Брошенная невеста морского дракона.Хозяйка Штормового приюта - Юлий Люцифер

В главном зале еще находились секретари, советники, магистрат и несколько свидетелей. Селеста не стала искать закрытую комнату.

Их союз объявили публично.

Завершить его она тоже решила открыто.

— Не из-за документов, — сказала она. — И не потому, что отец арестован. Наш брак с самого начала был способом получить свободу через другого человека. Я думала, что, став вашей женой, выйду из-под его власти. Но просто перешла бы под власть короны.

Лоркан медленно произнес:

— Я не собирался относиться к тебе так, как твой отец.

— Возможно. Но мы оба согласились на союз, в котором важнее всего были голоса Совета, торговые гарантии и положение. После того, что произошло с Айриной, я всё равно вошла в зал рядом с вами. Потому что мне казалось, что чужая боль — приемлемая цена за мой выход.

Она посмотрела на меня.

— Я не прошу простить.

— И не должна просить сейчас, — ответила я.

Она кивнула.

— Я не хочу начинать новую жизнь с договора, построенного на том же решении, которое разрушило чужую.

Лоркан опустил взгляд.

— Я согласен расторгнуть помолвку.

Селеста явно ожидала спора.

— Без компенсации за отказ с вашей стороны, — добавил он. — Дом Севардов выплатит только расходы, связанные с подготовкой брака, и предоставит защиту как свидетелю до суда над вашим отцом.

— Мне не нужен новый хозяин.

— Защита будет по вашему письменному согласию. Вы сможете выбрать людей и отказаться в любой момент.

Она посмотрела на него внимательнее.

— Вы изменились.

— Недостаточно быстро.

— Нет.

— Но хотя бы достаточно, чтобы второй раз не удерживать женщину рядом политикой.

Селеста сняла с пальца помолвочное кольцо и положила на стол.

Лоркан забрал его не сразу.

Когда всё-таки взял, не попытался коснуться ее руки.

Их союз закончился без нового унижения.

Это не исправило день, когда они вошли вместе в Зал приливов.

Но хотя бы не повторило его.

После заседания Штормовой приют постепенно возвращался к обычной работе.

Обычной настолько, насколько это было возможно при разрушенной крыше, судебной охране и десятках людей, которые всё еще не могли покинуть остров.

Марта вновь открыла столовую.

Первым блюдом стала горячая рыбная похлебка.

— За нее Совет платит? — спросил один из северных капитанов.

— Уже внесено в расходы спасательной операции, — ответила Марта. — Но второй кусок хлеба за свой счет.

Никто не спорил.

Технические мастера поднялись к башне и спустились в подземный зал. Они подтвердили: Камень не разрушен. Треснувший внутренний распределитель можно заменить. На это требовались материалы, точные расчеты и несколько недель работы.

Внешнюю сеть придется обследовать по узлам. Часть зажимов можно снять. Некоторые пластины перегорели и нуждались в полной замене.

Восточный пролив не откроется в ближайшее время.

Возможно, до следующего сезона.

Я не почувствовала разочарования.

Открытие пролива больше не было доказательством моей ценности.

Гавань уже существовала.

Гостиница работала.

Кайрн принадлежал мне.

Остальное можно было восстанавливать столько, сколько потребуется.

Риана я нашла вечером у разрушенного края причала.

Он стоял рядом с Тореном и смотрел, как водолазы проверяют каменные опоры. Повязку с левой руки сняли. Кожа от кисти до локтя оставалась красной, на двух участках темнели лекарственные пластыри.

Торен увидел меня и ушел к лодке, не придумывая объяснений.

— Тея разрешила вам находиться на ветру? — спросила я.

— На десять минут.

— Вы здесь дольше.

— На одиннадцать.

— Опасное нарушение.

— Запишите в счет.

Я остановилась рядом.

Море уже успокоилось. Между кораблями двигались лодки. На башне вместо разрушенной рамы установили два обычных фонаря. Они не могли заменить магический знак, но обозначали остров для судов вблизи.

— Приказ восстановить вас в должности закончился с морской тревогой, — сказала я.

— Да.

— Что теперь?

— Служебное разбирательство.

— Из-за отказа передать Камень?

— Магистрат признал мой отказ законным. Остается сокрытие предупреждения и возможный конфликт интересов.

— Поцелуй?

— В документах он назван «личными отношениями, способными повлиять на решение».

— Очень точное описание одного поцелуя.

— Секретарь Совета обладает редким талантом усложнять простые вещи.

— Какое решение ожидаете?

— Выговор за предупреждение. Возможно, временное ограничение самостоятельного командования.

— Вас вернут в гарнизон?

— Могут.

— Вы хотите?

Риан посмотрел на воду.

— Нет.

Я ждала.

Он не продолжил сразу.

— Во время шторма стало ясно, что Кайрну нужна постоянная спасательная служба, — сказал он наконец. — Не временный патруль. Пост с лодками, проводниками, лекарским запасом и людьми, которые знают внешние скалы.

— Это записано в решении Совета?

— Пока только рекомендация магистрата и капитанов.

— А вы?

— Подал просьбу о переводе.

— Когда?

— Сегодня после заседания.

— Не сказали заранее.

Он повернулся ко мне.

— Просьба касается моей службы. Но результат изменит вашу жизнь, если я получу пост на Кайрне. Поэтому говорю до решения.

Первый проверяемый поступок.

И второй.

И еще один.

Доверие действительно возвращалось не обещанием.

Последовательностью.

— В каком качестве вы хотите служить здесь?

— Командиром спасательного поста восточного побережья. Береговая стража арендует участок для лодочного сарая и комнаты дежурных. Все договоры проходят через вас. Пост не получает прав на гостиницу, гавань или Камень.

— Вы уже подготовили условия?

— Черновик.

— Конечно.

— Могу показать.

— Покажете завтра.

Он кивнул.

— Если перевод отклонят?

— Подам снова после окончания разбирательства.

— А если корона назначит другого человека?

— Тогда останусь в гарнизоне или уйду со службы.

— И что будете делать?

— Не знаю. Но не стану использовать должность, чтобы поселиться на вашем острове без согласия.

Я коснулась перил правой рукой. Левая еще плохо ощущала холодный металл.

— Риан, вы хотите остаться из-за службы?

Он посмотрел прямо на меня.

— Не только.

— Из-за расследования?

— Оно закончится судом, который может длиться годами. Мне не нужно жить на Кайрне, чтобы давать показания.

— Из-за Эвара?

— Я нашел достаточно, чтобы перестать искать его смерть в каждом новом деле. Остальное завершит суд.

— Тогда почему?

Он подошел ближе.

Не касаясь.

Оставляя мне привычное расстояние для решения.

— Потому что я люблю вас.

Без речи о судьбе.

Без обещания, что любовь решит разницу между нами.

Простые слова, после которых ничего нельзя было спрятать в красивой формулировке.

— Когда вы поняли? — спросила я.

— Слишком поздно, чтобы это помогло вести расследование спокойно. Достаточно рано, чтобы испугаться, когда вы касались Камня.

— Страх не всегда любовь.

— Знаю. Я люблю вас и в те часы, когда вы спорите со мной о ключах, считаете каждую бочку и заставляете платить за гамак.

— Особенно привлекательные качества.

— Для меня — да.

Я улыбнулась.

Риан продолжил:

— Не прошу передать мне часть острова. Не прошу уехать в гарнизон. Не прошу решить сегодня, кем мы станем через год. Хочу остаться рядом, если вы тоже этого хотите.

— И если я скажу, что Кайрн всегда останется моим?

— Он