Ты меня предала - Екатерина Котлярова

Тянет меня к гардеробу, где снимает с меня шубку и сдаёт её, пряча номерок в карман. Следом сдаёт и своё пальто.

— Эта женщина… Злата… Она кто Вам? — тихо интересуюсь у мужчины.

— Любовница моего брата. А что? — пальцами цепляет подбородок и вынуждает посмотреть в искрящиеся довольством серые глаза.

— Просто… Я… Чтобы знать, — мучительно сильно краснею, когда понимаю, насколько глупо сейчас выглядела в его глазах.

— Девочка, сходи в туалетную комнату, — вдруг сильно напрягся мужчина и сильно подтолкнул меня в спину в сторону дверей с изображением женского профиля.

— Простите, Алексей, но зачем?

— Носик припудри, — рычит, подталкивая меня в ягодицы. — Блять! Молчи, девочка.

Только сейчас замечаю, что к нам подходит мужчина, отдалённо похожий на Алексея.

— Кого я вижу? — хмыкает насмешливо. — Братец, дорогой мой, не ожидал тебя здесь увидеть.

Я отступаю на шаг назад, встаю так, чтобы спрятаться за спиной Алексея. Слишком неприятный мужчина. Слишком злые глаза и пугающая ухмылка. Вроде привлекательный, ухоженный, но его взгляд настораживает. Если у Алексея глаза кажутся льдистыми и холодными, отражающими его характер, то глаза этого мужчины прозрачные, рыбьи. Они вызывают совершенно иную дрожь в теле. Дрожь страха и неприязни.

— Лёня, — цедит сквозь зубы Алексей. — Что-то смущает?

— Вижу, ты со спутницей. Не представишь свою красавицу? — мои ладони лежат на спине мужчины, поэтому я чувствую, как сильно он напрягается.

Я вся сжимаюсь, когда взгляд Леонида останавливается на мне. Меня всю передёргивает, в горлу подступает тошнота.

— Вероника, — едва слышно представляюсь я.

— Леонид Бунтарёв, брат Вашего спутника, — мужчина шагает вперёд и тянет руку, в которую мне приходится вложить пальцы, которые он подносит ко рту и оставляет влажный поцелуй.

Меня всю передёргивает от омерзения. Но воспитание не позволяет одёрнуть руку и спрятать за спиной, поэтому я терплю неприятные прикосновения. При этом не отнимаю руки от спины Алексея. Жар его тела странно успокаивает. Вроде и его я бояться должна, бежать, как можно дальше. Но с Алексеем здравые мысли покидают меня.

И сейчас я жмусь к нему, ища в нём защиту от его пугающего брата.

— Приятно познакомиться, — лгу, осторожно высвобождаю пальцы из ладони Леонида.

— Давно вы с Алексеем знакомы? — сканирует меня внимательным взглядом, особенно долго задерживает его на украшениях.

А мне кажется, что он меня раздел и трогает. Я вскидываю голову и смотрю в лицо Алексея, который кажется невозмутимым. Он повернулся, и теперь мои руки лежат на его грудной клетке.

— Лёня, ты вопросы пришёл задавать? Или пришёл убедиться, что твои головорезы рукожопые пидоры, которые вчера не смогли меня убить по твоему заказу? — спокойно спрашивает мужчина.

Я тихо ахаю и с ужасом смотрю в лицо Алексея, не веря, что он говорит правду. Неужели его родной брат заказал его убийство? Неужели решил избавиться от него? Боже. У меня кровь в венах застыла.

Мне стало дурно, всё тело охватил липкий жар.

— Что ты, Лёша? — картинно взмахивает руками Леонид. — На тебя вчера напали?

Я неосознанно поглаживаю пальцами грудь Алексея, чувствуя, насколько сильно напряглась каждая мышца, и боясь, что сейчас откроется кровотечение. Хоть на лице его безмятежность и кривая ухмылка, он напряжён, как струна.

— Лёня, — Злата подходит к Леониду и кладёт руку ему на плечо, — я тебя искала.

Мужчина переводит взгляд на свою женщину и брезгливо стряхивает её руку с плеча. Злата будто не замечает этого. Пальцами проходит по его груди и поворачивается к нам.

— Вижу, ты познакомился с новой подружкой Лёши, — тянет слова женщина.

— Лёша, — зачем-то сокращаю имя мужчины, — может, пойдём?

— Ты есть хочешь? — перехватывает мою ладонь, лежащую на его грудной клетке, и сжимает.

— Да. Хочу.

— Ходи аккуратнее, Лёша, — несётся вслед голос Леонида, когда мужчина увлекает меня в сторону огромного зала.

— Убью, — рычит сквозь зубы Алексей и так сильно сжимает руку и мои пальцы, что я тихо вскрикиваю. — Извини, девочка, — его тон смягчается. — Прости.

И подносит руку ко рту, чтобы поцеловать мои пальцы. Я охаю и улыбаюсь. Поразительно, каким разным бывает этот мужчина.

— Алексей, Ваш брат напал на Вас? — шёпотом спрашиваю я.

— Нанял нужных людей, — небрежно кидает Алексей.

— Боже, какой ужас, — я прижимаю руку ко рту. — Разве так можно? Вы же родственники.

Мужчина останавливается и нависает надо мной скалой. Улыбается. И его улыбка вызывает в груди волнение и восторг.

— Настолько наивная девочка, — качает головой.

Я в волнении приоткрываю губы и вновь тону на глубине его глаз. Но Алексей закрывает глаза и отворачивается.

— Что ты будешь есть?

— Не знаю, — говорю в растерянности, смотря на снующих между нарядно одетых людей официантов. — Я не голодна.

— Не ела с самого утра. Так не пойдёт. Пойдём.

Алексей ведёт меня к столику, который я сразу не заметила. Выдвигает стул и помогает сесть. Подзывает официанта и заказывает салат. Я оглядываю огромный зал, красивые люстры под потолком, картины на стенах. Перевожу взгляд на Алексея, который сидит напротив, широко расставив мощные ноги и положив руку на стол. Он щурится зло, не сводя взгляда с Леонида и Златы. На его лице ходят желваки. В моей голове крутятся сотни вопросов, но я не один не могу озвучить.

— Алексей, долго нам здесь нужно быть? — спрашиваю едва слышно, привлекая к себе внимание мужчины.

— Хочешь поскорее сбежать, девочка? — склоняет голову к плечу и берёт в руку стакан с виски, подносит ко рту и делает глоток.

— Я бы хотела поскорее оказаться дома. Я соскучилась по дочери, — признаюсь честно, вновь тушуясь под пронзительным серым взглядом.

— Час. Потерпишь час, Вера? — перегибается через стол и на мгновение сжимает мои пальцы в руке.

— Да. Конечно, — слабо улыбаюсь.

— Ваш заказ, — официант возникает рядом со столом совершенно незаметно и ставит передо мной тарелку с салатом.

Я беру вилку и нож и приступаю к трапезе. Только когда доедаю, понимаю, что всё это время Алексей не сводил с меня глаз. Смущаюсь. Краснею. Промакиваю салфеткой губы и тихо благодарю мужчину. Он залпом допивает коньяк и подаётся вперёд, ставя локти на стол.

— Танцевать умеешь, девочка?

— Что? — хмурю брови.

— Потанцуешь со мной, Вера? — протягивает руку раскрытой ладонью вверх.

— Я не умею. Я очень давно не танцевала. Я… Я… — начинаю заикаться от паники.

Одна только мысль о том, что мне придётся прижиматься к его телу во время танца, пускает дрожь по телу. И я не знаю, что эта дрожь значит. То ли дрожь страха, то ли дрожь восторга. Я прикусываю нижнюю губу, когда мои ледяные и