Ангел со сковородкой - Галина Дмитриевна Гончарова
– Должен сознаться, и мне лучше, – согласился эн Энтони, глядя Ангелине для разнообразия прямо в глаза. – Я буду прям, энны, простите мне мою резкость.
– Будьте, – попросила Ангелина.
– Если кто-то убьет энну Монику, да еще, не дай боги, вместе с дочерью, вы себе представляете, какая это будет головная боль? На моей территории, энна… проще не допустить проблемы.
– Угу, – Ангелина порадовалась такому подходу. А то… «убьют, тогда и приходите»! Иногда это не шутка. – Допустим. А еще что?
– Поймаю ликантропа. И узнаю, откуда оно опять выползло.
– То есть? – насторожилась Ангелина.
– Я же говорила, – напомнила Моника. – Ликантроп – это проклятье. Чтобы его наложить, нужна ведьма, не маг. Или ведьмак. А это… это серьезная проблема.
– Очень серьезная, – согласился дознаватель. – В нашем королевстве ведьмовство вне закона. Есть места, где оно разрешено, хоть и под строгим контролем, но у нас – или казнь, или высылка, после возмещения всего вреда.
– А почему так?
– Лет сто тому назад попалась ведьма, решила проклясть короля, охмурить наследника престола и поменять династию.
– Какая предприимчивая особа.
– Но королю это не понравилось.
Ангелина и спорить не стала. Ей бы такое тоже не понравилось, понятно, король обиделся. Даже если попытка не удалась.
– Ладно. Вы получаете два плюса сразу.
– Даже больше. Ликантроп может быть не один.
– Угу. И вы собираетесь ловить его на живца?
– Ну… опасности для вас не будет, энны.
– А ликантроп об этом знает?
– Об этом буду знать я. И мои люди… мы вас прикроем. Кстати, завтра придет мой человек. Зовут его эл Перес Ньето, он наймется к вам кучером. Вместо убитого.
– Это хорошо.
– И я к вам буду наведываться регулярно, энна.
– И под каким предлогом?
– Ухаживать за вами буду, – преспокойно сообщил Энтони Ангелине.
Та аж рот открыла.
– Чего?
– Вы мне понравились. Очень. Вот, буду добиваться взаимности, а вы мне отвечать не будете, так что появится повод ходить в гости почаще.
– И в это должны поверить? – Ангелина скептически оглядела себя. Потом следователя.
Свои достоинства она знала. И рост, и широкая кость, и грудь чуть не шестого размера, и достаточно узкая талия при сильных развитых ногах. Кровь с молоком!
Но ведь не модель же!
Следователь усмехнулся – и выпрямился напротив. Ростом чуть пониже, но плечи широкие, и волосы каштановые, и глаза веселые. А тоже… ничего так себе. По росту проходит, по внешности… ладно! Ангелине с ним детей не крестить, да и требуется от нее гонять наглеца, а не на шею ему кидаться. С этим она справится.
– Почему нет? Я не могу поухаживать за красивой женщиной?
– Когда такую найдете – сможете, – отрезала Геля. – Ладно… попробуем. Авось, если и не поверят, то и не разоблачат сразу. А там и ликантроп поймается!
* * *
Моника купала дочь.
Ей нравилось это делать, был у них маленький ритуал.
Она сама купала Хани, потом сушила большим полотенцем, они забирались в кровать, и Моника рассказывала дочке сказку. Они и спали частенько вместе.
Раньше.
Потом, когда она вышла замуж за Альваро – муж все понял. И у Хани появилась своя комната, но точно напротив их спальни. Проснется малышка – и прибежит к маме. Сразу же.
Дверь не запирается.
Пару раз Хани прибегала ночью, потом освоилась, перестала бояться, а когда муж отправлялся в плавания, Моника спала с дочкой.
– Мама, я тебя люблю.
– Я тебя тоже люблю, радость моя!
– Мама, а у меня братик будет?
– Братик?
– Или сестричка. Я тогда старшей буду, это хорошо! Я с ними играть буду!
– Я постараюсь, родная, – Моника вытащила ребенка из ванны и принялась сушить. Альваро тоже хочет детей, да и Моника не против. Вот бы…
Хлопнула дверь.
– Я так и думала, что ты здесь! Бессовестная! – энна Абриль стесняться не собиралась. В выражениях. Громкость она предусмотрительно убавила, понимая, что если явится Ангелина, будет тут весело и шумно. Боги, спасибо вам за эту встречу! Моника уже не представляла, что бы она делала без подруги! Плакала бы, наверное.
А вот стоит рядом Ангелина, и это как стена, опереться и улыбаться в лицо любой проблеме. Поди, свороти такую!
– Я?
– А кто ж еще! Совсем внимания родным не уделяешь!
– Вам чего-то не хватает? – невинно удивилась Моника. – Матушка, вы же видите, какая ситуация. Что я могу сделать – пожалуйста, но возможностей у меня мало!
– Потому что ты – бестолковая и бессмысленная!
– Я даже деньгами распоряжаться не могу, – Моника подхватила Хани поудобнее и отнесла в кровать. Сама, правда, забираться не спешила.
Энна Абриль это понимала – и злилась. План летел в тартарары! А так все хорошо было продумано! Она специально приехала, когда зятя не было дома, за месяц-два она планировала обзавестись достойным гардеробом для себя и дочери (конечно, за счет Эррера, Моника не посмела бы отказать), начать выезжать, и вообще, пожить на всем готовом. А как вернется зять, можно его еще попросить, чтобы он Пау куда-нибудь устроил. Повыгоднее.
Не бросать же мальчика самого барахтаться! То есть устраиваться на работу! Пау нужна достойная зарплата! И чтобы мальчика не сильно нагружали, у него здоровье хрупкое…
– Деньгами не можешь. Но что-то наверняка есть! Тебе твой муж дарил драгоценности?
– Все драгоценности в сейфе. И ключей у меня нет, у энны Виктории, наверное, есть.
Матушка скривилась.
– Попросишь у нее ключи.
– Но…
– Возьмешь денег, или в крайнем случае возьмешь свои драгоценности, заложим их, я не могу ходить в отрепье! Скажут, что я позорю семью Эррера!
– Скажут, – согласился мягкий голос. Ангелина стояла, прислонившись к дверному косяку, перекрывая вход, и энна Абриль невольно дернулась. – Ох как скажут! Значит, у Эррера так все плохо, что жена адмирала драгоценности продавать должна? Ой, как интересно! – голос Ангелины понизился, стал глуше. – Еще раз, мамаша, ты к Монике с таким предложением подойдешь… еще раз попробуешь ее шантажировать – я ж тебя головой в навозную кучу направлю! И так по столице пинками прогоню! Все равно позора на семью не оберешься, так я сама все выберу! И кого позорить, и как, и сколько раз! Я – понятно излагаю?
Энна Абриль кивнула.
– Д-да…
– Вот и ладненько. Кыш отсюда!
Энна развернулась и вышла. Пока под зад не добавили.
Дурой она не была, понимала, на Монику можно давить как угодно, она согнется. А вот Ангелина сейчас не побрезгует устроить скандал, прибежит энна Виктория, и тогда уж точно – и денег не будет, и из дома выгонят, а то и чего похуже! Логичнее
