Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец

Слабая улыбка появилась и на лице Анри.

— Плохая должность.

— Сам назначил.

— Ошибся.

Гаспар несколько секунд смотрел на него, а потом всё-таки улыбнулся.

— Поздно жаловаться.

Анри ответил почти незаметной улыбкой и снова закрыл глаза. Гаспар остался рядом и больше не пытался говорить.

Он не знал, сколько времени прошло после этого разговора. Может быть, час, может быть меньше. Анри почти перестал просыпаться сам. Когда врач обращался к нему, король ещё открывал глаза и иногда отвечал, но каждый раз это требовало всё больше усилий.

В какой-то момент старший лекарь попросил Анну отойти и вместе с помощником снова осмотрел рану. Повязка оставалась почти чистой, и теперь это уже никого не успокаивало. Гаспар следил, как врач в очередной раз проверяет пульс.

— Сделайте что-нибудь.

Лекарь поднял на него глаза.

— Мы делаем всё, что можем.

Гаспар несколько мгновений смотрел на него, потом тихо произнёс:

— Тогда сделайте больше.

На лице врача не появилось ни раздражения, ни обиды.

— Если бы я знал, что ещё можно сделать, господин Грело, я бы уже сделал.

Гаспар отвернулся, дошёл до стола и упёрся ладонями в его край. Спорить было не с чем. Врач не сдавался и не отказывался лечить Анри; он просто не знал, как остановить то, чего нельзя было увидеть.

Анна подошла к Гаспару и остановилась рядом.

— Не мешай им.

Он посмотрел сначала на неё, потом на врачей.

— Я не мешаю.

— Пока нет.

В любой другой день он наверняка нашёл бы ответ. Сейчас только кивнул и отошёл от стола.

Ближе к рассвету Анри уже почти не приходил в себя. Старший врач всё чаще проверял пульс и каждый раз держал пальцы на его запястье дольше прежнего. Дыхание стало частым и неглубоким; иногда веки дрожали, но глаза не открывались.

Гаспар сидел рядом и ловил себя на том, что ждёт чего-нибудь обычного: жалобы на врача, колкости в адрес Морне, вопроса о послах, любого распоряжения, которое потом пришлось бы выполнять. Вместо этого слышались только дыхание Анри, потрескивание поленьев и редкие шаги врача от постели к столу.

В какой-то момент пальцы короля слегка двинулись по простыне. Анна сразу наклонилась к нему и тихо позвала по имени. Анри открыл глаза. Сначала взгляд остановился на ней, и было ясно, что он её узнал. Королева сказала что-то так тихо, что Гаспар не расслышал и не попытался.

Потом Анри посмотрел в его сторону.

Гаспар наклонился ближе.

— Я здесь.

Несколько секунд король смотрел на него, словно собирался что-то сказать. Гаспар увидел усилие и покачал головой.

— Не надо.

Анри ещё немного смотрел на него, затем веки закрылись. Гаспар не отодвинулся сразу и только спустя несколько мгновений снова сел ровнее.

Больше Анри глаз не открыл.

За окнами постепенно начинало сереть. Сначала проступили очертания противоположного крыла, потом стали видны мокрые камни двора. Свечи всё ещё горели, но их свет уже почти не доходил до окон.

Дыхание Анри изменилось настолько постепенно, что Гаспар понял это не сразу. Он только заметил, как старший врач поднял голову и быстро подошёл к постели. Анна выпрямилась, следя за ним.

Лекарь положил пальцы на запястье короля и долго не двигался. Потом переставил их чуть выше, наклонился к лицу Анри и снова замер. Гаспар поднялся со стула, не сводя с врача глаз.

Тот медленно выпрямился.

Анна поняла всё раньше, чем он успел что-либо сказать.

— Нет.

Слово прозвучало почти шёпотом. Лекарь опустил глаза.

Гаспар стоял возле стула, всё ещё держась рукой за его спинку. Пальцы сжали дерево так сильно, что побелели костяшки. Он смотрел на Анри и ждал следующего вдоха. Через несколько секунд понял, что всё ещё ждёт, и не заставил себя отвернуться.

В комнате было достаточно тихо, чтобы слышать потрескивание дров в очаге. Младший врач подошёл к столу за чистой тканью. Гаспар заметил движение и поднял руку.

— Подожди.

Врач остановился. Гаспар больше ничего не сказал, и тот отошёл обратно к столу.

Анна продолжала сидеть возле мужа, удерживая его руку обеими ладонями. Никто не пытался заговорить с ней. Старший лекарь отступил на несколько шагов, оставив их возле постели.

Слуга у дальней стены подошёл к подсвечнику, чтобы поправить начавший коптить фитиль, но, оглянувшись на кровать, остановился и медленно убрал руку. Гаспар снова сел, не отпуская спинку стула до тех пор, пока пальцы не разжались сами. Анри лежал совсем рядом, на том же месте, где несколько часов назад спорил с врачом из-за воды. За окнами серел двор, а в комнате никто не торопился гасить свечи.

Глава 35. После

Прошло не больше четверти часа. За окнами уже было светло, а свечи у постели всё ещё горели. Старший врач отошёл к столу и тихо сказал что-то помощнику; тот начал складывать инструменты и использованные полотна, стараясь делать это без лишнего шума. Анна оставалась возле мужа, удерживая его руку обеими ладонями. Гаспар сидел с другой стороны постели и не двигался.

За дверью несколько раз слышались шаги. Кто-то подходил, останавливался и снова уходил, не решаясь войти. Наконец дверь осторожно приоткрылась, и на пороге появился Морне. Первый министр сразу посмотрел на врача, затем на Анри и вошёл, прикрыв за собой дверь.

Несколько мгновений он стоял возле стены. В руках у него оставались перчатки, которые он так и не надел после ночных переходов между кабинетами. Потом Этьен подошёл ближе и остановился у изножья.

Анна отпустила руку мужа и подняла на него глаза.

— Что нужно сделать?

Морне ответил после короткой паузы:

— Ворота оставить закрытыми. Людей из малого зала пока не отпускать. Совет нужно собрать сейчас, но до официального объявления из дворца не должно выйти ни одного письма.

Королева кивнула.

— Делайте.

Морне уже направился к двери, когда снаружи его окликнул капитан караула. Тот не вошёл в покои и остановился на пороге.

— Господин де Морне, у северных ворот стоят посыльные от двух домов и человек английского посольства. Требуют ответа. От чьего имени приказывать караулу?

Этьен не ответил сразу. Ещё ночью такого вопроса никто бы не задал.

— Последний приказ государя о закрытии дворца остаётся в силе. Ворота не открывать. Всё остальное до заседания совета передавать мне и её величеству.

Анна добавила, что ни одного посыльного пока выпускать тоже нельзя. Капитан поклонился и ушёл вместе с Морне.

В комнате снова стало тихо. Один из врачей уже вышел, второй оставался возле стола и ждал,