Твой худший выбор (СИ) - Ольга Сергеевна Рузанова
Я затихаю. Мама успокаивается. Брат, щелкая меня по носу и дергая за волосы, продолжает подлизываться.
— С кем он приходил? — спрашиваю, проглотив гнев и обиду вместе с очередным кусочком вафли.
— Со своей девушкой, — отвечает Тема, поливая свою вафлю сгущенкой, — Мирандой.
— Такая страшная.
— Почему? — хмыкает он, глянув на меня, — Красивая. Мне нравится.
— Тебе нравятся тощие?
— Это потому, что ты сама похудеть не можешь...
— Та-а-ак... — упираюсь руками в стол и поворачиваюсь к нему всем телом, предчувствуя новый виток наших дебатов, — С этого места поподробнее.
— Бл...
— Ты правда думаешь, что мне следует похудеть? У меня лишний вес?...
— Нет у тебя лишнего веса, — заявляет мама, стрельнув в брата глазами, — У тебя очень красивая фигура.
— Да!
— Да! — поддакивает Артем, со смехом поднимая вверх обе руки.
— Если вам нравится обгладывать кости, то следует побеседовать с психологом!... — продолжаю запальчиво, — Потому что тяга к округлым уютным формам заложена в нормальных мужчинах природой. Если вам не нравятся...
— Все — все! — хохочет он, — Проехали, Кир!... У тебя шикарные формы!
— Вот именно!
Я не толстая! Нет, черт возьми!... Мой вес в пределах нормы, а попа и грудь... они просто есть, в отличие от некоторых! О такой фигуре, как у меня многие только мечтают, и ни на какую дощатую Веранду я равняться не собираюсь!
— Я поехал, — говорит Тема, встав из-за стола.
— Вечером приедешь? — спрашивает мама, — Будет мясо на гриле.
— На вечер планы, — изображая сожаление, разводит он руками.
— Какие? — вырывается у меня.
— У Свистуна собираемся, — роняет негромко и, вдруг остановившись, оборачивается, — С какой целью интересуешься?
— Просто спросила. Его сестренка моя подруга.
Глаза брата опасно сужаются. Взгляд становится недобрым.
— Даже не думай.
— Что? — прикидываюсь дурочкой.
— Смотри мне, Кира.
Глава 3
Кира
«Смотри мне, Кира»
От страха коленки задрожали, ей богу. Пот по спине заструился и руки затряслись. Как будто он сможет мне что-то сделать, кроме как сказать: «Смотри у меня. Отцу скажу»
Проводив Тему злым чмоком в щеку, я помогаю маме убрать со стола и сбегаю в свою комнату. Там ещё гора неразобранных подарков.
Распахиваю шторы, включаю музыку и, пританцовывая, приступаю к распаковке. Тут шикарный набор для ухода за моими не менее шикарными волосами, и целая серия косметичек в едином стиле, и солнечные очки, которые я недавно себе присмотрела, и даже сертификат в спа на две персоны — мою и Алины, которая его подарила.
Примеряю комплект брендовой бижутерии у зеркала и наношу духи из новой коллекции на запястье. От восторга искрит в глазах.
А потом очередь доходит до подарка Данилова — розовой коробки с розовыми шелковыми тесемками. Как банально.
Я падаю на кровать, беру ее в руки и открываю. Достав куклу, внимательно ее рассматриваю. Вся в рюшах и в милой шляпке в цветочек. Но полных ножках белые туфли на ремешке, на плечи спадают кудрявые темные волосы. Круглые неживые глаза моргают, когда я поворачиваю ее. Качественная работа, и наверняка кукла дорогая, только я из нее давно выросла.
— И что мне с тобой делать? — спрашиваю тихо, — Зачем ты мне?
Снова хлопнув ресницами, кукла молчит. На ощупь и пахнет она приятно.
— Может, отдать Каро?... Она будет счастлива иметь подарок от самого Данилова. Поедешь жить к Каро?
Мне не отвечают. Бросив игрушку на подушку, я сама падаю на кровать и раскидываю руки в стороны. Думаю о Денисе и его подарке. А вдруг он что-то значит?... Почему именно кукла? Мог бы отдариться электронным сертификатом в парфюмерный магазин или подарить коробку конфет.
Но нет, он решил купить именно ее.
Повернув голову, я долго смотрю на нее, а потом, взяв, вытягиваю руки над собой.
А ведь передаривать подарки признак дурного тона — меня родители не так воспитывали. Оставить ее себе?
— Оставить тебя?... — спрашиваю вслух, — Останешься?
Кукла согласно моргает. Я тихонько смеюсь.
— И как тебя зовут? Маша? Даша?...
Перекатившись на живот, я внимательно осматриваю коробку, но на нем имени нет, а это значит, его придется придумать мне.
Я снова смотрю на куклу и усмехаюсь.
— Аграфена Горохова. Как тебе?... Я буду называть тебя Ганей. Прости, но на элегантное имя ты не тянешь. И цвет волос у тебя как у этой... его... Веранды. Поэтому, только так!...
Ганя, кажется, совсем не против. На все согласна, лишь бы остаться со мной. Я выделяю ей место на прикроватной тумбочке и, найдя телефон под подушкой, снова падаю на спину.
В нем несколько сообщений в личку от Леси и парочка — в нашем общем с девочками чате «Queens».
Они собираются вечером в караоке, и я пишу, что иду с ними.
Отец Алины владеет сетью караоке — баров по всей области, и в одним из них мы часто упражняемся в вокале. Сегодняшнюю встречу, даже несмотря на то, что вчера был мой день рождения, мы запланировали уже давно. Артем и его друзья пусть отдыхают, где им нравится, и как хорошо, что мне нет до этого никакого дела.
К семи вечера наш водитель, которого папа иногда обязует возить меня по делам, останавливает машину у заведения с говорящим названием «Мимо нот» и оборачивается ко мне.
— Тебя подождать, Кира?
— Нет! — восклицаю я, отказываясь как обычно, — Мне девятнадцать, вы забыли, Георгий Петрович? Спасибо, но я вернусь на такси.
— Я у твоего отца спрошу...
— Я сама у него спрошу, — перебиваю его, — Езжайте домой, пожалуйста!
Ну, правда. Кто-то из моих друзей считает, что это круто, когда тебя всюду сопровождает личный водитель, а для меня это показатель недоверия родителей к моей взрослости. Круто, когда тебя везет старший брат, по которому сохнут все твои подружки, а не водитель, который встречает тебя, словно ты выходишь не из клуба, а из музыкалки.
В итоге приходится позвонить папе и «отпроситься» у него поехать домой на такси. Он милостиво соглашается, но по тону чувствую, что с неохотой.
— Приветули! — машу девчонкам обеими руками.
В количестве четырех штук они сидят за нашим столом и выбирают коктейли. Взгляды
