь, чтобы открыть глаза в надежде, что нас все же нашли, но нет. Это каменный стол проваливается прямо под пол, и в этом месте образовывается самая настоящая дыра.
Разлом в Бездну?!
Опоздали… Мы опоздали…
Ба-бах!
Глава 38. Наездница дракона
Зал взрывается настоящим хаосом. Он наполнен пугающим гулом голосов, читающих заклинание, и треском каменного пола, куски которого срываются вниз. Двери с грохотом слетают с петель, и внутрь врываются люди в черных кожаных мундирах. Один, второй, пятый… Их движения быстры и точны, как у хищников. Они настолько шустро перемещаются, что толком не сосчитать, сколько их, но дюжина тут точно есть.
И эта дюжина, едва успев рассредоточиться, тут же выпускает молниеносные магические вспышки в стоящих вокруг разлома советников. Переливающиеся белыми искрами ручейки текут из зеркал а разлом. Но это вовсе не вода — эта жизненная сила и магия, которую ритуал высасывает из тех, кто заключен в зеркалах.
Кидаю взгляд на пленников. Те, что попали сюда вместе со мной, все сильнее погружаются в магический сон. А вот те, что оказались тут куда раньше, включая девочку с черными волосами, бледнеют на глазах и — о ужас! — их тела и лица истощаются. Худеют на глазах.
Советники отбивают атаку и, прекратив читать заклинание, переходят в нападение. Но даже сейчас ритуал продолжает работать, высасывая силы из заточенных адептов. Я вижу, как усиливается сияние пут на пленниках. «Ручейки» энергии, спускающиеся в разлом, начинают мерцать ярче. Силы покидают меня все быстрее.
Мои веки тяжелеют с каждой секундой. Сил держать их открытыми почти нет. Слезы снова и снова накатывают на глаза. Я пытаюсь разглядеть, что творится в каменном зале, но это непросто. Ибо место, где я нахожусь, похоже на небо, в котором есть несколько дверей: восемь, как и зеркал в зале.
Были бы у меня силы пошевелиться, я призвала бы Силах, превратила его в канат с крюком и кинула сквозь эту «дверь», чтобы зацепиться и выбраться, но путы слишком тугие. Поэтому ничего не остается, кроме как смотреть. Смотреть и молиться.
Огромный мрачный зал наполняется вспышками, там идет страшный бой. Все гремит, куски камней разлетаются повсюду. Яркий синий луч вырывается из рук ректора и устремляется к человеку в черном кожаном одеянии.
Серые волосы, молодое лицо. Наставник Гарей? Да, это, несомненно, он. И он на стороне тех, кто пришел помешать ритуалу. А рядом с ним — девчонка, точная копия той, что заключена в зеркале со мной. Мне уже мерещится или все действительно так?
Гарей и брюнетка успевают увернуться, и заклинание врезается в стену позади них, оставляя дымный след. Кай направляет мечевидный Силах в сторону ректора, и с острия срывается самая настоящая молния.
Один из магов-староверов падает, сраженный выстрелом. Его мантия вспыхивает ярким пламенем, и он исчезает в облаке дыма. Другой маг в мантии отвечает мощным заклинанием, отбрасывая сразу нескольких нападающих к стене.
Бой становится ожесточенным, сил «спасителей» недостаточно. Они кричат о каком-то подкреплении, но никто не приходит. Голова кружится все сильнее, перед глазами начинает плыть. Звуки битвы доносятся словно издалека, приглушенные и искаженные, но следующую фразу я слышу четко.
— Бейте зеркала! Не дайте Бездне открыться! — раздается четкий голос наставника Гарея.
И в следующую секунду до слуха доносится звон битого стекла.
Одна дверь, ведущая из зазеркалья в реальный мир, исчезает. Затем исчезает вторая, третья… От мысли, что мы навсегда останемся тут без шанса на спасение, меня охватывает паника, но нарастающее забвение не позволяет ни пошевелиться, ни крикнуть. О боги! Ужас! Сейчас разобьют последнее зеркало… мое.
— Не смей! Их надо вытащить! — пронзает слух настоящий рык, а затем слышится звон металла вместо звона стекла.
Я прилагаю неимоверное усилие, чтобы разглядеть спину того, кто оказался у входа в зазеркалье, не позволив Каю разбить последнее зеркало. Силуэт
