Дотянуться до легенды#2 - lanpirot
— Шагай за мной, босота, — произнёс уголовник и, подняв лампу повыше, принялся спускаться по скрипучим деревянным ступеням куда-то вглубь полуподвального помещения.
Воздух здесь был густым от махорочного дыма и запаха немытых тел. В тусклом свете керосинки и маленьких зарешеченных окошек под потолком, в которые едва-едва попадал солнечный свет, я разглядел что-то типа нескольких стульев и стол, сколоченные из разбитых ящиков.
— Тут у них на вассере[1] человечек сидит, — произнёс Айболит, увидев мой заинтересованный взгляд, — сегодня это Заноза. — Нам дальше топать.
— Вот и топайте, пока при памяти, — произнёс неприметный уголовник со взглядом настоящего убийцы, плюхнувшись на самопальное деревянное седалище. — А я покемарю. — И он закрыл глаза.
— Фонарь позаимствую, — прогудел Айболит, забрав поставленную на стол лампу. — А то в ваших катакомбах запросто в темноте себе ноги переломать можно.
— Бери, — отмахнулся от него Заноза, закинув ноги на стол и надвинув кепку на самые глаза.
— Давай за мной, Пушкарь, только под ноги гляди –тут сам черт их легко переломает.
Мы пошли по каким-то подвалам, забитым мусором и хламом, и они мне показались настоящими лабиринтами — идеальным местом для подпольной базы диверсантов. Если не знать, куда точно надо идти, плутать в этих старых подземельях можно было долго.
Наконец мы вынырнули в каком-то заброшенном цехе, набитом ржавыми железными бочками и большими дубильными чанами. Окна были частично забиты досками, открытыми оставалось лишь несколько, под самым потолком. Именно из них пробивался внутрь солнечный свет.
На сколоченных из досок нарах валялись замызганные матрацы, на импровизированном столе из бочек и тех же досок стояли вскрытые банки консервов, початая бутыль самогона и раскрошенный батон зачерствевшего хлеба.
Атмосфера на этом лежбище диверсантов фонила стойким портяночным духом, смешанным с оружейной смазкой и едким запахом дешёвого табака.
Кто-то спал на нарах, укрывшись с головой шинелью, кто-то лениво курил, выпуская в воздух сизые струйки дыма, а кто-то тупо рубился в карты.
— О, неужели херр Доктор пожаловали! — лениво протянул один из лежавших, приподнимаясь на локте, едва нас завидев. Это был крепкий мужик лет тридцати пяти, с бритой головой. Лицо — грубое, с тяжелым и выдающимся вперед квадратным подбородком, словно его рубили одним топором, да и то, весьма небрежно. На нём была мятая засаленная гимнастёрка без знаков различия. — Чё скажешь, Айболит, долго мы еще в этом подвале отсиживаться будем? Где обещанная свобода, почёт и уважение? Ась?
— Не мороси, Корявый! — рыкнул Айболит, показывая, кто здесь на самом деле пахан. — За этим и пришел. Пора дело делать, бродяги, а не штаны на жопе протирать!
— Замётано, Айболит, — Корявый лениво скользнул по мне взглядом, потом усмехнулся, показав золотой зуб:
— А тебя, фраерок, я узнал? К тебе вопросов нет — перед краснопёрыми не сломался, даже под пулей. Гляжу, и тебя Барон после этой проверки к делу приставил.
— Это Пушкарь, — представил меня «братве» Айболит, — он теперь с нами.
Я кивнул, узнав одного из липовых энкавэдешников, устроивших мне проверку в Подоле вместе с Профессором и Айболитом, и прошёл дальше, стараясь не пропустить взглядом ни одной детали. Цех оказался гораздо больше, чем показалось сначала.
За перегородкой, сколоченной наспех из ржавых железных листов, начиналось уже настоящее «хозяйство». Можно сказать, полноценный боевой арсенал. Причём, хорошо оборудованный и грамотно организованный. И готовый к применению в любой момент.
У дальней стены, в самопальной стойке, были выстроены в аккуратную линейку винтовки. Я насчитал двенадцать трёхлинеек — старых, добрых «мосинок» образца тридцатого года, с характерными длинными ложами и штыками.
Рядом, в отдельном ящике, лежали самозарядные винтовки СВТ-38 — штук шесть, в другом ящике, поменьше, лежали пистолеты-пулемёты Дегтярёва — четыре штуки. Про обычные пистолеты «ТТ» я вообще молчу — этого добра тут хватало.
Дальше, на стеллажах, сколоченных из толстых досок, аккуратными рядами были разложены патронные коробки. Я бегло прикинул на глаз — до хрена, этим можно было вооружить как минимум целую стрелковую роту, да еще и на «рассаду» останется. Рядом стояли ящики с гранатами: чугунные «лимонки» Ф-1 и РГД-33 на деревянных ручках. Было и еще что-то, но этого я уже не разглядел. Еще я увидел пару устаревших «Максимов» на тяжелой станине, и целых три ДП-27.
— Неплохо у вас тут, — не удержался я, удивленно качнув головой.
Корявый, который отчего-то пошёл следом за нами, криво ухмыльнулся:
— А мы старались, Пушкарь. Всё ждали этого момента, когда можно будет краснопурым пёрышки-то пообщипать.
Я прошел дальше, свернув за угол. И вот тут у меня и правда перехватило дыхание. Потому что там была взрывчатка. Много взрывчатки. Очень много. Толовые шашки, завёрнутые в вощёную бумагу, лежали аккуратными стопками и штабелями.
Тут же в ящике лежали и детонаторы. Рядом — катушки бикфордова шнура, мотки медной проволоки, коробки с электровоспламенителями. Я такие только в музеях видел, в своём времени. Немного в стороне от всего этого «богатства», лежали противотанковые мины. Советские, ТМ-35 — тяжёлые, квадратные.
— Ого, — наконец-то выдохнул я. — Это вы как успели столько запасти?
Айболит довольно хмыкнул:
— Не зря нас Абвер два года кормил.
— Но откуда столько?
— Часть — с армейских складов стащили, ещё до войны, — пояснил Корявый. — Нечистых на руку кладовщиков и интендантов на крючок цепляли — мама не горюй. Помнишь, Доктор, того любителя в картишки перекинуться? Так вот он нам большую часть взрывчатки в счет долга и отдал.
— Ну, а мы его потом напоили, а он, бедолага, в глубокой сточной канаве и утоп, — состряпав жалостливую физиономию, добавил Доктор.
— Ага, прямо как по заказу.
И уголовники вместе весело заржали.
В соседнем помещении, я увидел ещё один склад, подобный складу на чердаке базы, где мы обитали, с формой РККА и НКВД, только куда насыщеннее. Здесь была не только летняя форма, но и зимняя тоже. Больше я ничего путного не заметил и вернулся назад.
— Пойдем, Пушкарь, — хлопнул меня по плечу Доктор, — покажу тебе наш штаб, и познакомлю с теми, кто здесь еще обитает. Он потащил меня в другой угол цеха, к маленькой дверке, которую я сразу и не приметил. За ней действительно располагался самый настоящий штаб диверсантов.
Помещение было небольшим, метров пять на пять. В отличие от воняющего портянками и загаженного
