Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец
— Сэр Эдмунд действительно интересуется нашими кораблями, государь. Но разговор начался не вчера и не по его инициативе, — Матье говорил спокойно, время от времени поглядывая в короткую записку перед собой. — Английская сторона ещё три недели назад предложила оплачивать часть расходов на сопровождение торговых судов по северному маршруту. Адмирал сообщил об этом моим людям почти сразу.
Шантре кивнул и провёл пальцем по краю стола.
— Уолсингем хотел знать, сколько кораблей мы сможем вывести до осени. Никаких других предложений он мне не делал, — адмирал бросил короткий взгляд на Грело, который как раз с невинным видом откусывал очередной кусок груши.
Анри тоже посмотрел на шута.
— Что скажешь, Грело?
В комнате на мгновение стало тише. Морне слегка повернул голову, адмирал нахмурился ещё сильнее. Со стороны вопрос государя выглядел именно так, как должен был выглядеть: король по привычке решил развлечься мнением собственного шута посреди серьёзного разговора.
Грело задумчиво посмотрел на Шантре.
— Скажу, что сэр Эдмунд любит наши корабли значительно больше, чем французские вина. На вино вчера он смотрел без расчёта, а на адмирала — каждый раз, когда речь заходила о море, — он доел грушу и попытался попасть огрызком в пустую чашу на столе. Промахнулся, огрызок прокатился между бумагами Морне, и первый министр молча подвинул чашу ближе.
Шантре фыркнул.
— Это всё?
— Нет. Ещё у вас ужасный портной, но, полагаю, к государственной безопасности это отношения не имеет.
Анри опустил глаза к бумагам, скрывая улыбку. Леклер же на короткое мгновение встретился взглядом с Грело и почти незаметно кивнул. Он услышал в ответе именно то, что требовалось; остальные получили обычную шутку.
— Значит, на Уолсингема пока время не тратим, — Анри перевёл взгляд на адмирала. — Если условия сопровождения изменятся или появится предложение, о котором вы не докладывали, я хочу знать раньше, чем английский посол успеет выйти из вашей комнаты.
Шантре спокойно подтвердил приказ. Морне тем временем раскрыл другую папку и положил перед королём лист с несколькими цифрами.
— Тогда у нас остаётся вопрос, который уже стоит казне денег. Вчера мы решили направить дополнительное зерно в Лоренн и две соседние области. Объявить решение должны были завтра после полудня, — первый министр говорил ровно, но по тому, как он придерживал документ двумя пальцами, было заметно раздражение. — Сегодня ещё до открытия большинства рынков три торговых дома начали скупать зерно в столице и окрестностях.
Анри откинулся на спинку кресла.
— Цена уже поднялась почти на десятую часть. Если закупки продолжатся ещё день, казна будет приобретать собственное зерно дороже из-за решения, которое сама ещё не объявила, — король провёл пальцем по строке и посмотрел на Морне. — Кто знал?
— Мы с вами, Бонне, два секретаря малого совета и трое чиновников, готовивших распоряжение, — Морне отсчитал людей на пальцах и положил ладонь на стол. — Кроме того, о направлении зерна должен был знать Леклер, поскольку часть обозов потребует охраны.
Матье кивнул.
— Мои люди получили сведения только ночью. До этого никто из них не имел доступа к решению, — он перевёл взгляд на короля. — Я уже начал проверять секретарей и канцелярских чиновников.
Грело молчал. Он ковырял ногтем маленькую трещину на деревянной раме окна и выглядел настолько незаинтересованным, что Шантре вскоре вообще перестал поглядывать в его сторону.
Анри, однако, снова обратился именно к нему.
— А ты чего притих?
Грело поднял голову.
— Наслаждаюсь редким зрелищем. Семь взрослых людей знали секрет, а виноваты пока бумаги.
Морне усмехнулся, хотя едва ли нашёл замечание особенно смешным.
— Возможно, ты предложишь допросить бумаги лично?
— Нет. Они слишком хорошо умеют молчать, — Грело почесал висок краем колпака и посмотрел на короля. — Я бы начал с людей. Люди обычно хуже.
Анри некоторое время держал его взгляд, потом вернулся к Леклеру.
— Проверь всех, кто имел доступ к решению. Без арестов, пока не будет причины. Мне не нужен скандал в канцелярии только потому, что один торговец оказался удачливее других.
Леклер наклонил голову. Совет продолжился, и Грело больше не вмешивался без приглашения. Обсудили состояние восточной дороги, задержку жалованья двум гарнизонам и жалобу духовенства Сен-Люка на сборщика налогов, который за один месяц умудрился поссориться с аббатом, городским советом и собственными стражниками. Грело дважды позволил себе замечания, когда Анри сам обращался к нему, а остальное время сидел у окна, ел вторую грушу и изредка смотрел на присутствующих так, будто действительно едва следил за разговором.
Когда бумаги закончились, Анри поднялся. Адмирал первым собрал документы и направился к двери; Морне задержался, чтобы уточнить время вечернего доклада, после чего последовал за ним. Секретарь, записывавший решения, тоже вышел и аккуратно прикрыл за собой створку.
Леклер остался.
Грело всё ещё сидел на подоконнике. Он дождался, пока шаги в коридоре удалятся, затем снял колпак и положил рядом. Анри подошёл к двери, проверил, плотно ли она закрыта, и только после этого вернулся к столу.
— Теперь без груш и адмирала, — король сел и кивнул Грело. — Что ты действительно увидел вчера?
Гаспар спрыгнул с подоконника. Он не стал садиться, а подошёл к столу и опёрся ладонью о край карты, лежавшей среди бумаг.
— По Уолсингему Матье, скорее всего, прав. Он следил за Шантре, когда речь заходила о море, но не пытался скрыть интерес. Если бы они договаривались о чём-то другом, посол должен быть либо очень глупым, либо очень уверенным в себе, — Гаспар повернул голову к Леклеру. — На первое он пока не похож.
— На второе вполне, — Матье взял стул и сел напротив. Теперь его голос изменился: исчезла сухая официальность, с которой он докладывал при адмирале. — Я проверю его людей ещё раз, но пока там ничего нет.
Анри кивнул.
— Монревель?
Гаспар посмотрел на короля.
— Вот там что-то есть, но я пока не знаю что. Вчера он слишком быстро отреагировал на имя Бонне, а ночью я дважды услышал одно и то же от людей, которые никак между собой не связаны, — он рассказал о разговоре в западном переходе и о слухах на кухне, не пытаясь приукрашивать услышанное. — Кто-то из казначейских канцелярий уверен, что люди Монревеля получили крупную сумму, которой нет в обычных реестрах.
Леклер провёл большим пальцем по подбородку.
— И ты опять шлялся по кухням после полуночи?
— Там кормят лучше, чем у твоих осведомителей, — Гаспар посмотрел на него с лёгкой усмешкой. — И разговаривают значительно охотнее.
— У меня есть люди для подобных вещей.
— Именно поэтому при появлении твоих людей все вспоминают, что
