Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец
Смех снова раздался за спиной. Грело спускался, не торопясь и не оглядываясь, пока площадка не скрылась из виду. Только внизу, где коридор был пуст, он вынул руку из рукава и посмотрел на ладонь. На коже остались четыре красных следа, один ноготь всё-таки прорезал её. Грело стёр выступившую кровь большим пальцем и несколько раз медленно согнул руку, пока напряжение не ушло из пальцев.
Больше всего раздражал даже не Вильере. К подобным людям он давно привык. Раздражало то, что желание вернуться наверх всё ещё никуда не исчезло. Было бы проще один раз объяснить маркизу, кому именно он бросает подобные слова, однако тогда Вильере запомнил бы совсем другого человека. Грело этого себе позволить не мог.
Из бокового коридора послышались шаги. Он успел опустить руку, поправить колпак и снова принять привычно беспечный вид до того, как из-за угла появились двое гвардейцев. Старший узнал его и усмехнулся.
— Уже выгнали? — спросил он, придерживая перевязь, чтобы ножны не били по ноге при ходьбе. Молодой солдат рядом посмотрел на Грело с тем же выражением, с каким люди обычно ждали очередной глупости.
— Хуже. Отпустили добровольно, — Грело остановился перед младшим и неожиданно оглядел его пояс. — Хлеб есть?
Солдат растерялся и машинально похлопал ладонью по сумке.
— Нет.
— Плохая подготовка. А если король проголодается ночью?
Старший рассмеялся и толкнул товарища локтем.
— У короля есть кухня.
— Разумно, — Грело серьёзно кивнул. — Теперь понимаю, почему Анри держит вас обоих.
Он пошёл дальше, а гвардейцы продолжили свой обход. Когда их шаги стихли, Грело действительно свернул к кухонному крылу. После нескольких часов на приёме он успел съесть больше винограда, чем нормальной еды, а впереди ещё оставался путь через половину дворца.
На кухне работали почти в полсилы. В печах ещё тлели угли, несколько помощников складывали посуду, двое лакеев разбирали серебро, а пожилая Жанна стояла у длинного стола и считала блюда. Она увидела Грело в дверях и ещё до того, как тот открыл рот, подняла деревянную ложку.
— Нет, — объявила она и снова повернулась к посуде.
Грело остановился на пороге и посмотрел за спину.
— Ты кому?
— Тебе.
— Но я ничего не просил.
— Поэтому решила сэкономить нам обоим время, — Жанна передвинула стопку тарелок и заметила, что Грело уже смотрит на блюдо с холодной телятиной. — Даже не думай.
Он подошёл ближе и вытянул шею, рассматривая мясо через её плечо.
— Я только хотел убедиться, что оно не испортилось.
— Оно испортится у тебя внутри, если полезешь руками.
Грело всё-таки протянул пальцы, и деревянная ложка тут же ударила по костяшкам. Он отдёрнул руку и посмотрел на Жанну с таким возмущением, что один из помощников повара рассмеялся.
— Ты только что ударила человека короля.
— Я ударила человека, который третий раз за неделю таскает еду с моей кухни, — Жанна достала деревянную тарелку, положила на неё телятину, хлеб и кусок сыра и толкнула к нему. — Садись и ешь, раз всё равно не уйдёшь.
— Я всегда говорил, что в глубине души ты добрая женщина.
— Ещё слово — и заберу мясо.
Грело сразу сел на край лавки и занялся едой. Несколько минут спустя кухня снова жила своими делами. Для людей здесь он был привычным посетителем, который мог спорить из-за пирога, воровать сыр и надоедать поварам, поэтому присутствие королевского шута быстро переставало казаться чем-то заслуживающим внимания.
Двое лакеев у дальнего конца стола обсуждали сегодняшний приём. Один протирал серебряный кубок и время от времени смотрел его на свет, второй раскладывал столовые ножи по деревянному ящику.
— Монревель сегодня чуть его не ударил, — произнёс первый и кивнул в сторону Грело.
Второй лакей посмотрел на шута.
— Правда?
Грело поднял голову от тарелки.
— Хотел, но я заметил заранее. У него лицо становится очень глупым перед важным решением.
Оба засмеялись, и Грело снова занялся мясом. Через несколько секунд лакеи продолжили разговор уже между собой.
— Всё равно странно, как быстро у графа появились деньги. На прошлой неделе его управляющий занимал у людей конюшего.
— Может, выиграл.
— Монревель? Он за карточным столом теряет больше, чем выигрывает.
Жанна, проходившая мимо с подносом, вмешалась:
— Может, наследство получил.
— У него вся родня жива.
— Значит, кому-то из них пора начинать беспокоиться, — кухарка поставила поднос на полку и вернулась к столу.
Лакеи засмеялись. Грело тоже улыбнулся, не переставая есть.
— Говорят, ему Бонне помог, — добавил первый лакей немного тише. Он оглянулся к двери, но на шута даже не посмотрел.
Жанна фыркнула.
— Бонне никому не помогает. Он деньги вкладывает. Если дал человеку десять, значит, уже знает, где заберёт двадцать.
Грело поднял кубок с водой в её сторону.
— Если Оноре завтра умрёт, предложу Анри поставить тебя на казну.
Жанна прищурилась.
— Первым делом перестану кормить тебя бесплатно.
Грело поставил кубок обратно.
— Беру предложение назад. Ты не понимаешь государственных нужд.
Кухонная тряпка полетела ему прямо в голову. Он поймал её одной рукой и положил рядом с тарелкой, вызвав ещё один смех у помощников. После этого разговор быстро ушёл в сторону: обсуждали английского посланника, платье одной из фрейлин и какого-то секретаря, заснувшего возле винного погреба.
Грело не пытался вернуть их к Монревелю. За один вечер имя Бонне прозвучало в связи с графом уже несколько раз, причём от людей, которые не могли заранее договориться между собой. Этого хватало, чтобы завтра заняться вопросом внимательнее. Сейчас любое дополнительное любопытство выглядело бы именно любопытством, а шуту лучше было казаться любопытным к чужим любовницам и тарелкам, а не к передвижению денег.
Он закончил есть и взял оставшийся сыр. Жанна увидела это прежде, чем тот успел спрятать добычу.
— Оставь.
— Возьму на случай осады, — Грело завернул сыр в салфетку и сунул за пазуху. — Никогда не знаешь, когда перекроют пути снабжения.
— Если враг доберётся до дворца, бросишь в него.
Грело через ткань оценил вес куска и согласно кивнул.
— Хороший совет. Тяжёлый.
Жанна снова потянулась за ложкой, но он успел схватить колпак и выйти из кухни. За спиной послышался смех, и Грело невольно улыбнулся уже без всякой необходимости изображать веселье.
Дальше коридоры становились тише. Он прошёл внутреннюю галерею, поднялся по узкой лестнице в жилое крыло и почти дошёл до своих комнат, когда впереди заметил двух молодых дворян. Они стояли возле закрытой двери и разговаривали вполголоса. Один увидел Грело
