Добрые друзья - Джон Бойнтон Пристли
– Вот он, – сказал вернувшийся мистер Окройд, – Джоби Джексон. Давай, дружище, расскажи все сам.
Наш старый друг, мистер Джексон, обвел взглядом собравшихся и неуверенно потер подбородок. В этот короткий миг мы с вами видим его без налета привычной самонадеянности, составлявшего неотъемлемую часть его обаяния.
– Ну? – не выдержал мистер Гуч.
– Тут какая штука… – хрипло проговорил Джоби. – Вы ведь не отправите дело в уголовный суд, а? Если отправите, то я лучше в сторонке постою, лады? Для друга я что угодно сделаю – тем более с вашей труппой и впрямь не по-людски обошлись, – но мне не хочется сидеть в коробке и отвечать на вопросы всяких умников, мол, где я был четырнадцатого июля и все такое. Свидетельствовать я не буду, нет уж! Сейчас я вам все расскажу, только в коробку меня не сажайте, уговор?
– Не будет никакой коробки, не волнуйтесь, – успокоил его мистер Гуч. – Это совсем другой случай.
– Вот и славно, – обрадовался Джоби и продолжал гораздо охотней: – Вы хотите знать, откуда я взял, что с вами случится неладное, так? Та-ак. – Он умолк и окинул всех озорным взглядом, явно получая удовольствие от происходящего. – В общем, приехал я в Гатфорд. Как-то утречком забрел в пивную – не в таверну «У ярмарки», а в другую, попаршивей, дайте вспомню название… а, «Черный бык»! Слыхали про такую?
Мистер Гуч задумался.
– Угол Касл-стрит, – наконец сказал он. – Крохотное заведение, они в прошлом году чуть без лицензии не остались.
– Во-во! Ну, словом, прихожу я туда как-то утром пропустить по рюмочке с ребятами. Чтоб вы знали, ребятами я не друзей называю. Но кой-кого я знал. Многие, как и я, на месте не сидят, всю жизнь в разъездах. Они тогда не работали, заехали к Горли чинить грузовики – это местный умелец, машинки перебирает. Остальных ребят я не знал – все местные, пришли бандой, денег на пинту еле наскребли. Ну, сидим мы, значит, и вдруг к нам подходит какой-то здоровяк – костюмчик с иголочки, все как надо. Местные его откуда-то знали, будто бы делали для него какую-то работенку – когда вообще работали. Здоровяк этот на нас посмотрел, покивал, позвал хозяина, да и угостил всех пивом. Сенсация в суде! Потом, значит, хозяин ушел, мы порядком наклюкались, а здоровяк собрал нас в кружок и эдак тихо говорит: «Хотите по-быстрому заработать деньжат?» – «А чего делать надо?» – спрашиваем. «Да я просто разыграть кое-кого хочу, в отместку. Наживетесь в два счета, дело плевое». Честно говоря, мне он показался человеком, который за плевое дело платить не станет. Тут он и грит: «Пока карты не раскрыты, спрашиваю: кто в игре?» И я отказался. Подумал: «Не нравишься ты мне, дружище. Уж больно ты осмотрительный. Шибко осторожничаешь». Короче, я и еще пара человек отошли, сели в сторонке и стали делать вид, будто не пьем его пиво. Здоровяк пошептался с остальными еще минут десять, а потом слинял. Но я успел расслышать про концерт в местном театре. Когда он ушел, к нам подвалили остальные ребята. «Чего вы струсили? – спрашивают. – По фунту на нос за то, чтобы посмотреть концерт и освистать артистов, а потом еще по фунту в воскресенье, если все пройдет как надо».
– Так вот откуда взялись те хулиганы! – охнула мисс Трант. – Но зачем? Я не понимаю. Кто этот человек?
– Да, верно: кто это был? – спросил мистер Гуч.
– Я слышал его имя… – протянул Джоби. – Говорю же, некоторые из ребят его знали…
– Отлично! И как его зовут?
– В том-то вся загвоздка. Я забыл. Начисто. И это с моей феноменальной памятью, святый Боже! Да я благодаря ей выиграл больше пинт пива, чем вы сумеете проглотить за…
– Бросьте, – перебил его мистер Гуч. – Так не пойдет, знаете ли. Скорей говорите имя. Нам больше ничего не нужно.
– Это что еще за «бросьте»? – резко осадил его Джоби. – Броськайте хоть до посинения, толку не будет. Я весь день пытался вспомнить имя этого подонка. Скажи им, Джордж! Я ведь пытался, правда?
– Еще как пытался, Джоби, – скорбно проговорил мистер Окройд. Ему стало казаться, что он напрасно поднял весь этот шум.
– Может, вы запомнили его приметы? Какой он из себя? – спросил мистер Гуч, который больше не выглядел ни праздным, ни добродушным.
– Так, дайте вспомнить… Ну, здоровый такой. Гладко выбрит. Лицо красное. Под глазами мешки размером с яйцо. Явно за воротник закладывает. – От этих сведений было мало толку, потому что Гатфорд и окрестности могли похвастаться доброй дюжиной подобных господ. Но тут Джоби вспомнил еще кое-что: – Эй, погодите! Кношки! Он как-то связан с кношками!
– С кношками? – не понял мистер Гуч.
– Ну, с фильмами! С кино!
– А! – возликовал мистер Гуч. – Его звали Ридверз?
– В яблочко, дружище! – заорал Джоби, вне себя от восторга. – В самую точку! Ридверз, так его звали! Как же я забыл-то? Ридверз. Именно так, ошибки быть не может. Вы его знаете, мистер?
– Я знаю мистера Ридверза, – чуть помрачнев, ответил мистер Гуч, – а мистер Ридверз знает меня. Вряд ли он доставит нам много хлопот. Я располагаю о нем некоторыми сведениями: в частности, он хочет продать свои кинотеатры одному крупному синдикату. А теперь я выяснил кое-что еще, не правда ли? Так-так-так! Хм! – Он воззрился на мисс Трант, которая озадаченно морщила лоб: – Вы тоже его знаете?
– Пытаюсь вспомнить. Как-то раз, недели две или три назад, ко мне в номер ввалился жуткий человек. Сказал, будто имеет какое-то отношение к местным кинотеатрам, вел себя как свинья, хамил – я не стала с ним церемониться и выпроводила за дверь. Потом мне рассказали, что внизу он чуть не подрался с моими артистами. Уверена, это тот самый человек.
– Я тоже, – кивнул мистер Гуч.
– Сдается, скоро я навещу этого Ридверза, – начал доктор Макфарлан, свирепея на глазах.
– Оставьте его мне, доктор, оставьте его мне, – сказал мистер Гуч. – Я все устрою. Он вздумал нас разыграть – теперь пусть расплачивается. – Он повернулся к Джоби: – Не волнуйтесь насчет суда и дачи показаний. Насколько я знаю мистера Ридверза, до этого дело не дойдет. Но вот что вы можете сделать, дружище, и я лично позабочусь, чтобы вас щедро вознаградили: вспомните как можно больше имен тех ребят, что сидели с вами в баре. Так мы наглядно покажем мистеру Ридверзу, что знаем о его грязных делишках. – Он быстро выудил откуда-то бумагу с карандашом и отвел Джоби в сторонку.
– Вы молодец, мистер Окройд! – сказал доктор Макфарлан, пожимая ему руку. –
