Бизнес, любовь и много чего ещё - Одри Роуз
Коул умелый манипулятор и искуситель, но он недооценил меня, посчитав, что я недостаточно умная. Я достаточно искренняя, чтобы говорить с Кларком откровенно, и, если он услышит меня, значит, я победила.
– Знаешь, я наконец-то поняла, почему ты так долго не мог сдвинуться с места – вся твоя жизнь была во власти брата, который безропотно вторгался в нее и разрушал все, что ему хотелось. – Черт, не ожидала от себя, но я говорю так эмоционально, что у меня срываются слезы. Так сильно я хочу донести Кларку, почему он был скован все эти годы и не мог жить. – Как бы ужасно это ни звучало, близкие и родные люди могут быть подонками, от которых нужно бежать. Несмотря на всю любовь к ним и веру в то, что они хорошие люди и больше точно не причинят боли, нужно от них бежать и никогда больше не доверять им. Прости, Кларк, но я произнесу это. Скорее всего, предательство твоей бывшей – дело грязных рук Коула.
Наверное, вот теперь моя миссия действительно завершается. Я указала Кларку на самого подлого человека в его жизни. Теперь у него впереди сложный путь, он должен отдалиться от всех, кто делал очень больно, насколько бы близкими родственниками эти люди ни были.
– А теперь мне, кажется, пора. – Я смотрю на него, слушавшего меня так внимательно, с улыбкой. Мне совсем не хочется уходить, но я просто не знаю, как остаться.
– Синди. – Кларк снова обнимает меня, но уже куда крепче. Он будто тоже не хочет, чтобы я уходила, и словно старается удержать меня. – Синди, пожалуйста, знай, ты самый честный и дорогой человек в моей жизни. Я бы потерял веру в людей, если бы ты переспала с Коулом.
Я нервно смеюсь, а потом резко останавливаюсь. Мне на плечо капают слезы Кларка. Он стискивает меня в объятиях и говорит пронзительно в самое сердце:
– Больше всего на свете я хочу, чтобы у меня была своя настоящая семья. Та, которую я создам сам. Семья, которая будет совершенно непохожа на ту, в которой родился я.
Я могу больше не переживать, ведь Кларк все понял. Он не только услышал все то, что я хотела ему донести, но и смог развить мою мысль. Его идея о создании семьи с таким теплом отозвалась у меня в груди. Кларк точно справится. Буду я в его жизни или нет.
– Синди, я очень не хочу потерять тебя. Пожалуйста, прошу, скажи, почему ты бежишь от меня?
– Я боюсь, что, как только стану любить на полную катушку, меня сразу предадут.
– Синтия О'Гейл, пожалуйста, доверься мне как человеку, которого самого предавали много и долго. Как человеку, который знает наверняка, насколько это больно. Доверься мне, как тому, кто не понаслышке знает, что такое разрыв сердца от боли предательства. Именно поэтому сам я ни за что не стану так поступать с другими. Синди, – его лицо озаряется, – слушай, а у меня идея. Об очередной сделке. Я стану учить тебя принимать от других любовь, тепло и заботу. Все то, от чего ты всегда раньше бежала, не веря, что всего этого достойна.
– А я помогу тебе выстроить жизнь без привязки к родным, которые ранили? – На лету я подхватываю его мысль.
– Синди, пожалуйста, давай попробуем. – Он берет меня за руки. – Я обещаю, что скорее умру, чем предам тебя или сделаю больно.
Сейчас, когда я вижу Кларка таким откровенным и честным, когда в глазах у него все еще стоят слезы, я наконец-то осознаю, что он тоже рискует. Он ведь тоже боится предательства. Он тоже окажется уничтоженным, сделай я ему больно.
До меня наконец доходит, что, раз чувства появились у нас обоих, такую хрупкую вещь, как доверие, мы оба вверяем друг другу. И так как рискуем мы оба, мне становится проще довериться и открыться чувствам. Я позволю себе любить Кларка. На полную катушку. Ведь он, как и я, делает это по-настоящему. Рискуя. Он тоже открывает мне свое самое сокровенное, несмотря на риск быть уничтоженным.
Кларк садится на кровать, а я так и остаюсь стоять у двери.
– Синди, я спрошу прямо. Ты бежала от меня не потому, что была не уверена в своих чувствах?
– Нет, потому что не хотела быть брошенкой. Поэтому и бежала от тебя первой.
– То есть ты, вероятно, подумала, что я в тебе как в женщине не слишком заинтересован, да? Подумала, что мне с тобой было интересно только лишь переспать?
Я молчу, потому что мне неловко ответить «да».
– Синди, ты знала, что твои бывшие – идиоты?
– Знала.
– И, вероятно, ты успела сделать вывод, что все мужчины такие, да?
– Ага.
Он поднимается, хватает меня за талию и притягивает к себе на кровать. Нет, Кларк не целует меня и не трогает, он просто лежит рядом на спине и смотрит в потолок.
– Мы с тобой так и не нашли ответа еще на один вопрос.
У меня сжимается нутро. О чем он вообще? Какой еще вопрос?
– Какого черта тебе настолько плевать на себя? – Он переводит взгляд на меня и говорит прямо в лицо: – Ты так долго говорила мне про то, как важно отлавливать свои желания и следовать им, чтобы быть живым человеком, но сама-то… Сама ты, Синди, разве не бежишь от своих же желаний? Все это время ты не особо заботилась о себе, потому что не верила в то, что имеешь на это права. Как и не верила в то, что кто-то будет с тобой добр просто так.
– Я кажусь легкомысленнее, чем я есть. На самом же деле я ужасно боюсь проблем, которые мне придется
