Чудовища на Полынной улице - Софа Вернер
– Как видишь, я все еще чистый брюнет, а не закосплеил Хому Брута, – тихо рассмеялся Данила. – Думаю, сегодня наши таштыки тоже решили выспаться, а не напоминать о себе.
– Ты на меня просто магически влияешь. Я рада, правда.
– И это совершенно взаимно. Слушай, к слову о магии! Ты же не забыла про вечеринку?
Лина едва не выронила турку с кофе. Переспрашивать показалось глупым.
– Ко скольки подходить? – деловито уточнила она, пытаясь вспомнить, когда они это обсуждали и какой это день.
– После заката, – драматично протянул Даниил. – Я тебя потому к себе и не позвал – готовил всё. Чтоб и декорации, и антураж. В общем, увидишь! Как раз отснимем для нового тизера, а следом выкатим полный выпуск! Костюм-то уже выбрала?
«Черт, костюм… он же про Хеллоуин». Теперь Алина смутно припоминала, что на днях они обсуждали вечеринку. Данила решил устроить праздник в своем духе, как раньше, и собрать друзей и бывших сокурсников. И даже слоган придумал: «Кошмарное воссоединение».
Совсем ей мозги эта шаманка снесла – забыть про приглашение собственного парня! Да она б раньше свою курсовую съела за возможность утереть нос всем, кто по нему сох! А теперь сидела в статьях, как археолог в раскопе.
– Конечно.
– А кем придешь? – Данила лукаво улыбнулся.
– Пока не знаю, – фыркнула Лина, лихорадочно соображая, какой костюм сможет собрать на коленке. Что-то оставалось со старых вечеринок, что-то – со съемок предыдущих выпусков, когда она выступала перед подписчиками в образе. Да не беда, что-нибудь скреативит!
– А ты будешь очень против, если я сам подготовлю для тебя костюм? Такой, чтоб тебе точно понравился!
Лина просияла. Данила даже не представлял себе, насколько она за!
– Как раз хоть немного расслабишься, – добавил он, – тем более что для подкаста у нас уже почти все готово.
Когда позже они прощались на пороге, Лина крепко обняла Данилу и уткнулась ему в плечо.
– Спасибо, что приехал. Правда.
– Ну а как иначе? Ты не одна, – серьезно ответил он. – Мы со всем справимся.
Закрывая за парнем – за своим парнем – дверь, Лина улыбалась. Напевая, она вернулась в комнату, разобрала на столе бумаги, аккуратно положила поверх свой блокнот с записями.
И похолодела.
На самой верхней странице ее собственным почерком было выведено: «Ты можешь освободить нас. Расскажи им, иначе я сделаю это сама».
Вот только Алина не помнила, чтобы это писала…
Вечеринки в особняке Третьяковых всегда были на высоте, но в этот раз Даниил превзошел сам себя! Алина не хотела уподобляться его преданным фанаткам из прошлого, но все равно готова была взвизгнуть от восторга, когда здесь оказалась.
Особняк напоминал лабиринт из теней и огня. Гирлянды в виде летучих мышей висели меж каменных колонн, а дым из сухого льда стелился по полу, будто призрачная река. Дом, похожий на спящего зверя из камня, который в последнее время казался заброшенным, сегодня дышал огнями. В каждом окне-глазнице вспыхивали красные фонари, а дверные проемы затянули черным бархатом с вышитым золотом спиралями. Даниил превратил холл в подобие капища. Здесь были расставлены идолы из папье-маше, а на натянутых между колоннами веревках покачивались сухие травы. Но самое жуткое – у стен выстроились набитые соломой погребальные куклы, хорошо знакомые Лине.
Гости в масках смеялись неестественно громко, но, приближаясь к Алине, вдруг замолкали. Ее образ Данила назвал шаманкой нового времени. Кожаный корсет, расшитый спиралевидными узорами из бисера, плащ из шкур и черных перьев, а главное – точная копия таштыкской погребальной маски. Только с прорезью для рта и открытыми глазами – словно спящая очнулась и теперь оглядывала окружающее пространство.
Реплика была настолько идеальна, что Алина боялась лишний раз дотронуться. Гипс цеплялся за кожу холодом, будто похищая тепло.
– Нравится?
Девушка вздрогнула от неожиданности, когда Даниил внезапно возник у нее за спиной. Пальцы нежно скользнули по плечу.
– Я заказывал ее у реставратора отца. Он сказал, что даже пропорции черепа соблюдал.
– Черепа?
Алина повернулась, но парень уже рассмеялся и поцеловал ее.
– Шутка.
Или нет?
Его губы были сладкими от вина, но в глазах горели те же бесовские искорки, что и в университетские дни.
Поклонившись, он пропал – так же внезапно, как и появился.
– Ты похожа на живой экспонат, – хрипло шепнула ей в ухо девушка в платье Мертвой Невесты и украшенной черепами фате.
Маргоша. Она эпизодически появлялась в жизни Даниила между его разъездами. Лина помнила ее. Тогда она носила костюм невесты Дракулы и, цепляясь к Даниле, просила его показать какой-нибудь самый жуткий экспонат коллекции. Сейчас ее тонкие пальцы с длинными, похожими на когти фиолетовыми накладными ногтями сжимали бокал темного красного вина. В глазах поблескивала ядовитая насмешка.
– Он всегда такой, да? – Маргоша будто заслонила собой всю вечеринку, не давая прохода, так что у Алины не было шанса сбежать. – Показывает коллекцию. Говорит что-нибудь интригующее. А в конце концов оказывается, что просто ищет новую игрушку. Вот недавно, говорят, его отец приволок что-то интересное из Сибири. Так он и меня приводил, и еще пару девчонок. Будто искал, кого из нас это впечатлит в достаточной степени.
– А что приволок? – Лина заставила свой голос звучать ровно.
– Очередной труп, конечно. Куклу вроде этих вот. – Маргоша кивнула на выстроившиеся вдоль стены экспонаты. – Манекен. Но говорил, что это то ли мумия, то ли еще что… я не запомнила.
Алина попыталась улыбнуться, но мышцы будто свело. Она помнила, еще в универе подруги рассказывали – Данила тогда ухлестывал за Маргошей и приводил ее к себе в особняк. Обещал показать какие-то экспонаты из чернокнижной коллекции, а через месяц уже разбил ей сердце открыткой с очередного заграничного симпозиума.
«Нет, – одернула себя девушка. – Прошло уже достаточно времени. Мы оба повзрослели. Он теперь совсем не такой, я же вижу».
Гул голосов нарастал. Даниил взошел на импровизированную сцену – подиум, драпированный черным шелком. И теперь он был «во всеоружии», облаченный – Лина охнула – в костюм воина хунну. Металл и шкуры, ламеллярный доспех.
Неужели он всё знал? Ведь не просто же так создал им парный образ… образ, о символичности которого никто больше не мог догадаться.
– Друзья! – воскликнул Даниил, и гости благоговейно затихли, словно в преддверии шаманского камлания. – Кто из вас готов сыграть в «Правду или желание»? Правила просты: тянете карту. Красная – правда, черная – желание. Струсивший примеряет «маску позора» и ходит в ней до рассвета.
Он кивнул на стену, где на цепях крепилась гротескная железная маска,
