Отпустить 10-го - Хлоя Уолш
Глаза Сайв наполнились слезами; она с вымученной улыбкой отвернулась.
— Конечно, милый.
— Э-э... в общем, спасибо за торт. — Я покачал головой и двинулся к выходу. — И, ну... извини.
Не дожидаясь ответа, я по примеру Гибси рванул на улицу и, побив собственный рекорд, в считаные секунды очутился на подъездной аллее своего дома.
— По-моему, ты довел маму до слез, — запыхавшись, сообщил я Гибсу, который кидал баскетбольный мяч в стену гаража.
— Отлично, — буркнул он и снова бросил мяч.
— Ты ведь не всерьез.
— Думаешь?
— Не всерьез, — попробовал вразумить я и чудом увернулся от летящего с бешеной скоростью мяча.
Просвистев у меня над ухом, мяч с грохотом врезался в мусорные баки.
— Может, сбежим? — Гибс подобрал мяч и снова прицелился мне в голову. — Думаю, у нас получится.
— Хватит с меня побегов. — На сей раз мне удалось поймать снаряд в полете. — В прошлый раз ты надул на мой спальник. — Я изо всех сил швырнул в друга мяч. — А я был внутри!
— Это вышло случайно. — Гибс снова запустил в меня мячом. — Забудь.
— Обязательно, — рявкнул я, блокируя удар. — Как только перестанешь в меня кидаться.
— Я в бешенстве!
— Знаю.
— Ненавижу этого козла!
— Знаю.
— Не хочу с ней жить!
— Знаю.
— Хочу к папе!
— Знаю.
Тяжело дыша, Гибс долго, чуть ли не целую вечность смотрел на меня серыми, полными слез глазами и наконец судорожно перевел дух.
— Хочу, чтобы все стало как раньше, Хью.
— Понимаю, Гибс, — сокрушенно вздохнул я. — Я тоже.
— Но ведь этого не произойдет?
— Нет, Гибс. Думаю, что нет, — медленно покачал головой я.
Полностью раздавленный, Гибс добрел до конца подъездной аллеи и опустился на землю. Обхватил колени руками и уставился на свой дом.
Я не знал, как его приободрить, и это убивало. Мне безумно хотелось помочь другу. Хотелось все исправить. Чтобы его папа вернулся домой и семья воссоединилась.
Но я ничего не мог.
Мог только сидеть рядом с другом за компанию.
— Прости, что чуть не снес тебе голову, — произнес Гибс, окончательно успокоившись.
— Все нормально.
— Ты по-прежнему ждешь меня в понедельник на день рождения?
— Само собой.
— А потом мы пойдет собирать конфеты?
— Да, Гибс.
— И я останусь у тебя с ночевкой?
— Ага.
— А когда родители уснут, мы закидаем дом старого козла яйцами?
— О да.
— Супер. — Он с улыбкой толкнул меня плечом. — Кстати, Шинейд с твоей сестрой скоро вернутся из парикмахерской?
Закатив глаза, я сердито глянул на друга, но в глубине души обрадовался, что он завел любимую тему.
— Ты можешь хоть раз притвориться, что тебе интереснее всего со мной?
— Извини, Хью, но врун из меня так себе, — хихикнул Гибс, сделавшись прежним приколистом. — Твоя мама до сих пор требует позвать подружек Клэр?
— Угу. — Мои плечи уныло поникли. — Но я засяду за приглашения только сегодня вечером, а у мамы как раз смена. Может, сумею увильнуть.
— А кого надо пригласить?
— Забыл, как их зовут. — Я пожал плечами. — Но точно четверых.
— Четверых? — выкатил глаза Гибс.
— Угу.
— И нам придется с ними играть?
— Угу.
— Все время?
— Угу.
— Господи, — простонал Гибси. — Что нам делать с четырьмя девчонками?
— Пятью, — мрачно поправил я. — Ты не посчитал мою сестру.
— Клэр одна из нас, она не в счет. И потом, мы любим с ней играть.
— Ты любишь.
— Не кисни, — попробовал поднять мне настроение Гибс. — Вдруг девчонки окажутся похожими на твою сестру.
— Вот-вот, — содрогнулся я. — Не могу представить ничего хуже.
Неприятности стучатся в дверь
27 октября 1994 года
Лиззи
— Спасибо, Лиззи, — шепнула Шаннон.
Мы сидели возле кабинета директора и ждали родителей.
— Но напрасно ты. — Она подняла на меня огромные синие глаза. — Теперь у тебя будут неприятности.
— Плевать, — фыркнула я. — Он обидел мою подругу, довел до слез.
— Да, но ты укусила его до крови. — Шаннон пожевала губу. — Тебя теперь накажут.
Само собой.
Папа зашел в кабинет жутко злой; директор с учительницей тоже. Все они злились на меня.
Однако мне не было стыдно.
Не хотелось кричать.
Наоборот, по телу разливалось тепло.
В мыслях царил мир и покой.
Я всегда чувствовала себя так рядом с Шаннон Линч.
Вот бы нам никогда не расставаться.
— Спасибо. — Ее плечи дрожали. — За меня еще никто не заступался.
— Я всегда буду тебя защищать. И Клэр тоже, — поспешно добавила я, вспомнив кудрявую девочку из нашего класса.
Мы подружились с первого учебного дня. С веселой, бойкой Клэр я чувствовала себя счастливой. А с тихой, спокойной Шаннон я чувствовала себя в безопасности.
На первых порах я боялась идти в «Святое сердце». Эта школа совсем не походила на ту, где мне помогали доставать застрявшие слова из горла. Но взрослые сказали: я справляюсь так хорошо, что наконец могу учиться здесь. Я не совсем понимала, о чем речь, и жутко боялась переводиться — ведь тут всем детям по четыре или пять, вдруг они будут надо мной смеяться?
Когда учительница усадила меня за круглый стол, к маленькой девочке с темно-каштановыми волосами, я почувствовала себя не в своей тарелке. Но тут Шаннон улыбнулась и сказала, что уже второй раз идет в начальную школу и в марте ей исполняется шесть. После таких слов мне сразу стало легче. А потом выяснилось, что Шаннон — младшая сестра Даррена, друга Кивы, и мне стало совсем хорошо. Брат с сестрой были очень похожи, оба добрые.
Вскоре учительница посадила к нам еще одну девочку — не робкую, как Шаннон, и не странную, как я. Новая девочка напоминала солнечный свет. Все мечтали сидеть и дружить с Клэр Биггс, но она отказывалась сидеть и дружить с кем-либо, кроме нас.
— Почему твоя мама
