Каникулы в Дребезиново - Ника Дмитриевна Ракитина
Только жизнь студенческая поразгульней будет. Уже к концу первого курса съездил Андреев батюшка на приемыша посмотреть, в ужас пришел. Тогда в первый раз и запер его в имении. Аж на два года. После еще в одно училище пристроил, теперь уж во Властинце. Хоть и непрестижное оно, зато проще проверять было. Брали Олега в обучение охотно — талант же! В этот раз продержался он года два: пока Андрей университет заканчивал — присматривал за братцем молочным. Потом Звягинцева работа да семейная жизнь затянули, не до Олежековых проблем стало. Хоть и виделись порой.
А потом Илья Родионович погиб. Ну и на похороны ехать, а Олега нет. Еле нашел его тогда Андрей — пьяного, с девками какими-то и такими же обормотами-художниками. Рассердился и снова в имение отправил. А Олег вдруг там прижился. Когда через два года скончалась Елена Марковна, возвращаться и жить с молочным братом отказался.
— Вы с ним поосторожнее, Марина. А то у него сначала «ты моя муза», а потом… — Звягинцев смущенно замолчал.
— Не боись, Андрюша, я рядом с девочкой буду. Может, и не все время, а уж хвост охальнику откручу, — похлопала его по плечу с заднего сиденья Агафья. — Хоть и своенравная она у тебя.
— Есть такое, — фыркнул Андрей и с улыбкой покосился на Клюеву.
Марина пожала плечами. А что? Какая уродилась. Может, она и готова на все на свете для Андрея Ильича, но под дудку тетки этой плясать точно не станет. Так-то она неплохая, но вот после сборов в дорогу закрались у Клюевой сомнения.
Ехать предстояло долго, поэтому Звягинцев сразу предупредил, что остановки будут — и им поесть надо, и Герострату лапы размять. Дважды они трапезничали в разных селах. А в третий — в деревне Расторгуево, ближайшем к усадьбе крупном населенном пункте, вполне уже тянувшем на городок, но пока не получившем этого статуса. Отсюда на самоходке ехать предстояло еще час, если не больше, все проголодались, а в усадьбе могли и не поспеть вовремя с ужином, хотя когда приедут, телеграфировал Звягинцев заранее.
В харчевне — большой, светлой, чистой — Андрея узнали. Может, и не часто он в имение наведывался, а все же не так много в округе дворянских поместий, чтобы инкогнито сохранить. Впрочем, Звягинцев и не пытался, сам поздоровался с владельцем, а после и кое с кем из посетителей. И начал выспрашивать про новости из Дребезиново. Ох и полилось в уши!
— Да туда даже вороны не летают, в туман ихний! — вещал рыхлый мужик с оттопыренным ухом. — Мне давеча пацаненок один рассказывал: подлетают к туману и тут же обратно.
— Вороны, может, и не летают, а иных он и сам не берет, — прошамкала старуха в меховой жилетке, до того тихо потягивавшая взвар в углу. — Стариков вот, например. Говорят, старики как в стену упираются, и не пройти дальше.
— А один мужик в туман полез, а через три дня за десяток верст от дома его нашли. Дурного да напуганного. Я вам дело говорю, я от Фимки Хромого слышал, а он врать не станет.
— А я вам так скажу: это все господская усадьба виновата! — хорохорился мелкий тощий мужичонка. — Дом там старый, он через болото дышит. Вот туман и выходит. И людей ест!
— Так уж и ест? — не выдержал Андрей, а Агафья схватилась за оберег на шее.
— Я тебе дело говорю, барин, — уверенно заявил тот. — Как есть сжирает. И гать сожрал — с нее и начал, чтобы легче людей в болота заманивать было. А еще дверь там есть.
— Какая дверь? — совсем потерял нить повествования Звягинцев.
— А такая! Стоит посреди болота и ждет, кто в нее войдет. И сжирает.
— Онисим, не мели! — не выдержал трактирщик. — Когда только успел глаза залить, балабол старый!
Марина слушала с интересом, но, как и сыщик, не слишком в треп селян верила. В отличие от Андрея, ничего она против мистики не имела, уж успела убедиться, что всякое бывает. Одна Дунька, дух реки, что через Ухарск протекает, чего стоила. Впрочем, реку так Дунькой и звали, а правильного имени и не помнил почти никто. Только здесь и сейчас фантазии напуганных мужиков и баб явно больше было, чем правды. Даже Герочка презрительно фыркал.
А вот Звягинцев волшебства, если не от человека оно, от природы, от духов, чурался. Не нравилось оно ему. А и вправду: как расследование вести, если в нем такая вот Дунька замешана? Враз все с ног на голову перевернет своим колдовством. Впрочем, на месте уже разбираться они с любимым начальником станут. Пока же лишь одно понятно: в Дребезиново в самом деле неладно.
Глава 3
рис 5
К поместью они подъезжали по кружной дороге. По короткому пути из деревни Андрей ехать не рискнул — болото близко, в сырую погоду и повозка легкая застрять могла, не то что самоходка. Да и тот самый зловещий туман так и норовил подступить и съесть прямой проселок вместе с насыпью. Ефим, брат Агафьи, тоже не советовал. Уговорил чертяка сестру у него оставить. Неудобно вышло перед Мариной. Вроде как он ей дуэнью обещал. Впрочем, в поместье Груня есть, она ответственная.
Андрей издалека показал Марине могучий дуб. Рассказал в назидание жуткую историю о том, что есть там сук прямой аккурат над дорогой, и на нем повесился якобы мужик один. А еще о тумане, что, как закатится солнышко, ползет по той ветке и дорогу перегораживает. Легенда была свежая, им самим же и придуманная. Вот когда маленьким был, говорили, что там, где кончается тень от ветки, можно клад в болоте откопать. Они туда с Олегом в детстве бегали, а потом от Вассы, кухарки, огребли хворостиной, поскольку перемазались, как черти болотные, и такими же завалились ужинать.
Звягинцев несколько раз фыркал в ладонь, отрывая руку от руля. Смех едва держался внутри. Но Марину сразу следовало пристрожить: знал он неуемный характер помощницы и ее любопытство. То для сыщика не порок, но ведь она пока не сыщик, опыта нет, чтобы с тем любопытством сочетать и в опасные дыры не лезть.
Поместье на невысоком холме над широкой речной заводью, однако же, устрашающим и заброшенным не
