Чубчик кучерявый - Анатолий Федорович Дроздов
«А почему давно?» — спросил Сергей, не удержавшись.
«В последние годы жизни я ослеп на оба глаза. Возраст… Людей, как тени различал, а чтоб рассвет увидеть… Цени эти мгновения, Сергей! Земля наша красивая невероятно, но в обычной жизни мы обычно над этим не задумываемся, проходим мимо. Потом жалеем об упущенных возможностях».
«Запомню, — пообещал Сергей. — Дядя Жора, ты можешь рассказать о тварях? Об их повадках и как с монстрами бороться?»
«Поищу, — сказал невидимый собеседник. — Только учти: всю информацию я получаю от умерших — солдат и милиционеров, загрызенных тварями. А они не очень-то отличились, воюя с ними».
«Ты говорил, что в ноосфере не существует времени, и там находятся души умерших и в далеком будущем. Среди них должны быть те, кто здесь сражался с монстрами успешно».
«В корень смотришь, — ответил дядя Жора. — Но ты забыл, что после взрыва над Землей реактора инопланетян история стала меняться. Тут, в ноосфере, никто не знает толком, что будет дальше. Часть разумов исчезла или перестала отвечать на обращения — бардак, короче. Не обижайся, чем смогу, тем помогу».
«Я не обижаюсь. Спасибо и на этом».
Тем временем «шишига» подкатила к школе и въехала в раскрытые ворота. Остановилась. Водитель, выйдя из кабины, откинул задний борт.
— К машине! — приказал им взводный.
Наряд посыпался на землю. Сергей, встав у машины, увидел странную картину: перед крыльцом стоял разреженный строй солдат без кителей, в одних лишь майках выше пояса. Короче, форма номер два. Они вздымали руки вверх, нагибались, доставая пальцами носки сапог, а после приседали, выкидывая руки перед собой. Перед строем, внимательно наблюдая за приседающими «партизанами», ходил Рабецкий.
— Что за хрень? — спросил Фанфурик изумленно.
— Рабецкий вывел роту на зарядку, — ответил взводный.
— В карантинной зоне? Где летают твари? — вслед за Валерой изумился и Сергей. — И без одежды? Нет, точно конченный дебил.
Взводный покосился на него, но промолчал. А в следующий миг в голове Сергея буквально взвыл голос дяди Жоры:
«Опасность! В кронах деревьев, растущих у забора — твари! Там стая воронов!»
Сергей бросил взгляд на угол школьного двора напротив входа в здание, где росло пять старых лип, и разглядел в их кронах точки. Внезапно они взмыли в воздух.
— Мать вашу!..
Сергей сорвал ружье с плеча и, на ходу перезаряжая «Мосберг», помчался к строю.
— Лежать! — крикнул солдатам, подбегая. — Всем! Быстро! Рожей — в землю!
Солдаты поначалу растерялись, но разглядев бегущего к ним сослуживца с ружьем наперевес, повалились на лужайку.
— Скворцов? Ты что тут делаешь, и как посмел прервать занятия? — возмутился Рабецкий, но Сергей в ответ лишь процедил сквозь зубы:
— Заткнись, придурок!
Встав с краю залегшего строя, он вскинул «Мосберг». Стая воронов тем временем подлетела близко и с хриплым воплем спикировала на добычу.
Бах! Бах! Бах! Бах!..
У него как будто отключились чувства. Сергей стрелял сосредоточенно, выцеливая тварей хладнокровно, и не промахивался — вороны, получив заряд картечи, летели вниз бесформенными тушками. Но уцелевшие не улетали. Патроны кончились быстрей, чем твари. Ругнувшись, Сергей стал лихорадочно вытаскивать из патронташа снаряженные и заталкивать их снизу в магазин. Он видел, что опаздывает, и стая подлетит к нему быстрее, чем он успеет выстрелить, и приготовился бить воронов прикладом. И в этот миг чуть позади зарокотал «калашников». Оглянувшись, Сергей увидел Валеру с автоматом. Тот бил длинными очередями и тоже попадал — твари, вопя, летели вниз. Магазин Валера высадил в секунды, но к тому времени Сергей пополнил свой и расстрелял двух уцелевших воронов почти в упор — от тех только ошметки полетели.
На лужайке перед школой наступила тишина. Сергей с Валерой, заменившим магазин, пошли вперед, разглядывая сбитых тварей. Нашли подранка: ворон с отстреленным крылом, когда они приблизились, встал на лапы и грозно зашипел, раскрыв клюв с мелкими зубами. Сергей поднял ружье.
— Не трать патроны!
Валера пнул подранка сапогом, а после того, как тот упал на землю, наступил на шею ворона каблуком и резко надавил, крутнув им. Под подошвой хрустнуло, убрав сапог, Валера удовлетворенно глянул на упокоившуюся тварь.
— Пипец котенку! — усмехнулся, затем окинул взглядом поле битвы. — А мы неплохо постреляли, — сказал приятелю. — Рублей на двести.
Сергей же глянул на Рабецкого и рассмотрел в его глазах лютую ненависть. Все ясно: старший лейтенант услышал, как он назвал его придурком…
[1] Люля — здесь колыбель.
Глава 5
5. Разборки в маленьком Шанхае
Дальше были шум и суета. Едва солдаты стали подниматься с травки, где они валялись, пока Сергей с Фанфуриком уничтожали воронов-мутантов, как на крыльцо вылетел взъерошенный подполковник Заяц.
— Кто стрелял? — заорал с порога. — Я спрашиваю: кто стрелял в расположении части? Блядь, на губе сгною!
— Стреляли я и рядовой Елатомцев, — откликнулся Сергей и подошел поближе, взяв «Мосберг» на ремень. — В воронов. Они сидели на деревьях, — он указал рукой. — Увидели солдат, которые делали зарядку, одетые по форме номер два, взлетели и атаковали. А мы как раз вернулись из наряда с оружием и боеприпасами. Подбежали и положили стаю.
— Стаю? — зацепился подполковник. — Сколько тварей было?
— Пока не посчитали, — сообщил Сергей. — С десяток точно.
— Ах, вашу мать!..
Заяц смачно выругался, затем взглянул на мнущихся возле крыльца растерянных солдат.
— Есть пострадавшие? Выйти из строя!
Никто не вышел.
— Не долетели твари, — сообщил Валера, встав возле Сергея. — Мы их почикали. Товарищ подполковник, за этот подвиг нам полагается медаль, желательно — «За отвагу». Вы там составьте представление. Все, как положено: за героизм и мужество, проявленные при защите личного состава роты. Без нас солдат бы съели — и не подавились бы, гады.
Лицо у Зайца пошло пятнами.
— Я вам составлю… Я вам, блядь, выпишу медали… Рота, разойдись! Старший лейтенант Рабецкий, за мной!
— Чё, в самом деле? — спросил Валера у Сергея, когда два офицера скрылись за дверями школы. — Людей спасли? Спасли. Есть подвиг? Есть. А то, что ротный — долбоклюв, проблема Зайца, а не наша. Согласен?
— Пойдем сдавать убитых тварей, — вздохнув, сказал Сергей. — А то растащат.
