Жизнь есть сон - Педро Кальдерон де ла Барка
Тогда, во что бы то ни стало,
Казаться будет жизнь моя
Твоим подарком.
Клотальдо
Меч блестящий,
Который ты мне дал, возьми.
Довольно этого меча:
Он, обагренный вражьей кровью,
Отмстит, я знаю, за обиду.
Он был в моих руках однажды,
Ведь я держал его в руках,
Хотя не очень долго, – он
Отмстить сумеет за тебя.
Pозaypa
Я снова опояшусь им,
И именем твоим клянусь,
Что буду мстить, хотя мой враг
Сильней меня.
Клотальдо
А он сильней?
Pозауpа
Он так силен, что я не смею
Его назвать перед тобою;
Не потому, чтобы боялся
Тебе открыть такую тайну;
О нет! Боюсь, что ты меня
Тогда лишишь своей защиты.
Клотальдо
Напротив, помощь от меня,
Назвав его, скорей получишь.
Когда его ты мне укажешь,
Я буду знать, что он твой враг.
(В сторону.)
О если бы узнать, кто он?
Розауpа
Ценя доверие твое,
Я за него плачу доверьем.
Противник мой и оскорбитель
Был сам Астольф, Московский князь.
Клотальдо (в сторону)
Я поражен его словами!
Мое страдание тяжеле,
Чем думал я до этих пор.
Но выясним получше дело.
(Розауре)
Ты по рожденью москвитянин,
И твой природный государь
Едва ли мог тебя обидеть.
Ступай назад в свою отчизну
И буйный свой сдержи порыв:
К безумству он тебя ведет.
Розауpа
Он государь, я это знаю,
Но мог меня он оскорбить.
Клотальдо
Не мог, когда бы даже в гневе
Тебя ударил по лицу {28}.
Розауpа
Была моя обида больше.
Клотальдо
Открой мне все, не утаи;
Ведь то, что я воображаю,
Наверно более того,
Что приключилось в самом деле.
Розауpа
Сказал бы я, но, ах! не знаю,
С каким глубоким уваженьем
Я на тебя смотрю! Какое
В груди моей зажглося чувство!
Как я люблю тебя и чту {29}!
С трудом промолвить я могу,
Что эта верхняя одежда —
Загадка, и тому, кто носит
Ее, она едва ль подходит.
Прошу, подумай хорошенько:
Ведь я не то, чем я кажусь,
Кальдерон де ла Барка И в этом случае возможно, Что брак Астольфа и Эстреллы Обида горькая и мне. Я все тебе сказала ясно. (Розаура уходит, за нею и Кларин.)
Клотальдо
Послушай, подожди, останься!
Какой возник здесь лабиринт,
В котором разум не находит
Своей руководящей нити!
Жестоко честь моя задета;
Могуч, силен мой оскорбитель,
Вассал – я, женщина – она;
Укажет небо пусть дорогу!
Хотя удастся ли, не знаю,
Когда в сей пропасти глубокой
Одна таинственность – все небо,
И чудо дивное – весь мир!
1. Обращение к коню вполне в духе того «изящного стиля» (estilo culto), который с легкой руки поэта Луиса Гонгоры (Luis de Gongora, 1561–1627) привился довольно крепко к испанской литературе; неестественные сравнения, напыщенные уподобления и происходящая отсюда
неясность составляют главный признак этого явления, имеющего свои параллели почти во всех литературах XVII в. Очень многие из драм Кальдерона, и между ними «Жизнь есть сон», несвободны от этого стилистического недостатка. См. ниже, действие III, сц. 9-я, новое описание коня Розауры, которое автор влагает в уста Кларина.
2. (…оставлять в гостинице» (dejar en posada) – картинное выражение, смысл которого «покидать»; Кларин этими словами, а также и следующими указывает Розауре, что и он, страдая одинаково с нею, имеет такое же право жаловаться, как и она.
3. Название страдающего, истомленного человека «живым трупом и скелетом» у Кальдерона довольно обычно; ср. ниже, д. III, сц. 6-я, где каждый солдат назван лишь живым скелетом.
4. Т. е. изящное, правильное обращение известно мне только из
