Золотая тьма. Том 2 - Игорь Валерьевич Осипов
Тихо шуршал казавшийся лишним в средневековом сеттинге ноутбук со строками сообщений и квадратиками фотоотчётов. Мерцала на столе керосиновая лампа, воняя недогоревшими нефтепродуктами. Чуть слышно шуршало под крышей маркизиного домика.
С улицы доносились торопливые голоса солдат, звучащие русской речью, тоже чуждой этому миру.
А в груди щемило от простых желаний и несостоявшихся надежд.
Ибо интима не было. Интим не состоялся, повиснув между строк недосказанностью. Просто потому, что это было бы неуместно в подобной ситуации, но вместо него было нечто другое.
Землянин долго ещё стоял и прижимал к себе волшебницу, соскучившись по теплу. И не только телесному, но и душевному.
Долго и с тоскливым, немного жадным наслаждением вдыхал аромат благовоний, сделанных из цветов пиона. Долго слушал дыхание волшебницы и стук её сердца.
А потом поцеловал её в шею и через силу оторвался.
— Дорогой мой друг, — улыбнулась Николь-Астра, небрежно скидывая с себя китель. Тяжёлая вещь упала на пол. Были бы доски, то и с глухим стуком. Но по местной традиции полы первого этажа были обычной, хотя и хорошо подогнанной брусчаткой, лишь лязгнули пуговицами и колодками медалей по камню.
— Помню, была молодой ведьмой. Тогда ещё в чине кулака Магистрата. И случилась большая стычка с нобийскими королевствами. Настолько серьёзная, что королева призвала к помощи Магистрат, — Астра вздохнула, предаваясь воспоминаниям. — И вот утро. Я и ещё три девушки в шатре у реки. Там у нас лагерь стоял. Мы спим, и внезапно раздаётся горн тревоги.
Астра снова ухмыльнулась и качнула головой.
— Я спросонья создала волшебный шар прямо в шатре и запустила его в самый край. Шатёр сгорел до пепельных лохмотьев так быстро, что мы едва успели выскочить, похватав лишь волшебные книги и артефакты. А там воинство нобиек. И мы лишь в том, в чём Небесная Пара приводит нас в этот мир, разве что пуповин нету. Так и пришлось биться голышом. Посему, мой друг, не беспокойтесь. Я переживу подобное неудобство. И мы условились без чинов и титулов, дорогой друг.
— Хорошо… Николь, — чуть запнувшись и в силу привычки, ответил генерал и добавил с ухмылкой: — Только прошу, не надо никаких Пе-Пе, а буду чувствовать себя как жирная морская птица из старой сказки. Пингвин называется. И уж тем более Пи-Пи. Можно просто Петя или Пётр.
Астра с лёгкой улыбкой кивнула и взяла протянутый свёрток.
В домике маркизы не нашлось ни платьев, ни женского белья. Потому, наскоро проведя ревизию имущества, нашли чистенькую белую футболку и новые штаны от полевой формы, которые пришлись впору.
Следом соорудили нечто вроде юбки из обрезанной под грудки тельняшки и широкая офицерская портупея. К портупее волшебница была привычной, ведь на Реверсе это удел женщин.
Лишних ботинок ни у кого не нашлось, и потому генерал пожертвовал свои кроссовки, которые захватил, чтоб на досуге заниматься пробежками по округе домика.
Досуг, однако, тоже не случился.
— Товарищ генерал! — раздался взволнованный голос дежурного, а за ним последовал частый и настойчивый стук. — Товарищ генерал!
Пётр Алексеевич метнул взгляд на дверь, а затем на накинувшую футболку Николь-Астру. И генерал не мог не подметить, что немного ревновал волшебницу, которую видел на пристани голой весь личный состав.
Но это чувство приходилось пока затыкать поглубже. Затрамбовывать армейским ботинком потуже.
— Не заперто! — прокричал Пётр Алексеевич, и в дверь тут же с коротким «разрешите» влетел дежурный сержант.
— Товарищ генерал, там опять псоглавые что-то чудят!
Пётр Алексеевич глянул на монитор, где тускло светились окошки с сообщениями. Шарлотту уже десантировали, и шевеления обезьян именно в этот момент — совершенно не к добру.
Генерал резко схватил со стола слегка поцарапанный прибор ночного видения и выскочил на улицу.
— Показывай! — сразу начав бегать прищуренными глазами по тёмному лесу, проронил начальник.
— Вот там, — ткнул пальцем во мрак среди деревьев, отозвался дежурный.
А меж стволов и в самом деле начало разгораться странное синеватое свечение. Сперва оно было едва заметным, но постепенно становилось ярче и ярче, и вскоре в нём было можно различить мечущиеся туда-сюда силуэты.
Через шелест листвы доносились приглушённые нечеловеческие возгласы и визги.
Генерал недовольно цокнул языком, скривился и приложил прибор к глазам.
Едва разгоняемая свечением тьма тут же сменилась призрачно-зелёными сумерками.
— Вот уроды, — проговорил землянин, наблюдая, как несколько псоглавых тащат на плечах длинный и толстый брус.
Путь у них был недолгий, и немного погодя они принялись деловито его вставлять в лунку, проделанную посередине дороги. То, что это яма, а не игра теней, стало понятно только сейчас, так как вокруг неё запрыгал ещё один псоглавец, но уже с лопатой, который сперва принялся присыпать новоявленный столб у основания, а затем утаптывать ногой.
Затем появилась ещё одна бригада «ух». И целая троица разумных обезьян волокла бревно покороче, но потолще первого и с привязанными к нему верёвками. Дотащив сей инструмент, троица стала поднимать его и бить торцом бревна, трамбуя землю. Даже здесь слышалось размеренное «бух-бух-бух» ударов тяжёлого дерева о грунт.
— Жаль, трос не достанет. До них метров двести, — послышался рядом голос взводного старлея.
— Тебе лишь бы тросами покидаться, — прорычал Пётр Алексеевич.
— А может, мы их попробуем прямо сейчас обстрелять из тридцатки? Столб пока не вкопан. А шаман, поди, не удержит очередь из снарядов.
— Нет. Всё должно идти по плану. И мне пока непонятно с пунктом замысла про золотую бабу, — проговорил Пётр Алексеевич. — У нас и так уже есть потери из-за простейшего непонимания ситуации. Есть же поговорка: не зная броду, не лезь в воду.
Генерал прямо из-под окуляров сверкнул глазами на скривившегося подчинённого, а затем даже не услышал, а по аромату благовония понял, что рядом встала Николь-Астра.
— Можно? — тихим, но уверенным голосом спросила она. Генерал оторвался от прибора, и оказалось, что женщина к нему и тянулась.
— Да, конечно.
И подал прибор волшебнице. А сам уставился во тьму, с пляшущими в ней псоглавыми.
— Где-то там сейчас крыса Шарлотты. Интересно, если её поймают,
Женщина приложила ночник к лицу и стала поворачивать голову, разглядывая через прибор окружающий мир, и был заметен призрачно-зелёный свет, сочащийся из-под уплотнителей окуляра. Он казался тонкой каймой вокруг толстых круглых очков в жирной оправе. Если спросит, как это сделано, то объяснять про фотоэлектронные преобразователи,
