Свет ночной аптеки - Ко Хевон

– Здесь частное коммерческое предприятие, и просьба закрыть аптеку или изменить время работы в чужих интересах оскорбительна для меня. Ведь я продаю лекарства, чтобы обеспечить себе средства на жизнь.

Про себя Мингён усомнилась в том, что ее предложение закрыться пораньше прозвучало грубо. Однако аптекарь отчасти права, и потому девушка не решилась возразить и лишь слезно продолжила:

– Да, конечно, это совершенно справедливо. Понимаете, по непредвиденным причинам у нас внезапно поменялось место съемок. Если сегодня мы не снимем запланированные сцены, то у актеров и операторов сдвинется производственный график. Вот почему я так настойчиво прошу. Что, если вы закроете аптеку, пока мы не закончим? Компания готова компенсировать вам вынужденный перерыв в работе.

Материальное вознаграждение для владельцев частной территории взамен права провести съемки было единственным аргументом девушки. Как правило, с его помощью всегда удавалось договориться, поскольку ее предложение звучало гораздо выгоднее, чем пустая трата электричества на ночное освещение аптеки.

– Мне очень жаль, что у вас такая ситуация…

Сочувствие, прозвучавшее в голосе Бохо, снова раздуло искру надежды в душе Мингён.

– Да-да! Вам ведь жаль меня?

Девушка приняла самый несчастный вид, сделав бровки домиком и отчаянно молясь, чтобы женщина с равнодушным лицом согласилась на предложение. Мингён было бы проще уговорить ее, чем вернуться к изнуряющим поискам подходящего места и убеждать упрямого режиссера.

– Тем не менее это невозможно.

– Ох… Могу я спросить, почему ваша аптека работает ночью? Наверное, у вас есть какие-то причины…

– Потому что мне так хочется, – безразлично ответила Бохо, не обращая внимания на тяжкий вздох собеседницы.

Мингён не нашлась с ответом и с побитым видом вышла из аптеки, бессильно опустив плечи. А Бохо как ни в чем не бывало продолжила проверять товар на полках. Хвангён, тихо наблюдавший в стороне, робко спросил:

– Она так умоляла. Что вам стоило разочек пойти людям навстречу? К тому же раз за это обещают заплатить.

– Обещание важнее денег. Я поклялась, что аптека будет открыта в ночное время.

– Кому?

– Ты все равно незнаком с этим человеком. Какая тебе разница?

Душу молодого человека переполняла обида на Бохо, в глазах которой всегда читалось пренебрежение к нему. Несмотря на то что он целых две недели без опозданий приходит сюда как на работу и старательно приветствует посетителей – единственное, что ему позволено делать, – Бохо держалась так, словно совсем не замечает его. Сколько Мунсон ни талдычил ей, что в районе Н*** орудует опасная криминальная банда, аптекарь ничего не боялась и придерживалась привычного образа жизни.

Хвангён беспокоился, что окружающие успели заметить его бесполезность в аптеке, а ведь он всегда ненавидел ощущение никчемности. Время от времени молодой человек звонил начальнику и докладывал, что аптека не похожа на будущее место преступления и бандиты, скорее всего, перебрались еще куда-нибудь. Мунсон же со смехом убеждал его:

– Послушай, там, где находится полицейский, всегда может что-то произойти.

В таких случаях Хвангёну нечего было ответить, и он безотчетно продолжал держать трубку возле уха, слушая короткие гудки.

Прежде чем сообщить режиссеру плохую новость, Мингён сделала глубокий вдох и выдох, чтобы избавиться от онемения в области сердца. Ну вот, теперь она готова. Однако, услышав об отказе аптекаря, тот, не раздумывая, снова приказал:

– Решай проблему!

– Как насчет другого переулка?

– Не хочу, – заупрямился режиссер, у которого, по всей видимости, случился приступ эгоцентризма.

Все уже привыкли, что он бывает совершенно непредсказуем, а утвердившись в собственном решении, становится непоколебим как скала. С одной стороны, подобное поведение режиссера, ставшее ориентиром для всей съемочной площадки, было удобным, однако случаи, когда исполнить его решение не представлялось возможным, выбивали помощников из колеи.

В отчаянии Мингён пыталась понять, почему она стала работать с ним. Вроде бы все началось с того, что она упросила университетского товарища познакомить их, желая потрудиться на его съемочной площадке. Почему приятель не отговорил ее? Девушка перебирала в памяти прошлые события, неизбежно погружаясь в сожаления, пока наконец не возненавидела саму себя за то, что в юности влюбилась в кинематограф. Чем же ее так увлек этот мир? С высоты прожитых лет казалось, что тогда ее очаровали экранные герои, отчасти недоступные пониманию: она часто недоумевала, почему они так живут. Девушке хотелось узнать их получше. Она жаждала познать истину в окружении тех суровых персонажей, которые способны причинить ей боль. Ведь до той поры Мингён жила в рафинированном мире родительской любви и заботы. Да, похоже, причина в этом… В дни, подобные сегодняшнему, она задавалась вопросом: почему живет именно так? Что удерживает ее здесь? Временами на нее накатывало беспокойство, от которого не спасала даже уверенность, что она занимается любимым делом. Возможно, потому, что Мингён не чувствовала себя при этом счастливой.

– Ну что, на сегодня съемки закончились? – раздался в темноте голос Хиён. Актриса главной роли ясно дала понять, что сниматься больше не будет.

М-да, для Мингён это означало полнейший провал. Пока она терзалась вопросом, почему ситуация оказалась в тупике, никто из коллег не успокоил девушку и не сказал, что в случившемся нет ее вины. Все только старались подбодрить ее.

Теперь пора бы поспать. В последнее время ночные съемки следовали одна за другой, полностью перечеркнув распорядок дня, предписанный врачом. Хиён уселась поудобнее и осмотрелась в поисках таблеток, которые захватила из дома. Однако их нигде не было. Девушкой моментально овладела паника, а руки лихорадочно заметались по салону, пока она не поняла, что перед выходом оставила снотворное на кухонном столе. Снова повторялся замкнутый круг. От недосыпания она становилась забывчивой, а когда решалась лечь, отключиться не получалось. Вопреки общепринятому мнению, что сон – самая непреодолимая вещь на свете, у нее выходило наоборот: все чаще она страдала бессонницей по ночам. Из-за рабочего графика ее месячный цикл тоже стал нерегулярным. На жалобы, связанные с бессонницей, рассеянностью и отсутствием месячных, врач говорил, что все придет в норму, как только она вернется к правильному режиму дня. Его рекомендации казались Хиён безответственными, потому что были невыполнимы при ее образе жизни.

Говорят же: греби шустрее во время прилива, иначе волна накроет с головой, спрятав от поклонников. В мире шоу-бизнеса, где каждый день подстерегает тысяча опасных волн, считали, что Хиён, которая обрела известность как модель в рекламных изданиях, слишком быстро стала популярной. Под этим имелось в виду, что девушка пробилась благодаря эффектной внешности. Так и есть. Она недолго прозябала в неизвестности. Несмотря на слабоватую актерскую игру, ее лицо на экране привлекало зрителей красотой – в этом и заключался талант Хиён. Но, с тех пор как ей стали давать главные роли, она мучилась от необъяснимого беспокойства. Когда она, перейдя из