Золотая тьма. Том 2 - Игорь Валерьевич Осипов
— Ха-ха-ха! — завопил божок и небрежно бросил охапку нитей подскочившему в священном экстазе шаману. Тот подхватил и кинулся вприпрыжку прочь, держа над головой.
Вскоре вся эта мерзко вопящая кавалькада исчезла в лесу, оставив на дороге неподвижное человеческое тело.
А генерал лишь молча глядел им вслед. Потому что события опять пошли не по плану.
Глава 30 Дама червей
Глава 30 Дама червей
— У меня не получится-я-я, — услышал Стаканыч протяжный скулёж Шарлотты, которая уронила голову на исписанную пачку стандартных листов.
Темнело. Ворона улетела, накаркав кучу советов, и теперь их придётся исполнять. А юная магичка расклеилась вдрызг.
Прапорщик читал, что по-научному это называется эффект Даннинга-Крюгера. Нет, не тот, где тупой не понимает, что он тупой, потому что тупой. А другой эффект. Умный мужик этот Даня, или это два мужика. Но неважно.
В общем, когда человек — новичок в чём-то, он слишком самоуверен, и часто эта самоуверенность помогает, что по-народному звучит как «дуракам везёт». Но, набив шишек, он начинает во всём сомневаться, самооценка и работоспособность падают ниже плинтуса в диком поле. Это уже потом, набравшись опыта, становится спокойнее.
Стаканыч покачал головой и цокнул языком, ибо опыт и крысоловка пока из разных опер. Значит, надо выводить из кризиса принудительно.
В эту секунду пиликнуло, прапорщик встал и прошёлся к санузлу. Там достал из посудомойки пластиковую корзинку с хрустальными шарами и стеклянными линзами, очищенными кипятком, как фужеры после пьянки. Аж скрипят под пальцами.
А просторный, однако, у генерала санузел, за целую комнатку прокатит. Но на то он и начальник, чтоб жить привольно.
— Вот! Всё как новенькое, — проговорил Сизов, поставив корзинку на стол.
— Не выйдет, — повторила Шарлотта.
Прапорщик вздохнул, поджал губы и посмотрел на притихшего баронета, а затем вернул внимание на юную волшебницу.
— Дайте-ка сюда список, юн спажа, — выставив ладонь, добавил он и пошевелил пальцами, словно подзывая бумажку себе.
Девушка насупилась и протянула руку с перечнем.
Сизов прищурился и пробежался по рунам, а потом стал тихо ругаться.
— Я несилён в вашей грамматике, но что так коряво, как курица лапой? И куча ошибок.
— Я не умею быстро и правильно, — огрызнулась девушка. Она смотрела на нависшего над ней чужака, словно узник на палача, который вот-вот будет бить розгами на главной площади города. И льющийся я потолка электрический свет слепил глаза и заставлял щуриться.
Сизов нахмурился и принялся по слогам читать:
— Надлежит взять шар побольше. Наложить чары видения, как оно в книге взоров сказано. Привязать к твари. Второй шар положить у изголовья и лежать под… — он снова сдвинул брови и поглядел на волшебницу: — Что такое порта тиррус спирае?
— Это такой створ шпиля башни духа, — пробурчала Шарлотта и добавила: — Но здесь его нет. Придётся идти самой. А там псоглавые. Они меня убьют.
— А поподробнее про створ?
Девушка шмыгнула носом и сложила руки в фигуру, так что получился конус, у которого сомкнутые кончики пальцев — вершина, а разведённые локти — основание.
— Вот такой. Но его нет.
— А для чего он?
Сизов уставился на юную волшебницу, ожидая пояснений, но вместо неё заговорила жрица Агнии. Мирабелла оттолкнулась от стены и подошла поближе.
— С вашего разрешения, добры люди. Но это чтоб собирать рассеянную по миру силу магии и чувствовать её дыхание. Думаю, без него её умелость не сможет почуять что-то, что очень далеко.
— Волшебная антенна, значит, — протянул прапорщик, он достал из кармана сигарету и сунул в рот, а потом похлопал рукой по карманам, ища зажигалку. Но её не было. В поле, наверное, посеял.
Вроде бы неприятность мелкая, но кольнула душу болючей занозой.
И в этот миг жрица, которая уже видела, как землянин курит, неспешно подняла руку и понесла к сигарете. Подушечка её пальца вспыхнула оранжевой искрой, и кончик сигареты тут же затлел, испуская струйку дыма.
— Прям мечта, а не женщина, — проговаривал Сизов. — Уже готов жениться.
Мирабелла едва заметно улыбнулась и опустила глаза.
— Я не готова мужниться, — прошептала она в ответ.
— Да я так… Как на вашем языке звучит слово, когда словами играют?
— Вербис фаби.
— Да, вот оно самое, — произнёс прапорщик, выпустил вверх ещё одно кольцо дыма и вернулся к списку: — Значит, нужны уголок, оцинкованная жесть и сварка. На всякий случай притащу параболическую антенну от телека.
— А это что всё такое? — переспросила Шарлотта, подняв глаза на пришлого. — Артефакты такие?
— Увидишь, — отмахнулся Сизов и продолжил читать: — Используй школу лозы, иди зверем по местам, читай следы силы.
Он цокнул языком и добавил, пропустив кучу уточняющих комментариев по силе и значения магии:
— Используй целительницу, дабы не умереть, если выжгут нити. О, как интересно. Это как эльфийки ведьмам силы жгли. Проходили. Знаем.
Сизов опять выпустил струйку дыма и протянул бумажку обратно.
— Всё сделаем.
* * *
Николь-Астра открыла глаза и уставилась в балдахин над её кроватью. Обнажённую кожу обдуло прохладным вечерним сквозняком, бесцеремонно скользнувшим из густой вечерней тьмы в открытое окно. И этот же сквозняк колыхал многочисленные свечи на столах и высоких напольных канделябрах.
Тут же встала и поклонилась сидевшая у изголовья целительница.
— Благополучны ли вы, ваше могущество?
— Да, — прошептала Астра и взмахнула рукой, отсылая женщину. А потом сделала вдох и села. Тело, долго пребывавшее без движения, занемело. Волшебница с хрустом и стоном повела плечами, поморщилась и осторожно свесила ноги с кровати. Босые стопы коснулись дорогого паркета, и женщина с кряхтением встала.
Взгляд её тут же уткнулся в молодого и очень смазливого менестреля, старательно улыбающегося от уха до уха, а пальцы на струнах лютни едва заметно подрагивали от волнения. Одежда яркая, как у попугайчика, на которой выделялся ярко-красный гульфик.
— Кто тебе дозволил войти? — процедила Николь-Астра стальным голосом, от которого менестрель сжался, как птенчик после холодного дождя.
— Госпожа Линда… Она велела, — прошептал мальчонка.
— Не
