Белое крыло - Анна Дарвага
Завидев, что гараж открыт и сугроб прорастает внутрь, Габи похолодел. Внутри еще топилась чумазая буржуйка. Набат в висках отбивал: «Беда, беда!»
Габи пулей вылетел наружу в поисках друга. Он заглянул в эфир, и его, как боксерской грушей в незащищенное лицо, ударил огромный красный знак «SOS», оставленный неподалеку. «Где?! Где это место?!» Открыв глаза, Габи взмыл повыше, но не смог ничего рассмотреть из-за вьюги. А на окраинах сознания послышался далекий вой. Сначала он напоминал протяжный стон ветра в трубах, но каждую секунду жалобный зов наливался силой и слезами. Собака! Габи спикировал на ее голос.
На пустыре напротив гаражей, почти погребенный под белым покрывалом, сидел каурый пес с обвисшим ухом. Устремив короткую некрасивую морду вверх, он возносил к скрывшемуся от мира небу полную горечи песню. Габи слетел ниже и заметил почти запорошенную руку. Пальцы застыли в жесте болезненной судороги. Неестественная белизна не походила ни на человеческую, ни на ангельскую. Габи стал расчищать снег. Он нашел Агатона.
Все его тело будто высекли из белого мрамора самым точным резцом. На окаменевшей коже проступали каждая морщинка, каждая складка и каждая жила. Даже глаза были широко раскрыты, как у римских статуй. Недоумение вытеснило остальные чувства Габи. Он протянул руку к щеке друга и быстро отдернул пальцы. Белый мрамор оказался затвердевшим спрессованным снегом. Кто‑то обратил бывшего ангела в статую.
По магнитуде чудовищный шок был сравним только с паникой от непонимания, что теперь делать. Габи принялся судорожно перебирать в голове варианты. Попробовать свои чары? Но если статуя, например, начнет таять? Нет-нет! Так рисковать Габи не решился, но других, более светлых мыслей на скованный растерянностью ум не приходило. Признавая полный паралич собственного рассудка, Габи решился позвать на помощь летучий отряд Силы. Он вытянул руку над собой и выстрелил в воздух тревожно-красной сигнальной зарницей.
Тут же над головой звякнули шпоры и фыркнули лошади. Снежная круговерть будто расплавилась вокруг двух безупречных ангелов-рыцарей, облаченных в золотые латы. Их сияющие кони легко и точно ступали по воздуху, как земные лошади вышагивают по манежу. Поравнявшись с Габи и не спешиваясь, ангелы бесстрастно осмотрели Агатона и округу. Не проронив ни слова, один из рыцарей дважды взмахнул в воздухе копьем, и снежная фигура медленно поднялась.
– Вы знаете, что здесь произошло? – в отчаянной попытке хоть что‑то прояснить крикнул Габи.
Рыцари ненадолго перевели на него взгляды, но не ответили. Когда тело поднялось почти на уровень седел, второй ангел коснулся его мечом. Агатон ярко вспыхнул и исчез. Рыцари взялись за поводья, и один из них обернулся к Габи.
– Будь осторожен! – предупредил он. Затем кони взметнулись ввысь и в мгновение ока скрылись из вида.
Габи так и остался на месте, будто пораженный молнией. Событий на один день было много даже для нечеловеческого разума. Хотелось и рыдать, и бежать, и просто зарыться под этот огромный белый пласт и навсегда закрыть глаза – ничего не помня и не желая. Остался только один вопрос, который полностью перегородил собой весь свет: что случилось?
Прокручивая в голове произошедшее в хаотичном порядке, Габи не мог вылепить ни теории, ни смысла. Ни одного воспоминания или даже намека на ассоциацию не приходило на ум. Такое доводилось видеть впервые. И к несчастью, все произошло слишком близко и оглушающе громко.
Собака, по вою которой Габи нашел Агатона, так и оставалась на месте, полностью пропав в белом буране. Она свернулась калачиком под снегом и, видимо, уже собиралась замерзнуть насмерть. Жалость к беспомощному существу вывела Габи из оцепенения, и он принялся отогревать пса, растирая уши, шею и бока. Разогнанная кровь заставила пса отставить упаднические намерения, выбраться из-под сугроба и поковылять обратно в сторону гаражей. «Ты же сам нашел себе миссию! Будь добр, утри сопли и начинай работать!» – мысленно устроил себе выволочку Габи и последовал за собакой, решив получше осмотреть убежище Агатона.
Полуоткрытую дверь наполовину занесло снегом. Белые хлопья все смелее завоевывали внутренности неприветливой берлоги, подбираясь к стынущей печурке. Откинутое скомканное одеяло обнажало продавленные грязные подушки. Габи сел на край дивана, чтобы рассмотреть гараж глазами его обитателя.
Холодный белый свет, лившийся от двери, и куча снега резко контрастировали с темно-серыми бетонными стенами, серыми потолками, старыми покрышками, наваленными в углу. Висевшая с лета паутина с почившим пауком овивала развешанные тросы и срезанные провода. Оглядывая постапокалиптичный декор, Габи заметил на стене странный символ, который мог оставить сам Агатон. Два глаза – один открыт, один закрыт. Этот символ ничего не говорил Габи, и он наклонял голову то вправо, то влево, как озадаченная овчарка. Пытаясь найти новые изображения, он продвигался по периметру бетонной коробки и быстро оказался у выхода.
Вдруг волосы на загривке поднялись, по спине пробежал холод. Габи резко обернулся и увидел, что с низкой крыши напротив за ним бесстрастно и внимательно наблюдает дьявол. Тот же самый, которого он видел вместе с Фаби. Прекрасный, черноволосый, зловещий, он был будто духом смертоносной бури, которая ластилась к его точеной фигуре мелкими сверкающими вихрями. Он стоял, скрестив руки, почти на самом краю, за который ухватился своими кожистыми перепончатыми лапами. Габи замер. В нем не было уверенности в своих силах, которые помогли бы ему защититься и отогнать врага теперь, когда он оставил небо. Наконец лукавый заговорил:
– Я видел, что случилось, – и его голос прозвучал сухо и веско.
Габи на мгновение остолбенел, а затем волна гнева выплеснулась через край:
– Это ты?! Ты его… убил?! – крикнул он исступленно.
– Предлагаю тебе помощь, – хладнокровно сказал лукавый.
– Как ты смеешь?! Ты!.. Ты!.. Убийца!
Немного склонив голову набок, демон разглядывал психующего Габи, как животное в зоопарке.
– Почему я вообще сейчас говорю с тобой? – наконец пробубнил он себе под нос.
– Тебе не удастся меня обмануть, лжец! – продолжал истерить Габи, не в состоянии сладить с собой. Он даже пытался вызвать зарницу, но, как он и опасался, руки замерзли, будто он был обычным человеком, и отказались его слушаться.
– Ладно, жертва мозговой химчистки! Захочешь знать, что тут произошло, позови меня. Мое имя Вальге. – Демон опустил руки, сложил крылья и ракетой взмыл вверх, пропав из вида в белой круговерти.
Ошарашенный, испуганный и опозоренный, Габи еще немного побродил вокруг гаражей, но после часа бесплодных розысков решил,
