Холмс. Гарольд Холмс - Miledit
— Мой ответ — нет. И он окончательный. Ты можешь просить что угодно — книги, инструменты, контролируемый доступ к базам данных…
— Мммм… Тогда как насчет еще одной встречи с милым Джимом? — предложила еще один вариант Эвр. — Помнится, у нас были прекрасные пять минут наедине на Рождество. Я бы не отказалась их повторить…
— И здесь я тебе вынужден отказать. По вполне прозаичной причине: Мориарти у меня нет.
— О! И где же тогда милый Джим?
— Не имею ни малейшего понятия, — пожал плечами Холмс. — Если выяснишь — дай мне знать. Так ты поможешь?
— А ты дашь мне познакомиться с племянником?
— Нет.
— Вот и ответ на твой вопрос.
Эвр взяла отложенную ранее скрипку, поднесла ее к подбородку и снова начала играть, не обращая больше на брата никакого внимания. Играла она ту же странную мелодию, что и при его приходе, но теперь она звучала иначе: громче, настойчивее. Майкрофт со вздохом поднялся и направился на выход. Уговаривать было бессмысленно: если Эвр упиралась, то переспорить ее было невозможно. Оставалось попробовать обратиться к ней в другой раз, когда она будет в настроении.
— Кстати, — Эвр вдруг оживилась, будто бы вспомнив что-то приятное, — передавай привет Шерлоку. Как он там?
— Шерлок мертв, — ровно сказал Майкрофт.
Эвр усмехнулась и иронично приподняла бровь.
— Мертв? — переспросила она. — Ну надо же. Какая незадача.
Майкрофт подошел к двери, но Эвр вновь окликнула его:
— Ладно, если не хочешь передавать привет Шерлоку, то передай привет тому забавному мальчику… как же его звали?
— О ком ты? — напрягся Холмс.
— Да был здесь несколько лет назад крайне интересный молодой человек. Что-то мне подсказывает, что Гарольд скоро с ним увидится. Как же его…? Ах, да. Снейп. Северус Снейп. Не такой милый, как мой дорогой Джим, но все равно забавный.
— Не знал, что ты виделась со Снейпом, — заметил Майкрофт, неприятно удивленный этим фактом.
— Столкнулись случайно в коридоре, — невинно улыбнулась Эвр. — Его вели на обследования, а я как раз оттуда выходила. Или наоборот? Впрочем, неважно.
— Что ты ему сказала?
— Ничего существенного. Просто помогла ему немного… переоценить свои приоритеты.
Майкрофт Холмс качнул головой и вышел из камеры. С него было довольно: Эвр любила говорить загадками и играть в словесные игры. Ей нравилось манипулировать людьми, вертеть ими, как ей вздумается. Именно поэтому встречи с ней один на один были под запретом, Майкрофт точно проговаривал это с руководством Шерринфорда!
Тем не менее, дорогая сестра успела как-то пересечься с одним из заключенных! И не с кем-нибудь, а с чертовым магом! Что она успела наговорить и так не особо вменяемому Снейпу, и в чем убедить его — одному Богу известно! Пожалуй, это следовало обдумать. А заодно предупредить Гарольда, чтобы в Хогвартсе держался подальше от Северуса Снейпа.
Глава 25. Пять косточек
Вагон Хогвартс-экспресса плавно покачивался на рельсах, отмеряя мили пути от Хогсмида до Лондона. За окном мелькали заснеженные поля, редкие деревья и иногда — маленькие станции, остановка на которых явно не предусматривалась стандартным маршрутом школьного поезда. Колеса выстукивали ровный, монотонный ритм, в коридоре слышались голоса: Энтони Голдстейн и Сью Ли перекликались с кем-то из третьего купе, обсуждая каникулы и планы на них, кто-то из старшекурсников играл на волшебной флейте. Двери в тамбуре то и дело открывались и закрывались, пропуская из других вагонов компашки, которые никак не могли определиться, где им сидеть.
Гарольд устроился в одиночестве в купе, которое предусмотрительно занял заранее, пока остальные студенты прощались с друзьями, обнимались, обещали писать письма и вот это вот все. Ох уж эти социальные ритуалы! С точки зрения Холмса, они были утомительны и неэффективны. Куда как продуктивнее было потратить время на размышления.
Нет, Энтони и Сью пытались затащить Гарольда в общее купе, но Холмс вежливо отказался: ему нужно было подвести итоги. Три с половиной месяца в Хогвартсе, две раскрытых загадки (причем одна — со смертельным исходом), и бесконечное количество наблюдений требовали осмысления. Тем более, что следовало решить, что рассказывать Майкрофту и под каким соусом все подать, чтобы не получить нагоняй за утаивание важной информации.
С Салли-Энн Перкс все кончилось так, как Гарольд и предполагал: девочку, конечно, нашли. Холмс не сомневался: подсказка, оставленная Мориарти, сработала. Вермеер привел Дамблдора к краеугольному камню или к тому месту, где агент спрятала Салли-Энн. Что директор решил относительно того, откуда картина взялась в Запретном коридоре, Гарольд не знал. Не слышал, не подслушивал, не выпытывал. Но по тому, как выглядел Дамблдор в последние дни перед каникулами, — задумчивый, рассеянный, отстраненный, — Холмс сделал вывод: директор думает вообще не в ту сторону. Скорее всего, он все еще винил во всем Тома-Волдеморта. Ему даже в голову не приходило, что на самом деле за всем стоял маггл, который решил добавить магии в свой мир.
«Слепое пятно, — отметил про себя Гарольд. — Дамблдор настолько не привык принимать во внимание магглов, что даже не рассматривает возможность их появления в магическом мире».
Для директора Хогвартса это была игра с одним противником. Он даже не догадывался, что на доске появился второй игрок.
И это, как понимал Холмс, было проблемой. Не его проблемой, конечно. Пока что.
Итак, Салли-Энн нашли и препроводили в Больничное крыло. Девочка провела все это время под стазисом — заклинанием, которое заморозило ее тело и сознание. Она, вроде как, ничего не помнила и выглядела потерянной, что, в общем-то, немудрено: открыть глаза и узнать, что на дворе уже декабрь, а не начало сентября — так себе новость.
Перед самым отбытием Хогвартс-экспресса Гарольд мельком видел Перкс на перроне. С ней говорил профессор Флитвик, и Холмс, случайно проходя мимо (ну, не совсем случайно, конечно, он нарочно попытался подобраться поближе, потому что знал: миром правит информация!), услышал обрывок разговора:
«…вы пропустили много материала, моя дорогая, пока спали, — Флитвик говорил тихо, но его писклявый голос все равно пробивался сквозь шум. — Но мы поможем вам нагнать программу. Не переживайте. А на каникулах хорошенько отдохните…»
Что ж, агент Мориарти неплохо сработала. Элегантное решение. Ну, если не считать того, что бедняга Салли-Энн лишилась нескольких месяцев жизни и теперь будет вынуждена как-то догонять однокурсников.
Флитвик продолжал говорить что-то о чудесном спасении и о том, как важно теперь сосредоточиться на учебе, но
