Холмс. Гарольд Холмс - Miledit
В магии, как выяснил Холмс, существовал определенный языковой слой, который не менялся. Слова-активаторы, слова-печати. Они использовались для заклинаний высшего порядка, для управления древними артефактами, для взаимодействия с лей-линиями. И звучали они на языке Изначального мира. Эту информацию в книгах можно было не искать — там ее попросту не было.
Основатели Хогвартса знали этот язык. Они выбили ключевые слова-печати на краеугольном камне замка — чтобы магия лей-линий всегда питала школу. И оставили предостережение: «Не будите спящего дракона». Не трогайте камень.
Агент, судя по всему, изучала древние тексты. Но она попала в лингвистическую ловушку. Одно и то же слово могло означать и «камень», и «узел», и «сердце», и «источник». Она искала физический артефакт — «сердце замка», кристалл или амулет, который можно вынуть и использовать. Но на самом деле «ключом» была не вещь, а алгоритм. Способ обхода защиты. Последовательность действий, записанная в том самом краеугольном камне. Только поняв это — возможно, с помощью Мориарти, — агент смогла двинуться дальше.
Как бы то ни было, к Хэллоуину у нее было все готово: составлена карта лей-линий, вычислен узел (который, как выяснилось, находился за пределами замка — в Запретном лесу), и она знала, где расположен краеугольный камень — в этом не было особого секрета. Оставалось последнее: спуститься к камню и «разбудить дракона» — то есть считать с него лингвистический ключ, активирующий доступ к узлу. На этом миссию можно было бы счесть оконченной и спокойно покинуть Хогвартс. Агент рассчитала все: пир отвлечет внимание студентов и большей части преподавателей, призраки заняты своей вечеринкой, коридоры пусты. Идеальный момент.
Перед тем, как отправиться к камню, женщина зашла в Запретный коридор. Не за философским камнем — его там никогда и не было, это была ловушка Дамблдора для «Тома». А за тем, чтобы оставить «привет». Мориарти, черт бы его побрал, любил театральность.
Картину агент оставила, а вот на обратном пути ей совсем некстати встретилась Грейнджер.
Гермиона Грейнджер была расстроена. Она поссорилась с Роном Уизли, расплакалась и убежала в женский туалет. А потом, видимо, решила, что сидеть в туалете и плакать — это бесперспективно, и отправилась бродить по замку. Слоняться по коридорам, когда все остальные в Большом зале, — плохая идея. Но Гермиона Грейнджер была гриффиндоркой. Она не думала о плохих идеях. Впрочем, гриффиндоркой она тоже была очень необычной, поэтому она думала и о правилах.
А правила гласили, что в коридоре на третьем этаже находиться запрещено. И Грейнджер, заметив «Салли-Энн Перкс», идущую оттуда, сделала единственное, что умела делать лучше всего: начала читать нотации и, вполне возможно, грозилась вызвать профессоров. Это было совсем нежелательное развитие событий, учитывая тот факт, что агент спешила. Вероятно, «Салли-Энн» хотела воспользоваться магией и наложить на девочку Обливиэйт или что-то подобное, но вмешался его величество Случай. На этот раз несчастный.
Хогвартские лестницы никогда не отличались предсказуемостью. Они двигались сами по себе и часто меняли направление. В тот момент, когда агент применила заклинание, лестница, на которой они стояли, дернулась. Гермиона, которая и так потеряла концентрацию, оступилась. И упала.
Вниз, с высоты нескольких десятков футов, на каменные плиты. Удар был фатальным, а смерть — мгновенной. Это было совершенно не то, чего хотела добиться женщина! Мало того, что Джим ее за это по головке не погладит, — подставилась! — так еще и если труп обнаружат, то начнется расследование. А ведь агент еще не завершила свою миссию! И «Перкс» решила быстренько припрятать труп девчонки — кабинка женского туалета вполне сгодится! Тем более, что этот самый туалет теперь оказался поблизости.
И тут — как по заказу — в замке объявили тревогу. Тролль. Кто-то запустил тролля в подземелья, и агент увидела в этом возможность. Ведь тело Грейнджер вскоре нашли бы и начали расследование. А вдруг женщина к тому моменту еще не успела бы завершить миссию? Прятать так, чтобы и тела не обнаружили? Возможно, конечно, но тогда будут искать живую девчонку, которая неизвестно куда делась! Что так нехорошо, что эдак неладно. А тут — тролль. Вот агент и решила воспользоваться случаем и инсценировать, что именно он Грейнджер и пришиб. Теперь убийцу искать не нужно — вот он стоит, огромный, с дубиной. Кстати, и травмы от падения с высоты объясняются: тролль напал. Ну а то, что травм крайне мало и тело слишком целое как для той, что столкнулась с троллем — ну так это девчонке повезло. Условно, конечно.
«Перкс» подчинила монстра — вероятно, при помощи Империо; оно, в отличие от многих других заклинаний действительно действует на троллей, жаль только, что непростительное, — и направила к туалету. Тролль, тупой и огромный, не понял, что происходит. Он просто пошел туда, куда ему велели.
Инсценировав убийство, агент ушла по своим делам, кои, вероятно, благополучно и завершила. Дело о смерти Грейнджер — раскрыто. Дело о пропаже настоящей Перкс — тоже. Оставалось только отыскать девочку, которая пока еще жива. Но это уже детали.
* * *
Завершив свой рассказ, Гарольд посмотрел на притихших Энтони Голдстейна и Сью Ли.
— Вы чего такие напуганные?
— Я правильно понимаю, — медленно начал Голдстейн, — что этот твой преступник-Мориарти таки получил себе магию и возможность колдовать в маггловском мире?
— Скорее всего — да, — подтвердил Холмс. — Но это не точно. И «колдовать» — это сильно сказано. Хотя, конечно, бед натворить может. Но он и так их творил. А на каникулах я Майкрофту в любом случае все расскажу, чтобы был в курсе и знал, чего ожидать.
— А что будет с Хогвартсом? — уточнила Сью. — Он останется без магии, раз Мориарти перетянул на себя лей-линии?
— Да ничего с Хогвартсом не будет, — фыркнул Гарольд. — Как стоял, так и будет стоять дальше. Разве что не так долго, как мог бы. Лей-линии никуда не перетягивали — это невозможно. Джим просто подключился к узлу и будет усиленно выкачивать из него магию. Замок от узла никто не отключал. Разве что агент разбила краеугольный камень, что вряд ли. Это мы бы все сразу заметили!
— Ладно, хорошо, — все еще немного заторможено, но все же облегченно сказал Голдстейн. — А настоящая Перкс-то где? Мы ее искать будем?
— А чего ее искать? Она там же, где и краеугольный камень. Подождем немного, что предпримет директор Дамблдор. Не хочу ему дорогу переходить. Если в ближайшее время он за Салли-Энн не отправится, то сходим сами.
Глава 24.
