Жизнь есть сон - Педро Кальдерон де ла Барка
Клотальдо…
Клотальдо
Государь… (В сторону.) На мне
Свою испробует жестокость.
Клapин
Бьюсь об заклад, что старика
С горы он спустит. (Уходит.)
Клотальдо
Государь,
К твоим ногам склоняюсь я
И знаю – смерти час настал.
Сигизмунд
Нет, встань с земли, старик, скорее!
Моим наставником, вождем
Ты будешь; на тебе успех
Надежд моих теперь основан.
Я знаю, что тебе обязан
Я воспитанием своим.
Дай руку мне!
Клотальдо
Что говоришь ты?
Сигизмунд
Я сплю и грежу! И хочу
Творить добро, ведь и во сне
Не должно случая терять
Творить добро, когда возможно.
Клотальдо
И так ты взял своим девизом
Творить добро и потому
Ты, государь, не оскорбишься,
Когда увидишь, что Клотальдо
Сегодня делать хочет то же.
Идешь войной ты на отца;
Тебе я не могу советов
Давать, ни помогать тебе.
К твоим ногам склоняюсь я,
Убей меня!
Сигизмунд
Неблагодарный,
Изменник грубый! (В сторону.) Но я должен
Умерить пыл своих страстей:
Ведь я еще не знаю, сплю я
Или проснулся уж совсем!
Клотальдо, мне весьма завидно
Такую твердость видеть в вас;
Она приятна мне. Ступайте,
Служите государю; с вами
Увидимся на поле битвы.
(Солдатам.)
А вы беритесь за оружье.
Клотальдо
Сеньор, благодарю тебя. (Уходит.)
Сигизмунд
Мы царствовать идем, фортуна!
Когда я сплю глубоким сном,
Не пробуждай меня напрасно;
Но если это все не греза,
Тогда не усыпляй меня[49].
Но будь то правда или сон,
Творить добро – вот наш закон:
Когда не грезим – для того,
Чтобы добро царило в мире,
А если грезим, то затем,
Чтобы тогда иметь друзей,
Когда минует сладкий сон[50].
(Все уходят; играет музыка.)
Сцена 5-я
Зал в царском дворце. Василий и Астольф.
Василий
Какой благоразумный человек
Смирить сумеет бешенство коня,
Удила закусившего? Кто сможет
Остановить свободный бег ручья,
Который без удержу мчится в море?
Астольф, скажи мне, кто громадный камень,
С горы летящий, в силах удержать?
Но все это смирить гораздо легче,
Чем гнев и бешенство толпы народной.
Разносится стоустая молва:
Ты слышишь, партии в стране явились,
В горах пустынных эхо раздается,
Одни «Астольф!», другие «Сигизмунд!»
Кричат; а трон, присягой освященный,
Театром стал кровавым, на котором
Трагедию разыгрывает рок.
Астольф
На время пусть исчезнет то веселье,
Замолкнет пусть рукоплесканий гром,
Которые сулила мне твоя
Счастливая рука! Ведь если Польша,
Которой я повелевать надеюсь,
Отказывает мне в повиновеньи
Сегодня, то причина мне ясна:
Сам должен Польшу заслужить мечом я!
Подайте мне коня; и пусть скорее
Блеснет, величья полный, луч, и гром
Ударит вслед за ним. (Уходит.)
Василий
Борьба напрасна,
Когда чему-нибудь свершиться должно,
И риск велик против того бороться,
Что ранее назначено судьбой;
И если что-нибудь должно случиться,
То уж его никак не миновать.
Кто убежать стремится от несчастья,
Тот раньше всех несчастье испытает[51].
О злое бедствие! Ужасный случай!
Опасности хотел я избежать,
И сам призвал я беды на себя!
И тем себя я должен погубить,
Чего я более всего страшился,
Да, сам отечество я погубил.
Сцена 6-я
