Добрые друзья - Джон Бойнтон Пристли
– И правда! – воскликнула мисс Трант. – Чем бы это ни закончилось, я страшно вам признательна! Чудесно, что вы столько всего выведали.
– Да лан, ничего я не сделал. Благодарите Джоби.
– Нет, это все благодаря вам, и я просто не могу передать словами свою признательность. Послушайте, я уже давно хотела с вами побеседовать. Очень грустно, что труппа развалилась…
– И не говорите, мисс Трант. Страсть как жалко расставаться, ей-богу. Суз и Иниго днем уезжают – я поеду их провожать, ежели смогу, – и хоть я рад до невозможности, что они так хорошо устроились, прощаться с ними грустно. Славно мы втроем веселились…
– Но скажите, – сказала мисс Трант, посмотрев на него очень серьезным взглядом, – что вы думаете делать дальше? Вот о чем я хотела поговорить.
– Эх, я так приноровился к этой работе, что теперь прям и не знаю. Мы недавно это обсуждали. Суз хочет взять меня в Лондон, думает найти для меня работенку. А Джо предлагает поехать с ними, вдруг там чего выстрелит…
– Вот и я не знаю, что мне делать, – сказала мисс Трант. – Но я тоже хотела предложить вам поехать со мной. Давайте поступим так: сегодня вы серьезно поговорите со всеми артистами, а потом приходите ко мне – скажем, завтра утром. Тогда и обсудим все как полагается, хорошо?
– Уговор, – мрачно ответил мистер Окройд и неуклюже вышел за дверь. Однако с артистами в тот день он не поговорил и к мисс Трант утром не зашел.
– Давай, чо ль, закусим вместе, Джоби, – сказал он, когда они с победой покидали частную лечебницу. – Я ужо предупредил хозяйку – стряпуха первый класс, к нашему приходу как раз на стол соберет.
– Я с тобой, Джордж, – сказал Джоби, невероятно довольный происходящим. Ему пообещали вознаграждение за помощь мистеру Гучу, но и без этого сегодняшнее утро чрезвычайно его порадовало.
Едва они успели ступить на порог дома, как к ним подлетела хозяйка и что-то сунула в лицо мистеру Окройду – как будто очень хотела от этого избавиться и боялась, что оно вот-вот взорвется. Именно так она себя и чувствовала, потому что загадочным предметом была телеграмма. Увидев ее, мистер Окройд вмиг забыл о славных победах минувшего утра. «Хосподи!» – пробормотал он, глядя на клочок бумаги. Пришел черед Джоби прочитать телеграмму. «Приезжай скорее маме плохо Леонард». Он зацокал языком.
– Вот несчастье-то, Джордж, – сказал он с искренним сочувствием. – Твоя старуха захворала? Худо, худо… Очень скверно, Джордж. Но будем надеяться на лучшее.
– Было у меня предчувствие. Ей-богу, было, – забормотал мистер Окройд. – Надо скорей ехать. Во сколько первый поезд в ту сторону?
Джоби знал: по части поездов ему не было равных. Первый отправлялся посреди дня, так что у мистера Окройда еще оставалось время пообедать, нацарапать на бумажке записку с браддерсфордским адресом для мисс Трант – для передачи «через хозяйкиного мальца», – собрать вещи, расплатиться за жилье и спешно попрощаться с Сюзи и Иниго. Остальных повидать он не успел, но, возможно, они еще будут здесь, когда он вернется – если вернется. Джоби проводил друга на вокзал, хотя его поезд отправлялся только в пять.
– Всего наилучшего, Джордж. И не забудь: Джоби Джексон, «Уорлдс фейр», – там тебе в два счета скажут, как меня найти. Не вешай нос!
– Бывай, Джоби. Свидимся как-нибудь! В дороге, а?
И его поезд с ревом помчался на север.
Глава 6. Мистер Окройд едет домой
I
Были поздние сумерки, когда поезд мистера Окройда прибыл на Блэкмурский узел. Уличные фонари мерцали на холмах, тут и там ползли вверх-вниз трамваи, похожие на золотых жуков. Поезд, как положено, на несколько минут остановился в Блэк-Муре, а затем, растеряв весь пыл, медленно пополз в темноту, пока не встал окончательно на вокзале Браддерсфорда. Мистер Окройд сошел на перрон, держа в руках небольшой чемодан, который уже давно заменял ему плетеную корзинку, и легким шагом бывалого путешественника двинулся к выходу. Теперь – когда он провел всю осень и зиму в дороге и объездил множество городов, от Сэндибэя до самого Миддлфорда, – ему было достаточно одного взгляда, чтобы составить полное впечатление о вокзале. Сегодня он впервые со дня своего внезапного отъезда вернулся в Браддерсфорд (пусть он уже бывал на Огден-стрит зимой, сразу после Рождества, тогда он приехал на трамвае из Ладденстола, а это не считается). Мистер Окройд часто представлял, как вернется домой вот так, на поезде, после небольших каникул, праздно выкурит трубочку в Вулгейте, когда все уже давно разойдутся по фабрикам, а вечерком заскочит в рабочий клуб – рассказать, куда он ездил и что видел. Но теперь все было по-другому. Мистер Окройд возвращался домой с тяжелым сердцем и мрачными мыслями. Когда он переходил Маркет-стрит в сторону Вулгейта, с черной башни городской ратуши донеслась отрывистая мелодия «Тома Боулинга» – в исполнении курантов она звучала крайне заунывно. Мистер Окройд никогда ею не восхищался, но теперь едва не пришел в ужас. Как народ терпит этот жуткий лязг? Загадка!
– Эй, земляк! – крикнул он продавцу газет на углу Вулгейта. – Есть свежий «Ивнинг экспресс»?
Покупка газеты немного его взбодрила.
Однако в Вулгейте его ждало потрясение. Музыкально-мясная лавка Баттершоу была закрыта и пустовала, на двери висела табличка «Сдается». Видно, там что-то стряслось. Когда это он разговаривал с миссис Баттершоу про Лили и песенки для пантомимы? Ах да, в воскресенье, он ехал куда-то на трамвае. Джо Баттершоу прожил здесь двадцать пять лет; все знали лавку Джо; а теперь лавка закрыта. Город сразу показался мистеру Окройду ненадежным и зыбким, как будто прямо у него на глазах исчезла половина улицы.
Дом № 51 по Огден-стрит выглядел пустым. Если Леонард по-прежнему работал у Грегсона, то его рабочий день еще не закончился, но внутри, казалось, не было вообще никого. Мистер Окройд постучал, прекрасно сознавая бессмысленность своего стука – такой у дома был заброшенный вид.
– А, вот и мистер Окройд! – Из-за соседней двери выглянула миссис Сагден. – Одну минуту! У меня есть ключ.
Она открыла дверь и прошла в коридор вместе с ним. В очаге еще теплился огонь, и стол был накрыт для позднего чая. Миссис Сагден, оживленно носясь по комнате, пылко тараторила:
– Это Леонард за вами послал? Я ему советовала за вами послать. Последнее время я для него готовлю и иногда прибираю в доме. Такой юноша ведь сам о себе не позаботится, верно? Да и жалко мне его, честное слово, жалко.
Мистер Окройд, который к этому времени окончательно потерял покой,
