Мой самый лучший - Елена Мартин
— Кир… Я не знаю, что со мной… — я честно призналась.
Глава 17
В нескольких метрах кто-то испуганно охнул, и мы спешно поднялись с Кириллом с кровати.
— Оу… Простите. У нас самые мягкие матрацы и замечательная мебель, — протараторил молодой продавец, и порозовела на щеках.
— Мы это уже определили, — Тухманов повернул меня лицом к молодой девушке и, прислонив к своему торсу, обвил руками, — Маша, мы остановились на этом?
Мои мысли были совсем в другом месте. Там, где у пятой точки отчетливые желания Тухманова, поразительно совпадающие с моими.
Я утвердительно кивнула головой.
— Милый, я хочу именно этот, –
От двойственного смысла, Кирилл удовлетворенно хмыкнул.
Дыхание Кира щекотало мне кожу у уха, а тело… Оно вообще совершенно не слушалось, находясь в плену желания.
— Вам оформлять? — спросила девушка, отводя от нас взгляд
— Мы хотим посмотреть все. Вдруг передумаем, — проблеяла я, справляясь с хрипотцой в голосе.
— Хорошо, — девушка вскинула руки и поспешно ретировалась в противоположную сторону.
— Маш, — Кирилл развернул меня к себе, — к черту все эти магазины! Всё, что я хочу сейчас — это продолжить то, что мы начали на террасе.
— Кир… Я сгораю от желания, — между ног растекалось влажное тепло, и мне казалось, что я просто умру, если он, как и вчера, развернется и растворится в сумрачном вечере.
Тухманов, ухватив меня за руку, направился к выходу.
В дурацкой голове поверх огромного желания всплывали совершенно глупые мысли.
Что из всего этого будет? А что останется? В самом начале никогда не строишь на долго и счастливо, но тем не менее, жизнь хочется строить, а не ломать…
Я плюхнулась на переднее сидение и обняла себя руками. Нервная дрожь вкупе с желанием гуляла по телу, и этот адский коктейль хотелось залпом заглушить.
— Куда мы Кир? — спросила, когда черный внедорожник поплыл по городским улицам.
— Ко мне домой. Есть предложения?
Я отрицательно кивнула головой. Честно было все равно, главное, что он был рядом…
Уверенный, красивый и абсолютно весь мой.
У ворот дома Кир долго возился с ключами. И я улыбнулась, вспомнив свою идею поменять это всё на электронные замки. На террасе Кир остановился и подтянул меня к себе. Нетерпеливый… Я даже улыбнулась, когда его руки легли на поясницу и подтянули ближе к себе. Так близко, что вздымающийся орган чувствовался сквозь одежду. Не зря надела тонкое чёрное кружево. Как чувствовала, что всему этому великолепию будет зритель.
Губы сомкнулись в поцелуе. Жадно и требовательно.
Ага, Кирюша, тебя еще вчера ждали там, где нестерпимо полыхает.
Нащупала замок на куртке и потянула его вниз. Ладошкой провела по стальным мышцам, предвкушая, как прижмусь к гладкой коже раскаченного торса. Кирилл опустился к шее, обжигая поцелуями и горячим дыханием.
Возьму тебя на перилах… Кажется, так было сказано вчера. Я оперлась о деревянную балку, Тухманов припечатал своим телом, спустил руки на ягодицы и сжимая их руками.
— Маш… Что делаешь со мной… — сквозь поцелуй промычал Тухманов.
Тоже самое… Что и ты со мной…
Ключи… Звякнув связкой еще раз, мы попадаем в холл дома, не отрываясь друг от друга. Язык, губы… Я обеими руками притягиваю его лицо.
Куртку Тухманов стянул с меня сразу у входа, вместе с водолазкой. Отбросив в сторону, провел руками по плечам и спине.
— Блядь… Как бархат… — откинув волосы назад, Тухманов прочертил дорожку мелкими поцелуями от плеча до моей шеи. Расцепив застёжку бюстгальтера, спустился к груди.
— Кир…
Соски требовали ласки ещё там, в мебельном салоне. Поэтому, когда мужские требовательные губы взяли их в плен, я не удержала стон.
Прочертив языком вокруг ореол, ладонью сжал вторую грудь.
Ахх…
— Нравится? — Тухманов легонько прикусил сосок на груди.
— Угу… — промычала на грани удовольствия и чего-то запредельного.
Одним рывком в сторону полетела куртка Кирилла, а через голову Тухманов снял свою водолазку.
Я предполагала, что тут всё классно, но что настолько. Подушечками пальцев дотронулась до кубиков, прочертив спортивный рисунок на теле Тухманова.
— Да малыш… — Кирилл откидывает голову, зарываясь руками в мои волосы.
Нырнув через резинку спортивных брюк, сжимаю ладонью твердую плоть, стоящую в полной боевой готовности.
— Какая нетерпеливая… девочка.
Кирилл перехватывает мою руку.
— Весь твой день сегодня мой…
Это было сказано таким низким голосом, с такой чувственной хрипотцой, что влага, собравшаяся в промежности, наверное, скоро промочит мои джинсовые брюки.
Кирилл подхватил под ягодицы и понес в спальную комнату. В комнате было темно от закрытых на окнах рулонных шторах. Как фарфоровую дорогую вазу меня опустили на кровать.
Расстегнув нетерпеливо молнию, Кирилл стянул с меня брюки и одним движением последнюю тонюсенькую преграду из ниток бикини.
— Раздвинь ножки! — скомандовал Тухманов, расправившись со своей нижней частью одежды.
Я расставила ноги, приподнявшись на локтях, рассматриваю обнаженного мужчину, которого моё тело желает с того вечера, как в дождливый вечер он переступил порог моего дома за долгое время.
Другой, незнакомый.
До дрожи во всем теле, до боли в лоне, которая собралось соками только от его прикосновений.
Кирилл подошел ближе и накрыл своим телом. Я обвила ногой его талию и пододвинула ближе бедра, сочной киской ища головку члена. Кирилл собрал мои руки наверх и жадно впился в губы.
— Кир… я… хочу тебя …
Желание, чтобы горячая плоть скользнула внутрь переполняли меня.
— Маша, ты моя конфетка. И я хочу эту конфетку слизать всю, — Кирилл приподнялся и повернул меня на живот.
— Стань на колени, малыш. Тебе понравится…
Охх…
Надавив на поясницу ладонью, обжег ягодицы дыханием.
— Блядь… — я почти взвыла, когда, размазывая влагу по губкам Кирилл провел большим пальцем по одной из них.
Глава 18
Прикусив губу, ждала, когда твёрдые руки и горячий язык дотронутся до чувствительной точки. Было ощущение, что я собралась в ней одной… Все чувства, ощущения и эмоции сосредоточились в одном месте, так жаждущим продолжения.
Указательный палец скользнул внутрь, и я чуть поддалась навстречу.
— Нет, малыш… Я буду сам решать, когда ты начнёшь работать бёдрами, — мужчина дразнил меня, лаская промежность. Легонько опускался пальцами рук в горячее лоно.
Большим пальцем Кирилл принялся массировать клитор, растирать его уверенными движениями. Я сжала пальцами рук тонкое покрывало кровати, погружаясь в наслаждение волнами накрывающие тело до дрожи. Ласки Тухманова были уверенными, словно он знал моё
