Белое крыло - Анна Дарвага
Это был Агатон. Он сильно изменился: волосы посерели, губы побледнели и потрескались. И еще бывший ангел был ужасно худ.
– Алекс, гляди! – позвал Габи. Тот обернулся туда, куда указывал друг, и мгновенно помрачнел. – Пригляди за нашими, я скоро!
Габи помчался, брассом загребая воздух, и подлетел к Агатону со спины.
– Агатон, здравствуй! Это Габриель, – тихо проговорил он на ухо другу, тот распрямился и слегка улыбнулся.
– Привет, Габи! Как ты поживаешь? – вслух, но тихо ответил Агатон.
– Не на что жаловаться. Если посмотришь под лавочку, найдешь деньги. Один хранитель понял, что от очередного обеда в фастфуде дитятю настигнет некроз панкреаса [8], а наш бедный коллега еще от перелома лодыжки своего человека не отошел. Поэтому он решил, что потерять заначку будет проще для всех. Вот ветерком как раз надуло. Чистая случайность, конечно. Там немного, но на некоторое время хватит. Тебе нужна еда! На тебя больно смотреть.
– Не переживай за меня, Габи, я привыкаю к своему новому существованию. Но благодарю тебя за заботу. Многие поддерживают меня, хотя я этого и не достоин.
– Не нужно так говорить. Я верю, что в случившемся нет твоей вины! – взвился Габи.
– Есть вина, в любом случае есть. Даже если предположить, что вмешался лукавый. Мне следовало быть начеку.
Габи хотелось рассказать про дело Никодемуса, про то, что сейчас идет расследование. Про то, что был шанс, что они хотят добиться пересмотра его дела, но вовремя остановился. Хуже всего дать ложную надежду – она не поможет в таком горе.
– Ты достоин лучшего, и я надеюсь, что не все потеряно, – вместо этого сказал Габи.
– Спасибо на добром слове!.. Как твои дела? Как твой человек? – Агатон решил перевести разговор на мажорный лад.
– Да вот с Алексом сделали попытку одним выстрелом убить двух зайцев и познакомить наших подопечных, – махнув рукой, ответил Габи.
– Ну и как?
– Бесполезно. Они точно останутся друзьями, эти двое дикобразов неисправимы, и я совершенно не представляю, что против этого предпринимать.
Агатон усмехнулся:
– Возможно, не стоит искусственно форсировать события? Всему свое время. Если КПЭ существует, как правило, дело ангела не в том, чтобы приближать события, а в том, чтобы ничто не мешало их наступлению. Значит, срок еще не настал. Хотя… кто я такой, чтобы давать тебе советы? – Агатон замолчал и поджал губы.
Габи провел крылом по его волосам, отчего людям всегда становилось теплее и радостнее. Агатон почувствовал это заботливое движение и улыбнулся.
– Спасибо за твою доброту, Габ! Я буду рад, если мы снова увидимся когда‑нибудь. А теперь иди – не стоит так надолго оставлять пост. Время неспокойное!
– До скорого, Агатон! – Габи еще раз погладил крылом волосы друга и улетел.
Когда Габи вернулся на плечо дитяти, Алекс спросил:
– Ну как он?
– Не очень. Все еще винит себя, – ответил Габриель.
В ответ Алекс только глубоко вздохнул. Габи тоже не стал ничего говорить. Дитяти промерзли и собрались расходиться. Пока они прощались, Габи неожиданно и с несвойственным ему остервенением рявкнул:
– Я пойду к Константину! Они должны пересмотреть дело!
– Расследование идет, – примирительно сказал Алекс.
– Идет, но я хочу удостовериться, что оно затрагивает не только Никодемуса. Кстати, ты хоть какие‑то новости слышал по этому поводу?
– Все очень туманно, ничего конкретного. Разбираются.
– Мы можем попасть в неприятности в любой момент, если на ангелов-хранителей объявили охоту, – горячился Габи. – Причем внаглую! Ты же понимаешь? Лукавый был не где‑нибудь – он проник в Министерство. Под самым носом всего светлого воинства. Ты, я, Бо, Фил – кто угодно сейчас может стать следующей жертвой. Если мы отстоим Агатона, это будет гарантией, что за нас самих заступятся, а не выставят вон!
Окончив свой спич, Габи глубоко вдохнул и задержал дыхание, чтобы унять гнев.
– Когда соберешься, бери меня с собой, – сказал Алекс и махнул на прощание.
Дитяти расходились в ранних зимних сумерках. С неба падали пушистые хлопья снега, которые напоминали перышки с ангельского крыла.
Глава 7
Бакланьи лапы
Только месяц остался до Нового года, а это значит, что дитятя выходит на охоту в торговый центр. В этот раз она выбрала себе в спутницу древнюю, еще институтскую подругу. Ее ангела-хранителя по имени Фабиана – или просто Фаби – Габриель очень любил и предвкушал приятный день.
Большой торговый центр перед главными зимними праздниками – это вавилонское столпотворение, у участников которого в жизни проблемы сводятся к покупке подарка или наряда на вечеринку. Еще недавно, чтобы спасти своих людей от транжирства, ангелы выводили из строя телефонные сети и банковские серверы. Но на такие методы жаловались хранители инженеров и айтишников, ведь их подопечным доставалось за поломки. После большого совещания совет Министерства постановил не устраивать из предновогодних покупок трагедий. Однако кое-кто в своем рвении по-прежнему доходил до того, чтобы подстроить простуду своему дитяте или подшаманить с аккумулятором машины – лишь бы не допустить мук вынужденного безденежья. Габи в этом отношении повезло. Его дитятя была экономной, да еще и сумку всегда держала перед собой, чтобы не искушать карманников. К тому же она обладала уникальной способностью заглянуть в любой, самый привлекательный магазин и выйти с пустыми руками. Последнее обстоятельство вызывало особую зависть у Фаби. Ее дитятя могла вытащить по баулу всякой белиберды из любого торгового закутка.
День был морозным и солнечным. Над городом в воздухе висели монолитные столпы белого дыма, снег поблескивал тысячами микроскопических осколочков. Встретившись, ангелы расцеловали друг друга в щеки. Всем своим видом Фаби напоминала добрую тетушку или старинную подружку матери, которая помнит тебя с пеленок. Она была полнотелой, кудрявой, с веселыми глазами и постоянной улыбкой на сочных губах. Кисти рук – мягкие и округлые, с ямочками у оснований пальцев. Говорила же она всегда низковатым грудным голосом. Коллеги расположились на плечах своих подопечных, как на шезлонгах, и, потягивая ароматный кофе, обсуждали последние новости. Конечно, коснулись и последних тревожных событий. Дойдя до этой темы, Габи стал мрачнеть и нахохливаться.
– Друг! – улыбнулась Фаби. – Позволь здесь побравировать моим опытом. Все‑таки я на земле много тысяч лет.
Прежде чем начать рассказ, Фаби не забыла отхлебнуть кофе и приговорила шоколадный батончик.
– Возможно, ты помнишь про Великий Раскол. – Она посмотрела на Габи, тот закивал, вытаскивая из памяти исторические рассказы. – Как
