Искатель, 2010 №6 - Виталий Сергеевич Забирко
— Приехавший участковый сказал, что бабушка просто упала с лестницы. Но и он сам, и другие видели на ее шее страшные черные отметины. Говорили, будто злой дух задушил, хотели даже позвать батюшку, да тот не поверил.
Чернигов скупо улыбнулся. Вернувшись из своих воспоминаний, он снова стал самим собой — невозмутимым и уверенным в себе.
— Сразу же после этого родители забрали меня в город. Я долго пытался узнать, что за демон убил мою бабушку, но никто не воспринимал меня всерьез. Все думали, это просто детские фантазии. Отец с матерью меня жалели. Наверное, чувствовали свою вину за то, что не занимались мной. Не знаю...
Я ждал продолжения.
— Несколько недель назад в моем доме стали происходить странные вещи. В точности повторялось то, что было в доме мельника. Сперва я не понял этого. Мы думали, дети нашалили и боятся признаться. Но... — Его лицо исказилось от боли. — Потом я увидел сон... Бабушка пришла ко мне. «Дитятко, — говорила она. — Внучек мой дорогой. Дьявол пришел за твоей душой. Я не смогу защитить тебя. Спасайся от него. Берегись».
Чернигова передернуло.
— Павел Аркадьевич, — негромко произнес я. — Вы сказали, что способности к магии вам не передались.
— Это так. Я никогда не чувствовал в себе силы знахаря. Не видел духов, с которыми разговаривала бабушка. Много раз пытался гадать на картах, как она меня учила, — бесполезно.
Я соединил кончики пальцев.
— Этот дар всегда проявляется через поколение, — сказал я. — Если он был у вашей бабушки — значит, есть и у вас. Возможно, старушка просто рассказывала вам сказки, чтобы позабавить, а вы в них верили. В таком возрасте это естественно. Напротив, было бы странно, если бы вы отнеслись к ним скептически. Потом на ваших глазах она умерла — серьезная травма для маленького ребенка. Это событие не позволило вам осознать правду. Ваша бабушка вовсе не была ведуньей, и никакой дух ее не убивал. А сон — лишь плод вашего воображения. Может быть, так?
Его лицо потемнело.
— Я не сумасшедший. И моя бабушка такой не была.
— Хорошо. Тогда единственный вариант: вы тоже знахарь. Но по каким-то причинам ваш талант остается скрытым.
Я посмотрел на него с внезапной догадкой.
— Сколько вам лет? — спросил я.
— Сорок шесть, недавно исполнилось.
— Вы выглядите моложе...
Я закрыл глаза и несколько секунд просидел в задумчивости.
— Когда умерла ваша бабушка, вам было пять. Значит, прошел сорок один год. Именно такой срок нужен зодиакальному кругу, чтобы сделать полный оборот.
— Я не силен в астрологии.
— Не важно. Звездочеты не используют зодиакальный круг, чтобы составлять гороскопы. Его задача иная. Это космические часы, которые отмеряют жизнь духов.
Я встал.
— Не стоит продолжать, Павел Аркадьевич. То, что я скажу, вам не понравится. Вы вряд ли поверите мне. Скорее даже, придете в ярость, может, попробуете меня ударить. Последнее вам вряд ли удастся — но всё равно, не стоит до этого доводить.
Я направился к двери.
— Постойте! — воскликнул он.
Я остановился, не оборачиваясь.
— Мне надо знать правду, — сказал Чернигов. — Что такого страшного вы боитесь сказать, господин медиум?
— Многие так говорят, Павел Аркадьевич. Как правило, они и в самом деле уверены, что хотят увидеть истину. Но обычно человек к этому не готов. Мне и правда лучше уйти.
Он тоже поднялся.
— Та опасность, о которой вы говорили... Вы можете меня от нее защитить?
— От беды — да. От правды — нет.
— Тогда я согласен.
Я знал, что он согласится, — но был обязан предупредить. Я вернулся к креслу и медленно опустился в него. Теперь была моя очередь говорить о том, о чем я бы предпочел молчать.
— Если бабушка или дед владеют ведовством, — начал я, — внуки всегда наследуют эту способность. Она может проявляться по-разному. Способность к целительству. Умение общаться с духами. Дар видеть будущее.
— Но у меня нет ни одного из этих талантов.
— Правильно. Значит, вы получили самый могущественный и в то же время самый опасный из подарков судьбы. В вас живет демон.
Его лицо дрогнуло.
— Бес растет вместе с ребенком и не проявляется в первые пять лет жизни. Потом тварь пробуждается и постепенно завладевает телом, подавляя человеческое начало.
— Значит, я и есть дьявол?
— Нет. Сорок один год назад случилось нечто, что лишило демона сил. Я думаю, об этом позаботилась ваша бабушка. Она провела ритуал, который защитил вас от вас самих. И именно этот обряд стоил ей жизни.
— Но я видел совершенно иное...
— Вы видели то, что она хотела вам показать. Не так-то уж просто обмануть маленького ребенка, тем более вы никогда не видели духов сами. Уверен, старая женщина не хотела, чтобы вы увидели ее смерть. Но ей пришлось заставить вас пройти через это — иначе сейчас, став взрослым, вы вряд ли восприняли бы всерьез вещий сон.
Лицо Чернигова обмякло. Он постарел сразу на десять лет и стал выглядеть на свой возраст. Холодное высокомерие покинуло его, осталась лишь боль.
— Бабушка, моя дорогая бабушка, — прошептал он. — Даже сейчас ты защищаешь меня.
Мне показалось, что он готов заплакать.
— Мы не должны терять время, — сказал я. — Сорок один год прошел. Зодиакальный круг повернулся. Демон вновь обрел силы и готов выбраться на свободу, уничтожить вас. Надо как можно скорее провести новый ритуал, чтобы загнать его обратно.
— А потом?
Я пожал плечами.
— Если и вы, и я проживем еще сорок один год — тогда увидимся снова. Впрочем, это маловероятно, как вы понимаете. Скорее всего, сейчас для демона — единственный шанс освободиться. Вот почему он так стремится сделать это. Приступим, Павел Аркадьевич.
Я вынул из кейса толстую книгу в кожаном переплете. Медленно, четко проговаривая каждую букву, начал произносить слова заклинания, и Чернигов повторял их за мной. Потом я смолк.
— Это все? — спросил бизнесмен.
Он тяжело дышал.
— Да, — ответил я.
Только сейчас я понял, скольких усилий мне стоило довести все до конца. Чернигов глубоко вздохнул, потом вдруг весело, по-мальчишески рассмеялся.
— Спасибо, — сказал он. — Не знаю, как вас отблагодарить. Сколько я вам должен? Назовите любую сумму.
— Мне не нужны деньги, — отмахнулся я. — Я уже получил все, что мне было нужно. Для этого мы и проводили ритуал, мой любезный Павел Аркадьевич.
— Не понимаю, о чем вы, — воскликнул он. — Что же я вам такое отдал?
Я
