Отказался от жены? Верни мне мои семь лет - Майкл Скофилд
— Формально уже вашей.
Я повернула голову.
Дверь между нашими кабинетами была открыта, и второй руководитель отдела, мастер первой ступени Дарен Коль, стоял там с чашкой кофе.
— Подслушивал?
— Стены тонкие.
— Закрой дверь.
— Тогда не услышу ничего интересного.
— Именно.
Он усмехнулся.
Дарена назначила Корона. Меня — Коллегия мастеров вместе с Палатой Клятв. Это было одним из условий создания отдела: ни один руководитель не должен был контролировать проверки единолично.
После дела ОП-1-С к одиночному контролю относились несколько нервно.
Меня это полностью устраивало.
— Следующая в два? — спросил Дарен.
— В половине третьего.
— Тогда обед.
— Через двадцать минут.
— Ты говорила это сорок минут назад.
Я посмотрела на часы.
Он был прав.
— Ненавижу тебя.
— Поэтому мы прекрасно работаем.
Я закрыла папку Мелиты.
На моем столе лежали еще четыре дела.
Одно почти наверняка содержало незаконную передачу.
В другом существовало письменное согласие, но возникал спор о его действительности: женщине сообщили о передаче, однако не объяснили реальный объем.
Третье касалось древнего медицинского займа, который, судя по первым материалам, был совершенно законным.
Четвертое пока не говорило ни о чем.
Так выглядела работа отдела, созданного после моего процесса.
Не фабрика компенсаций.
Не место, где каждая бывшая жена дракона автоматически становилась потерпевшей.
Мы проверяли.
Иногда находили жизненный долг.
Иногда нарушение информирования без фактической передачи.
Иногда обычный плохо составленный договор.
Иногда вообще ничего.
За первый год Палата Огненных Союзов передала на независимый аудит все действующие стратегические брачные контуры старого типа.
Закрытые жизненные функции больше не могли существовать без отдельной государственной регистрации.
Мастер видел источник.
Супруг видел источник.
Объем записывался обычными словами, а не только техническим кодом.
Человек ставил отдельную подпись.
И мог сказать нет.
Удивительно, сколько государственных реформ можно было уместить в эту короткую возможность.
Нет.
Я встала из-за стола.
— Ладно. Обед.
Дарен торжественно отступил.
— Исторический момент.
— Еще слово, и пойду одна.
— Уже молчу.
На выходе я сняла рабочую мантию и осталась в обычном темно-синем платье.
На внутренней стороне воротника была вышита маленькая надпись:
Морен.
Не Реваль.
Хотя уже почти восемь месяцев я снова была замужем.
Наш второй брак занял двадцать три минуты.
Первый когда-то праздновали три дня.
Съехались представители домов, чиновники, дальние родственники, драконьи командиры. Был родовой зал, церемония огня, праздничный полет и столько гостей, что через неделю я не могла вспомнить половину имен.
Во второй раз присутствовали Тея, Маркус, Эстелла, Орен и два независимых мастера, которых мы выбрали вместе.
Даже мастерскую печати выбрали вместе.
Потом Эйда Торн проверила готовую структуру.
После нее другой независимый специалист проверил проверку Эйды.
Орен назвал нас параноиками.
Я ответила, что имею основания.
Он не спорил.
Никакого ОП-1.
Никаких скрытых функций.
Вообще ни одного закрытого модуля, который нельзя было раскрыть по первому требованию любого из супругов.
Я подписала договор:
Ливия Морен.
Адриан подписал:
Адриан Реваль.
В семейном реестре я снова могла называться Ливией Реваль, если хотела.
В профессиональном оставалась Морен.
Большую часть времени я вообще не думала об этом.
Именно так мне нравилось.
Мы не жили постоянно в Сером доме.
Это решение вызвало у совета Ревалей больше споров, чем некоторые положения нового брачного договора.
У Адриана оставались обязанности главы.
У меня — работа в столице.
Поэтому половину недели мы жили в Эсторе, в квартире, которая очень быстро стала слишком маленькой для двух взрослых людей и огромного количества моих книг.
Потом купили другую.
Не дом Ревалей.
Нашу.
По выходным и в те недели, когда дела требовали присутствия Адриана на востоке, ехали в Серый дом.
Мои обязанности там существовали только те, на которые я согласилась сама.
Иногда я принимала участие в семейном совете.
Иногда помогала с юридическими вопросами.
Иногда появлялась на официальных приемах.
А иногда говорила:
— Нет, у меня работа.
И мир не рушился.
Первые несколько раз Эстелла явно хотела что-то сказать.
Не сказала.
Потом перестала даже удивляться.
Это, пожалуй, было самым убедительным признаком реформы дома Реваль.
В тот вечер Адриан должен был вернуться с востока.
Я пришла домой раньше.
Редкость.
Оставила рабочую сумку у двери, переоделась и только собралась заказать ужин из ближайшей... No modern delivery; use cook? In city apartment, could buy food. Better natural fantasy: "спуститься за ужином в трактир". Let's fix.
Я пришла домой раньше.
Редкость.
Оставила рабочую сумку у двери, переоделась и уже собиралась спуститься в небольшую кухню на первом этаже дома, где хозяева готовили ужины для жильцов, когда услышала ключ в замке.
Адриан вошел.
Я сразу посмотрела на его лицо.
— Получилось?
Он снял перчатки.
— Да.
— Полностью?
— Полностью.
Я улыбнулась.
Сегодня Рейнар разрешил ему первое полноценное обращение без медицинского контура.
До этого Адриан уже несколько месяцев мог принимать драконью форму, но только ненадолго и с ограничением нагрузки. Сначала десять минут.
Потом двадцать.
Потом короткий полет.
Сегодня врачи позволили полный переход и самостоятельный часовой полет над восточным полигоном.
— И как?
Адриан повесил плащ.
— Странно.
— Плохо?
— Нет.
Он подошел ближе.
— Просто я помню, каким был до реституции.
Вот об этом мы почти не говорили.
Его сила вернулась не полностью.
И уже не должна была.
Собственное ядро восстановилось.
Полная форма снова была безопасной.
Но Адриан больше не обладал тем запасом пламени и выносливости, который семь лет подпитывался моей живой нитью.
Он стал тем драконом, каким мог быть сам.
Не тем, каким его сделала система.
— Насколько изменилось? — спросила я.
— Маркус говорит, что теперь наконец сможет обогнать меня на длинной дистанции.
— Это катастрофа.
— Именно так я ему и сказал.
Я рассмеялась.
Адриан обнял меня.
Это тоже стало обычным.
Не каждый раз вопрос перед прикосновением.
Мы не превратили согласие в бюрократический ритуал.
Просто научились замечать, когда привычка перестает совпадать с желанием другого человека.
Сейчас совпадала.
Я положила голову ему на плечо.
— Совет уже знает результаты?
— Да.
— И?
— Окончательное голосование провели сегодня.
Я подняла голову.
— Сегодня?
— Поэтому и вернулся позже.
— И ты ничего мне не сказал.
Адриан чуть улыбнулся.
— Голосование касалось моей должности.
— Это не значит, что мне неинтересно.
— Знаю. Но я хотел сначала получить результат.
— Ну?
Он выдержал паузу слишком долго.
Я ударила его ладонью по груди.
— Адриан.
— Оставили.
— Главой?
— Да.
