Чудовища на Полынной улице - Софа Вернер
– Не уверен, что в желудке бхута будет удобнее, чем в ракшасе.
– А когда это из наших упырей сделали пятизвездочные отели, чтобы ты жаждал стать их обедом?
– Так они же свои, родные. Выбери упыря – умри патриотом! – фыркнул Миша, развеселившись от своей же дурацкой шутки. – Но я все еще хочу услышать от тебя самое главное: действует ли на этих тварей полынь? – Миша свернул на небольшую парковку и, присмотревшись к больнице, затормозил на въезде. – Она не заброшенная! Мы вообще туда приехали?
Ева тоже с любопытством вытянула шею, рассматривая территорию вполне себе действующей больницы. Об этом свидетельствовали и несколько «буханок» с красными крестами за шлагбаумом, и пациенты, проветривающиеся в халатах у приемного отделения, и охранник, безразличный к перегородившей проезд машине.
– Ник в сговоре со сталкерами? – предположил Миша, но все-таки запарковался на свободном пятачке.
Ева скептично хмыкнула и принялась быстро печатать, проверяя информацию. Отстегнувшись, Миша утащил остаток крекеров и флегматично ими захрустел.
Спустя пару минут выяснилось, что да, больница действующая. Только пару корпусов, расположенных в конце территории, забросили около пяти лет назад. Туда-то и полюбили пробираться местные подростки, а заодно в сети завирусились несколько видео из морга под оставленными зданиями.
Как бы Мишу ни тревожила мысль, хватит ли им умений справиться с чем-то незнакомым, вперед гнал шанс, что пропавшая группа еще жива. Даже один спасенный человек был весомым поводом не тратить время на поиски информации, а просто пойти и попытаться вытащить хоть кого-нибудь. Ева была с этим солидарна.
Свою тактику они называли «безрассудство и логика». За логику отвечала Ева, за остальное – Миша.
– Тебе чего дать? Арматуру или биту? – спросил он, открыв багажник.
Ева сняла с подзарядки фонарики. Свой сразу надела на голову, поправила резинку и пощелкала кнопкой включения, проверяя работу. После чего быстро рассовала по карманам джинсов и ветровки пучки трав. Высушенные полынь, душица, тысячелистник, крапива и зверобой, что по отдельности, что в сочетаниях, отлично работали против нечисти.
– Биту, – подумав, решила Ева и передала Мише в ответ связку тонких, обрезанных прутьев ивы, оставшихся с недавнего Вербного воскресенья. Она знала, что работать с церковным эгрегором ему проще, чем с магическим.
Арматура, оставшаяся Мише, когда-то была металлической штангой из старого одежного шкафа. Миша ее доработал: отделал по краю сплавом железа и серебра, а потом хорошенько заточил. Бита же была самой обычной, для бейсбола, с большим и прикольным стикером посередине, с надписью «Вышибала».
Мимо с громким смехом и орущей музыкальной колонкой проехали подростки на велосипедах.
– Зрители просили сталкеров снять морг, так что, скорее всего, те пошли именно туда, – говорила Ева, пока они заканчивали с экипировкой. – Видео оборвалось за первым же поворотом, и сказать точно, в какой момент произошло нападение, сложно. Но если бы близко к выходу – тот, кто шел последним, успел бы сбежать. Я нашла несколько роликов от других сталкеров, которые были до них, и примерно поняла планировку. Не заблудимся.
Заблокировав машину, Миша и Ева спокойно прошли через центральные ворота, не вызвав у охранника интереса. Точнее, пока они готовились, за ними наблюдали, но на проходе не задали ни единого вопроса. Видимо, мимо регулярно шныряли любители острых ощущений.
– Брали бы уже за проход деньги, – предложила Ева, – неплохо бюджет поправили бы.
– Монстрам пришлось бы покупать абонемент?
Навигатор провел их мимо дневного стационара и детского отделения в сторону покосившегося забора и густого леса.
– Ха! Они вообще должны за аренду платить. И штраф за сожранных сталкеров. Ну… гипотетически сожранных, – поспешно поправила себя Ева и нахмурилась.
Мише не понравилось, с какой уверенностью Ева сказала это. Видимо, чуйка работала в обход еще теплящейся надежды. Парней – судя по видео, студентов, приехавших домой на каникулы, – было жаль.
Первый заброшенный корпус нашелся за инфекционным отделением. Стандартная двухэтажная коробка подслеповато щурилась из-за деревьев провалами окон и дверей. Вокруг валялось огромное количество мусора и битого стекла, а внутри, кроме облезлых стен и неприличных надписей, не нашлось ничего интересного.
В нос ударила густая сладкая вонь, будто в кустах валялись мешки с гнилыми манго или папайей… возможно, еще какими-то фруктами, Миша не был знатоком экзотики. К этому амбре примешивался тяжелый запах благовоний, от которого тут же разболелась голова.
Съеденным крекерам Миша уже не радовался.
Миша и Ева прошли по первому этажу, чутко прислушиваясь и к окружающему миру, и к своим ощущениям. Где-то за забором больницы тревожно залаяла собака. За этим последовал гневный мужской окрик. Кажется, испуганное животное рвалось с поводка и пыталось сбежать с привычного маршрута прогулки. Запах благовоний и фруктов мешал сосредоточиться.
Спуска в подвал у этого здания не нашлось. Миша даже обошел его по кругу, ища приметную сломанную рябину со стоп-кадра. Чуть дальше, в самом конце территории виднелся еще один корпус, точная копия этого.
И у него Миша с Евой оказались не первыми. Сначала они увидели валяющиеся велосипеды, затем услышали звонкие голоса:
– Ну что такое?! Недавно же батарейки меняла! Опять не работает…
– Сдался тебе подвал. Пустых стен хватает!
– Дим, а у тебя нет фонарика?
Ева тяжко вздохнула, Миша закатил глаза. Что бы ни появилось в заброшенном морге, оно рисковало умереть от переедания. Очередной обед прямо-таки рвался скорее оказаться на монстрином столе.
– Детишки. Приехали и на свежем воздухе… – переделал Миша цитату из фильма и опять посмеялся над своей дурацкой шуткой.
Остановившись чуть поодаль, они насчитали троих подростков, судя по виду и поведению – старшеклассников. Один, щуплый и темноволосый, уже самозабвенно разрисовывал стену ближайшего кабинета фаллической символикой. Единственная девчонка в команде переминалась у той самой рябины и щелкала карманным фонариком. За локоть ее придерживал серьезный белобрысый юноша, не пуская в темноту.
– Телефоном подсвечу. – Девчонка дернула рукой, вырвавшись из захвата. – Не придумывай! Я просто закончу рисунок.
– Боевая, – оценил Миша.
– Когда в подобных местах ломается то, что хорошо работало, – нужно уносить ноги, – фыркнула Ева.
– Только в школе этого не преподают. И в соцсетях не рассказывают, – заступился за девицу Миша.
– Зато инстинкт самосохранения – врожденная фича. Но тут эволюция дала сбой.
Так-то Миша был согласен, но вместо этого улыбнулся:
– Не хочешь, кстати, блог завести? Образовывать молодежь…
Ева больно пихнула его локтем в бок.
– Ладно, ладно, не дерись. Я знаю, что самая боевая здесь ты. – На всякий случай Миша сделал шаг в сторону. – Как прогонять будем: харизмой и убедительностью или по старинке?
– Харизмой детей ныне
