Отказался от жены? Верни мне мои семь лет - Майкл Скофилд
— Интересное дело?
— Очень.
— Ты работаешь.
— Я читаю.
Адриан рассмеялся.
— Верни мое письмо.
— Поздно.
Я закрыла папку.
Некоторое время мы сидели молча.
Потом Адриан спросил:
— Ты когда-нибудь думаешь о детях?
Я посмотрела на него.
Вопрос больше не пугал.
— Да.
— Часто?
— Иногда.
Он кивнул.
— Я тоже.
Я ждала продолжения.
Его не было.
— И все? — спросила я.
— Что?
— Ты просто решил сообщить?
— Мы договорились не превращать эту тему в план без второго человека.
Я улыбнулась.
— Хорошо научился.
— Стараюсь.
Я посмотрела на море.
— Я не знаю, хочу ли прямо сейчас.
— Я тоже не знаю.
— Когда-нибудь, возможно.
— Возможно.
— И если не получится...
Адриан взял мою руку.
Не сжал.
Просто держал.
— Тогда не получится.
Год назад эта фраза могла разбить меня.
Теперь в ней не было приговора.
Я повернулась к нему.
— Ты действительно так думаешь?
— Да.
— Даже сейчас, когда снова остался главой?
— Особенно сейчас.
— Совет когда-нибудь вернется к наследнику.
— Наверняка.
— И?
Адриан пожал плечами.
— Дом пережил передачу командования. Пережил временного главу. Пережил аудит. Переживет и необходимость придумать нормальную систему преемственности, если у нас не будет детей.
— Очень непочтительно к многовековой традиции.
— Учусь у жены.
Я улыбнулась.
— У Морен?
— У нее.
Он поднял мою руку и поцеловал пальцы.
На них не было знака старой брачной печати.
Новая выглядела совсем иначе.
Тонкая линия на запястье, которую можно было полностью открыть для проверки в любой момент.
Никаких скрытых слоев.
Никакой опоры.
Никаких долгов.
Только зарегистрированная взаимная связь, которую мы оба выбрали.
Я посмотрела на нее.
Потом на Адриана.
Мне исполнилось тридцать два месяца назад.
В медицинской карте больше не существовало отметки о дефиците жизненного ресурса.
Врачи не обещали мне лишних лет.
Вообще никто не мог сказать, сколько времени у меня впереди.
Именно в этом была странная справедливость.
Мне вернули не гарантированное будущее.
Мне вернули мое.
Сколько бы его ни оказалось.
Я могла потратить завтрашний день на работу.
На отпуск.
На Адриана.
На спор с Ореном.
На плохую книгу.
На ребенка, если когда-нибудь мы оба этого захотим.
На совершенно бессмысленное утро, когда не происходит ничего важного.
Семь лет нельзя было прожить заново.
Но никто больше не решал за меня, кому принадлежат следующие.
Я закрыла рабочую папку и отодвинула ее.
Адриан посмотрел.
— Все?
— Все.
— Даже не дочитаешь?
— Завтра.
Он улыбнулся.
— Что будем делать сегодня?
Я встала и протянула ему руку.
— Потратим время.
— На что?
— Решим по дороге.
Адриан взял меня за руку.
И на этот раз мне не требовалось ни договора, ни суда, ни чужого разрешения, чтобы знать: этот вечер принадлежит мне.
Как и все мои годы.
